Alexander Voevodkin, an entrepreneur from St. Petersburg, is accused of confidential cooperation with China against the security of the Russian Federation. Initially placed under house arrest, his measure of restraint was changed to detention.

Воеводкин Александр Борисович родился 10 сентября 1966 года, гражданин России, житель Санкт-Петербурга, предприниматель, гендиректор ООО «МПК Траст». Обвиняется по ст. 275.1 УК РФ («Сотрудничество на конфиденциальной основе с иностранным государством в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации», до 8 лет лишения свободы). Лишён свободы не позднее 14 марта 2025 года. Полное описание 14 марта 2025 года судья Невского районного суда Санкт-Петербурга Трофимова Светлана Александровна отправила предпринимателя Александра Воеводкина, обвиняемого по ст. 275.1 УК РФ, под домашний арест. Однако 25 марта в апелляционной инстанции судья Санкт-Петербургского городского суда Третьякова Яна Юрьевна изменила меру пресечения на заключение под стражу. Основанием отмены постановления на сайте суда названо существенное нарушение уголовно-процессуального закона. Как рассказали «Медиазоне» в объединённой пресс-службе судов Петербурга, Воеводкина обвиняют в том, что он «на конфиденциальной основе хотел сотрудничать с КНР». Другие подробности дела и позиция мужчины по поводу предъявленного обвинения неизвестны. Адвокат предпринимателя отказался от комментариев.  Как следует из открытых данных, Воеводкин был учредителем и гендиректором ООО «МПК Траст». Компания была зарегистрирована в Москве в 2021 году и занималась оптово-розничной продажей ортопедических изделий и лабораторных вакуумных насосов-компрессоров. Основания признания политзаключённым Александра Воеводкина обвиняют по ст. 275.1 УК РФ в сотрудничестве на конфиденциальной основе с иностранным государством в деятельности, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации. Мы считаем, что внесение 14 июля 2022 года в Уголовный кодекс Российской Федерации ст. 275.1, криминализующей сотрудничество российских граждан с иностранными государствами и организациями, лежит в русле проводимой Российской Федерацией политики изоляционизма и одновременно обусловлено непрерывными поисками «внутреннего врага» внутри страны. Тогда же были расширены понятия «государственная измена» (ст. 275 УК РФ) и «шпионаж» (ст. 276 УК РФ). Авторы законопроекта объясняли необходимость вносимых изменений потребностью «защиты интересов России», однако фактически эти новации продиктованы запросами военного времени и создают новые правовые инструменты для уголовного преследования граждан, пытающихся противостоять агрессивной милитаристской политике военно-политического руководства России. С момента, когда в Уголовном кодексе появилась ст. 275.1, по состоянию на конец августа 2025 года ФСБ возбудила по ней, по нашим данным, более 100 дел. Ст. 275.1 УК РФ имеет следующую диспозицию: «Установление и поддержание гражданином Российской Федерации отношений сотрудничества на конфиденциальной основе с представителем иностранного государства, международной либо иностранной организации в целях оказания им содействия в деятельности, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьёй 275 настоящего Кодекса)».  Ранее в Уголовном кодексе уже содержалась статья о государственной измене (ст. 275 УК РФ), предусматривавшая, среди прочего, ответственность за «оказание финансовой, материально-технической, консультационной или иной помощи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации». Такая неопределённая формулировка уже создавала юридические предпосылки для криминализации, в зависимости от субъективного усмотрения правоприменителя, любого легального взаимодействия российского гражданина с иностранцами. Появившаяся в УК новая ст. 275.1 является продолжением указанной тенденции и содержит в своём составе следующие признаки, криминализующие сотрудничество с представителями иностранного государства и международной или иностранной организации:  конфиденциальная основа такого сотрудничества; ведение этими представителями деятельности, направленной против безопасности РФ; «заведомость» для обвиняемого направленности этой деятельности против безопасности РФ при установлении и поддержании отношений запрещённого сотрудничества.  Понятие конфиденциальности в УК РФ не раскрывается. В российском законодательстве можно встретить термин «конфиденциальная информация» (например, в ст. 9 и 16 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»), который отсылает как к нормативным актам о тайне (в том числе государственной, коммерческой, налоговой, банковской, врачебной), так и к различного рода сведениям, имеющим категорию ограниченного доступа. Существует также перечень сведений конфиденциального характера, утверждённый Указом Президента РФ от 06.03.1997 № 188. Однако что следует понимать именно под «конфиденциальной основой сотрудничества», неясно. Обоснованно предположить, что всякая частная переписка, например, с использованием электронной почты, мессенджеров, таких как Telegram или WhatsApp, SMS-сообщения, телефонные или интернет-звонки, являются конфиденциальными, равно как и практически любое личное общение, не имеющее публичного характера. Таким образом, любая переписка или разговоры с людьми, которые, по мнению российских властей, могут состоять или работать в каких-то международных организациях, иностранных компаниях, просто с иностранцами, людьми с двойным гражданством, влечёт риски преследования по ст. 275.1 УК РФ. Для исключения ответственности по ст. 275.1 всякий россиянин, пообщавшись с таким лицом, должен обезопасить себя, в соответствии с примечанием к этой статье, «добровольно и своевременно» сообщив о факте такого общения некоему органу российской власти, к примеру — правоохранительному.  