Андрэю Аляксееву, прызыўніку, было прызначана пакаранне ў выглядзе 7 гадоў позбаўлення волі за мсьцівую спробу падпалу ваеннага камісарыяту ў Уладзівастоку пасля таго, як з ім звязаліся праз Telegram. Ён быў асуджаны за тэрарыстычны акт і сцвярджае, што грошы за гэтую дзейнасць яму прапанаваў чалавек, які звязаўся з ім праз інтэрнэт.

Алексеев Андрей Игоревич родился 28 марта 2001 года, житель Республики Саха (Якутия), военнослужащий Тихоокеанского флота по призыву, на момент ареста служил во Владивостоке. 1 марта 2023 года приговорён по ч. 1 ст. 205 УК РФ («Террористический акт») к 7 годам лишения свободы, из которых первые 2 года в тюрьме, а оставшийся срок — в колонии строгого режима. Лишён свободы с 18 июля 2022 года. Полное описание О попытке поджога здания военкомата, расположенного на улице Уборевича во Владивостоке, стало известно рано утром 8 июня 2022 года. Местные информационные агентства написали, что с утра здание военкомата оцеплено, «военнослужащие меняют повреждённые огнём доски и разгоняют зевак». Стоит отметить, что военкомат расположен в отдельно стоящем деревянном двухэтажном доме, построенном в начале XX века и имеющем статус памятника архитектуры. Первоначально сообщалось, что в поджоге, который произошёл около 4 утра 8 июня, принимали участия два молодых человека — один из них кинул в здание бутылку с зажигательной смесью, а второй снимал происходившее на мобильный телефон. Также сообщалось, что серьёзного ущерба зданию нанесено не было, пожар быстро потушили и огонь лишь повредил несколько дощечек деревянной облицовки у входа.  Начальник полиции Приморья сообщил, что дело о поджоге взято на контроль, поджигателей ищут, им грозит до 5 лет лишения свободы — очевидно, первоначально дело было возбуждено не по террористической статье. СМИ сообщали, что были изъяты записи камеры видеонаблюдения, расположенной на военкомате, которая зафиксировала как молодой человек в капюшоне поджёг «коктейль Молотова» и убежал. Подозреваемого в поджоге — военнослужащего Андрея Алексеева задержали более чем через месяц, 18 июля 2022 года. В тот же день близкий к силовикам Telegram-канал Mach сообщил, что «пироманом» «оказался 20-летний студент». В этом сообщении впервые прозвучало слово «теракт» и было заявлено, что юноше грозит до 15 лет колонии. 20 июля через СМИ стала распространяться видеозапись признательных показаний молодого человека. В этом же видеоролике, смонтированном, очевидно силовиками, содержались фрагменты видеозаписи поджога с камеры наблюдения и скриншот переписки Алексеева с неизвестным в мессенджере Telegram. Согласно изложенной в видеоролике версии, события развивались следующим образом. Андрей Алексеев опубликовал в одном из Telegram-каналов объявление о поиске работы. Через некоторое время в этом же мессенджере с ним связался неизвестный по имени Альберт с Telegram-аккаунтом Saigon. На опубликованном в ролике снимке экрана можно наблюдать следующую переписку между Алексеевым и его собеседником, состоявшуюся поздно вечером 6 июня: Saigon: Привет, работа нужна тебе? Алексеев: Привет, да. Что за работа? Saigon: Сам откуда? И какая сумма нужна? Алексеев: с Владивостока, нужна большая сумма. Saigon: Ну конкретно сколько и как быстро? Алексеев: 120, чем быстрее тем лучше. Что за работа? Saigon: Устроишь небольшое приветственное фаер шоу нашим конкурентам. Алексеев: подходит. Следующий контакт между собеседниками, если верить опубликованному скриншоту, происходит уже 8 июня. Saigon пишет: «На связи?». Далее в мессенджере есть отметка о пропущенном звонке. В тот же день через несколько часов Алексеев направляет в мессенджер биткойн-адрес в формате Bech32.  