Аляксандр Любас, украінскі ваеннаслужачы, быў прысуджаны да 20 гадоў пазбаўлення свабоды ў калоніі строгага рэжыму за спробу здзейсніць тэрарыстычны акт, падрыхтоўку да тэрарыстычнай дзейнасці, незаконны абрат і кантрабанду зброі, а таксама незаконнае перасячэнне мяжы. Ён, відаць, уваходзіў у групу, якая спрабавала высадзіцца ў Крыме, каб падняць украінскі сцяг.

Любас Александр Владимирович родился 19 сентября 1977 года, житель посёлка Иваничевский Волынской области Украины, гражданин Украины, до полномасштабной войны работал охранником, затем стал военнослужащим ВСУ. 3 сентября 2024 года приговорён по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 205 («Покушение на террористический акт организованной группой»), ст. 205.3 («Прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности»), ч. 4 ст. 222 («Незаконная перевозка огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой»), ч. 3 ст. 226.1 («Контрабанда огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой») и ч. 3 ст. 322 («Незаконное пересечение границы организованной группой») УК РФ к 20 годам колонии строгого режима с отбыванием первых 3 лет в тюрьме. Лишён свободы с 4 октября 2023 года. Полное описание Как следует из публикаций в соцсетях и СМИ, Александр Любас жил в Волынской области Украины и до полномасштабного вторжения России работал охранником в компании «Южный Филиал Секьюрити», которая занималась установкой систем безопасности. По версии следствия, 4 октября 2023 года группа из, предположительно, 16 украинских военных на гидроциклах и катере вошла в воды, прилегающие к территории Крыма. В их число якобы входил и Александр Любас, на тот момент, как утверждается, — боец подразделения специального назначения «Артан» главного управления разведки Украины. Минобороны сообщило впоследствии, что украинские десантники двигались в сторону мыса Тарханкут (западная оконечность полуострова). Их заметили сотрудники пограничной службы ФСБ и начали преследование. Произошла перестрелка. Любас, сидевший на пассажирском кресле гидроцикла, из-за резкого маневрирования упал в воду и был задержан российскими военнослужащими. О предотвращении высадки украинских военных в Крыму ФСБ и Минобороны России отчитались в тот же день. Они опубликовали и видео допроса Любаса, где тот рассказывает, что группа планировала «поставить прапор [флаг Украины], сказать, что, вот, Главное управление разведки [Минобороны Украины] зашло в Крым». Впоследствии в сети появилась ещё одна видеозапись допроса. По версии следствия, в марте 2022 года Любас вступил в подразделение Главного управления разведки Минобороны Украины, а с июля по октябрь 2023 года готовился к высадке украинской диверсионной группы в Крыму — в частности, «приобрёл навыки ведения рукопашного боя и изучил правила обращения с огнестрельным оружием». Как сказано в пресс-релизе Южного окружного военного суда, «Любас добровольно вступил в организованную группу для совершения планируемого террористического акта — высадки на территории Черноморского района Республики Крым, проведения фото и видеофиксации факта установления там государственного флага Украины и вооружённого нападения на военнослужащих ВС РФ. 4 октября 2023 г. подсудимый совместно с иными лицами, используя для передвижения гидроциклы и катер, имея огнестрельное оружие, незаконно пересекли, следуя с территории Украины, Государственную границу Российской Федерации. Затем проследовали в направлении к береговой линии, с целью последующей высадки на побережье Черноморского района Республики Крым.  Однако преступная группа была обнаружена сотрудниками Пограничного управления ФСБ России по Республике Крым. После обнаружения сотрудниками ПУ ФСБ, организованная преступная группа в составе Любаса и иных лиц начала резко маневрировать на гидроциклах и скрылась с места происшествия. Любас, сидевший на пассажирском месте на одном из гидроциклов, при резком маневрировании упал в воду. После чего, подсудимый был задержан сотрудниками ПУ ФСБ». О судьбе других участников операции тогда официально не сообщалось. Провластный telegram-канал Shot утверждал, что в результате боя 13 десантников были убиты. В суде Любас отказался признать вину во всех инкриминируемых ему деяниях.  3 сентября 2024 года Южный окружной военный суд приговорил Александра Любаса к 20 годам лишения свободы строгого режима с отбыванием первых 3 лет в тюрьме. Приговор вынес судья названного суда Образцов Сергей Вячеславович единолично, государственное обвинение представлял прокурор Карандашев Пётр Юрьевич. Основания признания политзаключённым Обвинение в покушении на теракт Александр Любас обвиняется в покушении на совершение теракта. Как следует из пресс-релиза суда, «Любас добровольно вступил в организованную группу для совершения планируемого террористического акта — высадки на территории Черноморского района Республики Крым, проведения фото и видеофиксации факта установления там государственного флага Украины и вооружённого нападения на военнослужащих ВС РФ». Однако, в соответствии с определением, содержащимся в ст. 205 УК РФ, террористический акт — это «совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в целях воздействия на принятие решений органами власти или международными организациями». Каким образом следствие и суд пришли к выводу, что группа, планировавшая высадку, имела цель нападения на военнослужащих, в пресс-релизе не