Таким же неопределённым является и признак «цели оказания содействия в деятельности, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации». Такая конструкция предполагает, что гражданин России должен быть осведомлён о том, что иностранец, с которым он о чём-либо пообщался наедине, ведёт или собирается вести деятельность, направленную на подрыв безопасности страны. В ст. 275.1 УК РФ отсутствуют пояснения о том, какая именно деятельность считается направленной против безопасности РФ. Однако, согласно примечанию к ст. 104.1 УК РФ, «под деятельностью, направленной против безопасности Российской Федерации, понимается совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 189, 200.1, 209, 210, 222 — 223.1, 226, 226.1, 229.1, 274.1, 275 — 276.1, 281 — 281.3, 283, 283.1, 284.1, 284.3, 290, 291, 322, 322.1, 323, 332, 338, 355 — 357, 359 настоящего Кодекса». К этому же примечанию отсылает и ст. 280.4 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности государства»), введённая, как и ст. 275.1, Федеральным законом от 14.07.2022. Независимо от того, понимать ли упоминаемую в ст. 275.1 УК РФ направленность деятельности против безопасности РФ так же, как она понимается в ст. 280.4 УК РФ, или как-то ещё, ясно одно: если деятельность лица, «конфиденциально сотрудничающего» с иностранным субъектом, образует состав какого-то оконченного или неоконченного преступления, то ответственность должна наступать за это конкретное преступление, а не за сотрудничество как таковое. Конструкция же состава преступления, предусмотренного ст. 275.1 УК РФ, предполагает преследование именно за «сотрудничество», которому приписывается цель «содействия в деятельности», направленной против безопасности РФ. При этом доказывание наличия и такой цели, и такой направленности представляет собой практически нереализуемую задачу и заведомо предполагает произвол следствия и суда.  Таким образом, вся конструкция обвинения в «установлении отношений сотрудничества в целях оказания содействия в деятельности» является неправовой, неопределённой и неубедительной. Исходя из сказанного выше, положения ст. 275.1 УК РФ противоречат принципу правовой определённости — гражданам совершенно невозможно заранее определить, какие действия и контакты с возможными представителями иностранных и международных организаций и просто иностранцами являются правомерными, а какие — запрещёнными под угрозой уголовного преследования. Преступность деяния, предусмотренного этой статьёй, связана исключительно с фактом взаимодействия российского гражданина с иностранцами, к которым применяется презумпция враждебности, к субъекту же преступления — презумпция осведомлённости о будущем использовании иностранцами результатов его легальной деятельности. Такая конструкция не только юридически несостоятельна, но и попросту абсурдна.  В силу устоявшейся правовой позиции Конституционного Суда РФ самого по себе нарушения требования определённости правовой нормы, влекущего её произвольное толкование правоприменителем, достаточно для признания такой нормы не соответствующей Конституции РФ (в частности, постановления КС РФ от 6 апреля 2004 года N 7-П, от 20 декабря 2011 года N 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П и др.). Суд поясняет, что неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П). Как мы полагаем, ст. 275.1 внесена в Уголовный кодекс РФ для того, чтоб криминализировать любое взаимодействие с иностранцами, а именно в тех случаях, когда невозможно или затруднительно обнаружить в этом взаимодействии более тяжкий состав — государственную измену. Кроме того, эта статья даёт возможность манипулировать обвиняемым с целью получения от него признательных показаний под угрозой вменения более тяжкой статьи о госизмене, предусматривающей наказание вплоть до пожизненного лишения свободы В этой связи мы полагаем, что ст. 275.1 должна быть исключена из УК РФ как очевидно противоречащая Конституции РФ и принципам права в целом.Чаще всего силовики применяют статью 275.1 УК РФ для фабрикации дел против граждан, стремящихся оказать поддержку Украине, если не удаётся вменить им что-либо более серьёзное. Например, к 4 годам лишения свободы по этой статье был приговорён инженер-конструктор из Костромы Николай Малкеров. Его осудили за переписку с представителем Легиона «Свобода России», при этом он не отправил тому вообще никакой информации. 15 июля 2024 года Ивана Толпыгина приговорили к 4 годам колонии за переписку с сотрудником ФСБ, который выдавал себя за представителя Украины. 29 апреля 2025 года Иван Квеселевич был приговорён по этой статье за сбор открытой информации, в том числе за то, что «собирал информацию о частичной мобилизации, общественно-политической обстановке, экономической и продовольственной безопасности Калининградской области». 