Сразу после этого на скриншоте можно увидеть дату 10 июня 2022 года и реплику Saigon-а: «Привет друг». Был ли ответ на это сообщение, как развивалась переписка и есть ли она в распоряжении следствия, информации нет. Сам Андрей Алексеев в ролике рассказывает, что «Альберт» предложил ему «совершить террористический акт в отношении военкомата города Владивостока». И продолжает: «Данное предложение Альберта меня заинтересовало с точки зрения обогащения денежными средствами. Ноль восьмого ноль шестого две тысячи двадцать второго года я совершил поджог. Мой террористический акт не был доведён до конца, и пожар был потушен. В содеянном раскаиваюсь и обещаю больше такого не повторять». Можно предположить, что на тот момент Алексеев полагал, что его обвиняют в неоконченном преступлении — покушении на террористический акт. Никакой информации о подельнике Алексеева в ролике нет. На опубликованной видеозаписи с места происшествия можно увидеть только одного молодого человека в капюшоне, который поджигает не «коктейль Молотова», а какую-то небольшую тряпку и бросает её возле крыльца военкомата. Запись на этом обрывается, и убедиться, что пламя в принципе было, невозможно. Некоторые дополнительные подробности со ссылкой на «правоохранительные органы Владивостока» передаёт издание Время МСК. Сообщается, что 18 июля «по месту проживания» Андрея Алексеева был проведён обыск, «в ходе которого у него был изъят мобильный телефон, а также видеозапись с места поджога». Издание пишет, что «Альберт» сообщил Алексееву, что он «с Украины» и предложил совершить «террористический акт», а именно поджечь военкоматы во Владивостоке. После этого заказчик якобы скинул ссылку на видео, в котором дискредитировалась российская армия и «говорилось, что каждый житель России может прекратить эту спецоперацию».  В этой же статье конкретизируется предложенная заказчиком схема выплаты Алексееву согласованной суммы в 120 тысяч рублей: «за первое «небольшое приветственное файер шоу нашим конкурентам» 10-15 тыс. руб., а уже за следующий — 90 тыс. руб. правда, было одно условие — всё должно быть записано на видео, в качестве доказательства выполнения заказа». Издание утверждает, что момент поджога военкомата «снимал знакомый задержанного, видеозапись Алексеев переслал заказчику». Также утверждается, что заказчик остался недоволен действиями Алексеева. Якобы «Saigon заявил, что в таких делах нельзя проявлять инициативу, а действовать чётко по инструкции, которую поджигатель не получил перед выполнением задания. Ведь если бы он действовал по инструкции, то старая деревянная постройка военкомата «быстро вспыхнула бы». Заказчик платить отказался». Источник осведомлённости издания обо всех этих подробностях не указан. В дальнейшем никакой информации о втором участники поджога, который якобы делал видеозапись преступления, не появлялось.  В 1-й Восточный окружной военный суд во Владивостоке уголовное дело Андрея Алексеева поступило в ноябре 2022 года с квалификацией по ч. 1 ст. 205 УК РФ («Террористический акт»). Если бы следствие обнаружило, что преступление было совершено группой лиц по предварительному сговору, то преступление было бы квалифицировано уже по ч. 2 ст. 205 УК РФ.  Судья Жданович Дмитрий Васильевич рассмотрел дело Алексеева в течение трёх заседаний и 1 марта 2023 года вынес обвинительный приговор. В пресс-релизе суда указано, что своё преступление Андрей Алексеев совершил во время прохождения военной службы по призыву. «Судом установлено, что он за вознаграждение в 100 тысяч рублей согласился поджечь здание одного из районных военкоматов г. Владивостока. Предложение о совершении террористического акта молодой человек получил в ходе переписки в месенджере от лиц, выступающих против специальной военной операции и препятствовавших частичной мобилизации. По чистой случайности возгорание было локализовано, и зданию был причинён минимальный ущерб». «Судом военнослужащему назначено наказание в виде 7 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, при этом первые 2 года он проведёт в тюрьме. Приговор осуждённому провозглашён в присутствии его сослуживцев, в том числе и возвратившихся из зоны специальной военной операции». Приговор не был опротестован и вступил в законную силу. Основания признания политзаключенным Насколько можно судить по имеющейся информации, Андрей Алексеев не отрицал и не отрицает, что согласился за денежное вознаграждение совершить поджог здания военкомата. Таким образом, сам факт покушения на поджог не оспаривается.  