разъясняется. Сам Любас в своих показаниях после задержания говорил лишь об установке флага, которую нельзя счесть актом терроризма ни на основании приведённой дефиниции, ни с точки зрения здравого смысла. Другие члены группы российской стороной задержаны не были, поэтому никаких показаний по поводу целей операции дать не могли. Мы полагаем, что в данном случае, в соответствии с ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, сомнения должны быть истолкованы в пользу подсудимого. В то же время, даже в том случае, если бы украинские военнослужащие действительно планировали напасть на российских, это не должно было бы квалифицироваться как теракт: речь шла бы об эпизоде военных действий. Практически никем, кроме властей РФ и их редких геополитических союзников, не ставится под сомнение, что 24 февраля 2022 года Россия развязала против Украины именно войну. Таким образом, любые вооружённые столкновения между российскими и украинскими военными являются не отдельными инцидентами, которые надо квалифицировать по статьям УК, а законными и обоснованными военными действиями. К таким действиям, со всей очевидностью, относится и вылазка группы, в составе которой находился Александр Любас. Это было бы не так только в том случае, если бы целью украинских военных было совершение военных преступлений, однако в этом Любас не обвиняется. Таким образом, нет никаких оснований обвинять его в покушении на совершение террористического акта. С точки зрения международного права вышеприведённые рассуждения верны в случае осуществления военных действий любой из сторон конфликта, однако стоит подчеркнуть, что в данном случае в уголовном преступлении неправомерно обвиняется военнослужащий страны, которая стала жертвой агрессии и реализует своё право на оборону. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. Обвинение в прохождении обучения для осуществления террористической деятельности и в незаконной перевозке оружия Мы считаем неприменимой к Александру Любасу и ст. 205.3 УК РФ — «прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности». В пресс-релизе Генеральной прокуратуры РФ указывается: «Судом установлено, что мужчина добровольно заключил контракт о прохождении военной службы в подразделении специального назначения “Артан” главного управления разведки Украины, задачей которого являлись диверсионно-разведывательные операции на территории России. Впоследствии он прошёл обучение в центре вооружённых сил Украины, приобретённые там навыки применял в ходе прохождения военной службы». Отсюда следует, что Любас является военнослужащим и обучался боевым навыкам не для «осуществления террористической деятельности», а с целью выполнения легитимно возложенных на него боевых задач. Такое обучение являлось частью и условием прохождения им военной службы и не может, как и сам факт этого прохождения (в том числе — и в период военных действий), влечь за собой уголовную ответственность. Точно так же несостоятельно и обвинение Александра Любаса в незаконной перевозке оружия (ч. 4 ст. 222 УК РФ). Очевидно, что оружие, как и прохождение боевой подготовки, было необходимо ему в целях выполнения поставленных перед ним боевых задач в рамках легитимной самозащиты Украины от российской агрессии и в соответствии с действующим украинским законодательством. Как украинский военнослужащий он подчинялся приказам своего законного руководства, и вольная интерпретация российским судом наличия у них боевого оружия как «незаконного», таким образом, не выдерживает критики. Более того, российское уголовного законодательство в этой части вообще не должно применяться к комбатанту, о чём будет подробнее сказано ниже. Обвинения в незаконном пересечении границы и контрабанде оружия Даже если бы Александр Любас действительно пересёк границу с оружием в руках, в его действиях отсутствовал бы состав преступления, поскольку это происходило в рамках и условиях военных действий. Ст. 322 УК РФ говорит о пересечении границы в мирное время, указывая на «отсутствие действительных документов». Требование к группе комбатантов «иметь действительные документы и надлежащие разрешения» на пересечение государственной границы в военное время выглядит абсурдно. Мы убеждены, что переход границы с оружием в ходе военных действий является эпизодом этих действий и не может быть наказуемым, если совершён комбатантом, то есть лицом, входящим в состав национальных вооружённых сил.По тем же причинам является абсурдным обвинение военнослужащего, пересекающего границу в ходе военных действий, в контрабанде оружия. Более того, согласно Женевским конвенциям и Дополнительному протоколу 1977 года, именно наличие оружие является одним из отличительных признаков комбатанта. Контрабанда оружия определяется как его перемещение «через таможенную границу вне установленных мест или в неустановленное время работы таможенных органов в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным декларированием или недекларированием предметов, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о предметах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим предметам средств идентификации». Очевидно, что все эти требования и запреты, связанные с перемещением оружия через таможенную границу, неприменимы к фактическим обстоятельствам действий, инкриминируемыми Любасу.