23 апреля 2025 года по ст. 275.1 УК РФ к 5 годам лишения свободы приговорили пенсионера из Санкт-Петербурга Магомедгаджи Рабаданова, который также не передавал никакой информации ГУР МО Украины, а только высказал такое намерение. Хотя эта статья была очевидно создана для преследования и запугивания граждан, поддерживающих Украину, пример Александра Воеводкина показывает, что она также расширяет возможности для репрессий в целом, позволяя охватить ими тех, кого силовики не могут преследовать по статье о госизмене.  Мы не знаем, в какой форме и с какой целью якобы сотрудничал и сотрудничал ли вообще Александр Воеводкин с Китаем, совершал ли он эти действия «конфиденциально» и как следствие доказывает направленность этого сотрудничества против безопасности России, однако полагаем, что если бы в его действиях было что-то, причиняющее реальный ущерб конкретным охраняемым законам общественным отношениям и интересам, даже в том чрезмерно широком понимании, которое характерно для нынешнего российского законодательства и правоприменительной практики, ему бы вменили оконченное или неоконченное преступление, предусмотренное ст. 275 УК РФ или какой-либо другой. Тот факт, что ему вменили именно неправовую ст. 275.1 УК РФ, говорит о том, что оснований для его уголовного преследования в связи со вменяемыми действиями нет в принципе. Китай в настоящее время остаётся главным экономическим партнёром России в условиях санкционного давления со стороны Запада. Именно поддержка КНР — в виде закупок нефти, поставок микрочипов, программного обеспечения и компонентов двойного назначения — во многом помогла РФ смягчить удар от международной изоляции после начала полномасштабной войны в Украине, развязанной Владимиром Путиным. Путин неоднократно заявлял о неразрывной дружбе, общих интересах и сотрудничестве с Китаем. В то же время, в июне 2025 года американское издание The New York Times, ссылаясь на документ для служебного пользования, оказавшийся в распоряжении редакции, написало о том, что засекреченное подразделение ФСБ РФ, ранее публично не упоминавшееся, прямо называет Китай «врагом» и предупреждает о серьёзной угрозе безопасности, исходящей от этого государства. По информации из документа, китайские спецслужбы активно пытаются завербовать российских агентов, получить доступ к засекреченным военным технологиям и переманивают разочаровавшихся российских учёных. Именно в этом контексте можно рассматривать рост числа преследований российских граждан по обвинению в сотрудничестве с Китаем или в шпионаже в его интересах. Это и арест Александра Воеводкина, и, например, приговор сотруднику Института оптики атмосферы им. В. Е. Зуева Антону Климкину. Его также обвинили по ст. 275.1 УК РФ о «конфиденциальном сотрудничестве» с Китаем и приговорили к 2 годам 6 месяцам лишения свободы: после почти полутора лет пребывания в СИЗО учёный согласился дать признательные показания. Суть обвинения неизвестна, поскольку дело было засекречено и рассматривалось в закрытом режиме. В мае 2024 года Санкт-Петербургский городской суд приговорил к 14 годам колонии строгого режима по ст. 275 УК РФ о государственной измене 77-летнего новосибирского физика Анатолия Маслова. Маслов был главным научным сотрудником Института теоретической и прикладной механики Сибирского отделения РАН. По сведениям издания новосибирского Академгородка Academ.info, его обвинили в передаче Китаю данных, связанных с гиперзвуком. В 2018 году, обвинив в сотрудничестве с Китаем, по ст. 276 УК РФ («Шпионаж») к 11 годам колонии строгого режима приговорили Владимира Гореликова, предпринимателя из аннексированного Крыма. Подобные аресты и приговоры можно рассматривать в контексте неоднозначного отношения российских властей к КНР и демонстрации силовиками своей активной работы по поиску врагов и предателей и на этом направлении.Мы не исключаем, что Китай может быть заинтересован в подрыве безопасности России и с этой целью вербовать агентов из числа её граждан. Вместе с тем, такая вероятность не меняет нашей оценки неправового характера ст. 275.1 УК РФ — мы считаем, что её использование говорит о фактическом отсутствии общественной опасности в действиях конкретного человека и является недопустимым. Эта статья была создана как инструмент политически мотивированного преследования, поэтому использование его даже с целью противостояния реальной угрозе способствует не обеспечению безопасности Российской Федерации, а злоупотреблениям со стороны силовиков и нарушению прав граждан. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённым Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Александра Воеводкина является политически мотивированным, направленным на устрашение общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Александра Воеводкина политическим заключённым, требует прекращения его уголовного преследования и немедленного освобождения. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Публикации о деле: 31 марта 2025 года, Медиазона: В Петербурге бизнесмена отправили в СИЗО по делу о тайном сотрудничестве с Китаем Дата обновления справки: 16.09.2025 г.