Серьёзные сомнения вызывает то, что Алексеев знал, что его собеседник «с Украины» и обсуждал с «Альбертом» (Saigon-ом) остановку боевых действий в Украине. Сколько-нибудь достоверных сведений на этот счёт нет, а в пресс-релизе суда указан только корыстный мотив Алексеева, тогда как антивоенный мотив приписывается там исключительно собеседнику военнослужащего. Аналогично и в показаниях самого Алексеева, записанных на видео, фигурирует только корыстный мотив. В доступном скриншоте переписки «работа», предложенная Алексееву, описывается так: «Устроишь небольшое приветственное фаер шоу нашим конкурентам». Если опубликованный снимок экрана с перепиской не подвергался искажениям, то никакого разговора об СВО и необходимости её остановить не было, по крайней мере до 10 июня (дальнейшая переписка, если она была, не вошла в скриншот), и никакого пропагандистского ролика «Альберт» Алексееву не отправлял. Отметим также, что первое время после начала полномасштабного вторжения России в Украину, уголовные дела по фактам поджогов или попыток поджогов возбуждались в основном по ч. 2 ст. 167 УК РФ («Умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, совершённые из хулиганских побуждений, путём поджога, взрыва или иным общеопасным способом») или по различным частям ст. 213 УК РФ («Хулиганство»). После объявления 21 сентября 2022 года частичной мобилизации представитель Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба Вооружённых сил России контр-адмирал Владимир Цимлянский объявил, что на «поджигателей» будут заводить дела о терроризме, что чревато для них куда более длительными сроками лишения свободы. Однако до сих пор это не стало абсолютным правилом, в регионах часть дел и после этого заявления возбуждалось по менее тяжким статьям УК РФ. С февраля 2022 года по 1 июля 2025 года, по данным проекта AvtozakLIVE, было зафиксировано не менее 316 поджогов государственных объектов, прежде всего военкоматов. При этом лишь в 127 случаях было возбуждено дело по статье о теракте. Дело Андрея Алексеева стало одним из первых, квалифицированных именно таким образом. Вообще квалификация конкретной атаки зависит зачастую от факторов, которые не имели отношения к самому инциденту — например, от того, кто расследовал атаку. Как отмечала «Медиазона», ФСБ возбуждала дела о теракте, МВД и СК в похожих ситуациях использовали менее тяжкие статьи. В некоторых регионах, например Краснодарском крае и Ростовской области, поджоги чаще квалифицировались как теракты.  Согласно публикуемым независимым исследованиям (Медиазона, AvtozakLIVE), наказания за попытки поджогов военкоматов и административных зданий, случившиеся после начала войны, варьируются от штрафов — до 19 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Некоторые фигуранты получали условные сроки в 1,5-2 года, других приговаривали к принудительным работам, наиболее распространены сроки в диапазоне от 5 до 13 лет. Мы полагаем, что ситуацию со столь различной квалификацией дел о поджогах военкоматов можно охарактеризовать как произвольное применение закона, нарушающее ч. 1 ст. 19 Конституции РФ, гарантирующей, что «все равны перед законом и судом».Подход к квалификации атак на военкоматы менялся и со временем, но никогда не был единообразным. С момента проведения мобилизации в 2022 году поджоги военных комиссариатов стали чаще трактовать как террористический акт. И в этом, очевидно, прослеживается политический мотив, направленный на запугивание противников войны, в т.ч. тех, кто готов к участию в радикальных акциях протеста. По нашему мнению, квалификация рассматриваемых атак как терактов в большинстве случаев выглядит необоснованно. Террористический акт — это преступление, которое предполагает прямой умысел. Теракт имеет цель устрашить население и в результате оказать влияние на органы власти. Поджоги военкоматов и других объектов совершались с иными мотивами. В ходе следствия и судебных процессов умысел на совершение теракта и его объективная сторона в виде испуганного населения, как правило, никак не доказывались. Государство выбрало вменение неадекватных содеянному тяжких статей УК РФ с целью запугивания противников войны. Такая квалификация представляется политически мотивированной и направленной, с одной стороны, на запугивание общества неадекватно суровым наказанием, а с другой — на маркировку этих протестных акций в общественном сознании негативным ярлыком «терроризм». Кроме того, использование статьи о теракте позволяло развёртывать дальнейшие репрессии и осуждать за оправдание терроризма тех, кто высказывал одобрение или понимание таким акциям.