Попытки российских судов применять нормы мирного времени к событиям, происходящим во время военное и подлежащим регулированию лишь Международным гуманитарным правом, представляются абсурдными. Кроме того, мы несогласны с утверждением, что при вхождении катера и гидроциклов со стороны материковой Украины в воды, прилегающие к Крыму, произошло пересечение границы. 18 марта 2014 года после сфальсифицированного референдума Владимир Путин объявил о присоединении полуострова к России. 27 марта 2014 года Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, призвав все государства, международные организации и специализированные учреждения «не признавать любое изменение статуса Автономной Республики Крым и города Севастополя на основе вышеупомянутого референдума и воздерживаться от любых действий или шагов, которые можно было бы истолковать как признание любого такого изменённого статуса». Этой позиции придерживается большинство государств мира. Таким образом, с точки зрения международного права Крым остаётся украинской территорией, незаконно аннексированной и оккупированной Россией и её войсками.Таким образом, мы полагаем, что не являются преступлениями ни пересечение незаконно установленной РФ границы, ни перевозка через неё личного оружия, необходимого для выполнения боевых задач комбатантами в тех или иных эпизодах боевых действий.  Незаконность самого уголовного преследования Александра Любаса В соответствии с п. 2 ст. 43 Дополнительного протокола к Женевским конвенциям от 8 июня 1977 года, «лица, входящие в состав вооружённых сил стороны, находящейся в конфликте <…> , являются комбатантами, т. е. они имеют право принимать непосредственное участие в военных действиях». Оказавшись в плену, такие лица получают статус военнопленных. С момента попадания Александра Любаса в плен его правовой статус должен регламентироваться Женевской конвенцией об обращении с военнопленными от 12 августа 1949 года. Согласно этому документу, против комбатанта не могут быть выдвинуты обвинения единственно в связи с его участием в военных действиях, он не может привлекаться за такие действия к суду и быть осуждённым, если, применяя силу, он действовал в соответствии с международным гуманитарным правом.  Тревогу по поводу нарушений Россией положений названной Конвенции выразило Управление Верховного комиссара ООН по правам человека. Как подчеркнула его представительница Равина Шамдасани, лица, имеющие статус военнопленного, обладают иммунитетом и не могут быть привлечены к ответственности за участие в военных действиях в ходе вооружённого конфликта. Исходя из положений Конвенции, незаконно не только привлечение Любаса к уголовной ответственности и рассмотрение дела в российском суде в связи с самим фактом прохождения воинской службы и участия в вооружённом конфликте, но и в принципе возбуждение против него уголовного дела, предполагающее допросы и иные процессуальные действия в отношении обвиняемого.  Конвенция подробно регламентирует обращение с военнопленными — в частности, ст. 17 устанавливает, что недопустимо осуществлять следственные действие с военнослужащим, оказавшимся в плену, в связи с самим фактом их принадлежности к вооружённым силам противоборствующей стороны. Военнопленный обязан сообщить только свою фамилию, имя и звание, дату рождения и личный номер. Ни при каких обстоятельствах его нельзя принуждать давать какие-либо иные сведения. Тем не менее, следствие, осуществлявшее предварительное расследование дела Любаса, а затем — осудивший его военный суд в Ростове-на-Дону грубо проигнорировали его фактический статус военнопленного и вытекающий из него иммунитет от уголовного преследования. С точки зрения международного права сам факт суда над военнослужащим противоборствующей стороны исключительно за его участие в военных действиях может быть признан военным преступлением.  Аналогичное игнорирование требований международного права Россия допускает в отношении большого числа украинских военнослужащих, приговариваемых к длительным срокам лишения свободы по делам, возбуждённым против них за легитимное участие в боевых действиях. Так, осуждённые бойцы подразделения «Азов» получили по 16-18 лет лишения свободы (в числе фигуранток этого дела — девять женщин, которые в сентябре 2024 года были обменяны на российских военнослужащих). В настоящее время суд в Ростове-на-Дону рассматривает дело против 18 участников украинского батальона «Айдар», которых обвиняют по схожим статьям.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключенных Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Александра Любаса является политически мотивированным, направленным на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к нему исключительно из-за его службы в Вооружённых силах Украины при отсутствии состава преступления, в нарушение права на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Конституцией России, Женевской конвенцией об обращении с военнопленными и Международным пактом о гражданских и политических правах.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает военнопленного Александра Любаса политическим заключённым, требует прекращения его уголовного преследования и соблюдения в его отношении норм международного права.  Признание людей политзаключёнными не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с их взглядами и высказываниями, ни одобрения их высказываний или действий. Адвокат: Яндиева Марет Абдул Кадыровна. Дата обновления справки: 01.11.2024 г.