Диспозиция ч. 1 ст. 205 УК РФ звучит следующим образом: «Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в целях воздействия на принятие решений органами власти или международными организациями».  Таким образом, обязательными признаками преступления, позволяющими квалифицировать его как террористический акт, являются следующие:  – устрашение населения – создание опасности гибели человека, причинения значительного ущерба либо иных тяжких последствий, – наличие цели дестабилизации деятельности органов власти или воздействия на принятие ими решения.Важно отметить, что все эти признаки не заменяют, а дополняют друг друга, т.е. для квалификации деяния как теракта необходимо, чтобы присутствовал каждый из них. Также важно учитывать, что теракт — это преступление, которое предполагает прямой умысел субъекта, поэтому все признаки объективной стороны преступления должны охватываться его умыслом.При этом, согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 09.02.2012 № 1, «устрашающими население могут быть признаны такие действия, которые по своему характеру способны вызвать страх у людей за свою жизнь и здоровье, безопасность близких, сохранность имущества и т.п. Опасность гибели человека, причинение значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий должна быть реальной, что определяется в каждом конкретном случае с учётом места, времени, орудий, средств, способа совершения преступления и других обстоятельств дела (данных о количестве людей, находившихся в районе места взрыва, о мощности и поражающей способности использованного взрывного устройства и т.п.)».Насколько можно судить, ничто из этого не покрывалось умыслом Алексеева и не стало реальным результатом его действий.  Алексеев поджигал небольшое отдельно стоящее здание. Поджог был совершён глубокой ночью, никаких сведений о том, что кто-то был в здании или рядом с ним, нет. У Алексеева даже не было бутылок с зажигательной смесью. Как видно на видеозаписи, он поджигает небольшую тряпку и кидает её на крыльцо. Сам факт возникновения пожара неочевиден — на видеозаписи его нет, а журналисты, посетившие с утра место происшествия, смогли увидеть только пятна какой-то жидкости на асфальте и то, что военные меняли дощечки облицовки здания. Насколько были повреждены заменённые дощечки, информации нет. При таких обстоятельствах нет никаких оснований полагать, что поджог, предположительно совершённый Алексеевым, планировался им как теракт и реально мог бы дестабилизировать деятельности органов власти и тем более устрашить население.  Исходя из этого, а также конкретных действий, совершённых Алексеевым, и их последствий квалификация представляется неверной. Мы полагаем, что действия Алексеева могли бы быть квалифицированы по ч. 2 ст. 167 УК РФ — как умышленное уничтожение или повреждение имущества путём поджога. Максимальное наказание по этому составу (даже в случае причинения по неосторожности смерти человека) составляет не более 5 лет лишения свободы.  К моменту подготовки данной справки, декабрю 2025 года, Андрей Алексеев находится в местах лишения свободы уже в течение 3 лет 4 месяцев, а с учётом зачёта времени пребывания в СИЗО — ещё больше. Таким образом, даже если бы он был осуждён по ч. 2 ст. 167 УК РФ, он уже отбыл бы своё наказание полностью или значительную его часть. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Андрея Алексеева является политически мотивированным, направленным на устрашение противников агрессивной войны и общества, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Длительное лишение свободы явно непропорционально содеянному Алексеевым и было применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и других прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Андрея Алексеева политическим заключённым и требует его немедленного освобождения и пересмотра его уголовного дела в справедливым судом. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Публикации в СМИ: 20 июля 2022 года. Время МСК. Во Владивостоке задержан 21-летний Андрей Алексеев за поджог военкомата 3 марта 2023 года. Сибирь. Реалии. Солдат получил семь лет за поджог военкомата во Владивостоке Дата создания справки: 12.12.2025 г.