Акім Гафараў быў прысуджаны да 8 гадоў пазбаўлення свабоды за ўдзел у батальёне імя Номана Чалебіджыкгана ў Украіне. Ён сцвярджаў, што яму прапанавалі прытулак і працу без палітычных мэтаў.

Гафаров Аким Музикерович родился 7 февраля 1966 года, гражданин России, в 2016 году переехал из Крыма в село Новоалексеевка Херсонской области Украины, имеет высшее образование. В 2021 году заочно приговорён по ч. 2 ст. 208 УК РФ («Участие на территории иностранного государства в вооружённом формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации») к 8 годам лишения свободы, приговор отменён. 22 мая 2024 года приговорён по ч. 2 ст. 208 УК РФ к 5 годам лишения свободы в колонии строгого режима с отбыванием первых 3 лет в тюрьме. 8 августа 2024 года апелляционный суд ужесточил приговор до 8 лет в колонии строгого режима с отбыванием первых 3 лет в тюрьме. Лишён свободы с мая 2022 года. Полное описание Акима Гафарова обвинили в том, что в апреле 2016 года он выехал из России в Украину и вступил в Батальон им Номана Челебиджихана. В Батальоне Гафаров находился до декабря 2017 года, после чего жил и работал в другом месте. Но, так как он не уведомил компетентные органы Российской Федерации о выходе из незаконного вооружённого формирования, обвинение считает, что он продолжал своё участие в нём.  Доказательства обвинения заключаются в основном в показаниях свидетелей — бывших участников Батальона, которые ранее были осуждены российскими судами за участие в НВФ. Свидетели утверждают, что в 2016 году в Батальоне Гафаров обучался владению оружием, выполнял обязанности, связанные с хозяйственной деятельностью, патрулированием и охраной лагеря. Также суду была представлена фотография Акима Гафарова в камуфляжной форме якобы в расположении Батальона. Кроме того, суды осмотрели различные интернет-страницы и видеоролики, где рассказывалось о деятельности Батальона. Первый процесс по обвинению Акима Гафарова по ст. 208 УК РФ из-за его участия в Батальоне им. Номана Челебиджихана проходил в Крыму заочно. 23 июня 2021 года судья подконтрольного России Киевского районного суда Симферополя Кузнецова Ольга Павловна рассмотрела дело Гафарова, признала его виновным и вынесла приговор — 8 лет в колонии строгого режима. Подсудимого, который в то время находился на подконтрольной Украине территории, представлял адвокат Глушко Олег Владимирович. Срок наказания, согласно решению суда, должен был исчисляться с момента задержания Гафарова на территории Российской Федерации или его экстрадиции. Ещё до момента вынесения приговора, в марте 2021 года, Акима Гафарова внесли в Перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга.  Адвокат Гафарова Олег Глушко опротестовал приговор. 17 августа 2021 года подконтрольный России Верховный суд Крыма рассмотрел апелляционную жалобу. Тройка судей под председательством судьи Капустиной Людмилы Павловны изменила приговор, исключив из него указание на наличие отягчающего обстоятельства — совершение преступления по мотивам политической вражды. Суд счёл, что такой мотив является признаком преступления, предусмотренного ст. 208 УК РФ, и поэтому отягчающим обстоятельством быть не может. При этом суд не внёс изменений в назначенное Гафарову наказание. Приговор вступил в законную силу. После начала полномасштабного вторжения в 2022 году Россия оккупировала село Новоалексеевка Херсонской области Украины, где в то время проживал Аким Гафаров. По неофициальной информации, он был похищен из дома вооружёнными людьми в мае 2022 года. При этом в документах суда указано, что он задержан 4 июля 2022 года. Обстоятельства его задержания не раскрываются. Нам неизвестно, где фактически находился Гафаров с момента своего исчезновения. Мы знаем лишь, что с 11 августа 2022 года он уже отбывал наказание в исправительной колонии. Однако, оказавшись в заключении на территории РФ, Аким Гафаров подал кассационную жалобу на решение судов 2021 года. 12 декабря 2023 года Судебная коллегия по уголовным делам 4-го кассационного суда под председательством судьи Шаталова Николая Николаевича рассмотрела его жалобу. Суд пришёл к выводу, что в связи с задержанием осуждённого приговоры, вынесенные заочно, по ходатайству осужденного или его защитника в соответствии с ч. 7 ст. 247 УПК РФ подлежат отмене. Дело Акима Гафарова было отправлено на новое разбирательство, а сам он оставлен под стражей. Повторное рассмотрение дела по обвинению Акима Гафарова проходило в том же Киевском районном суде Симферополя с января по май 2024 года.  На суде Гафаров рассказал, что после захвата Крыма Российской Федерацией в его дом в Крыму приходили с обыском якобы из-за пропавшего где-то велосипеда. В ходе обыска ничего не нашли, но с тех пор он опасался ареста. Он знал о притеснениях со стороны властей РФ в отношении крымских татар и решил покинуть свой дом, чтобы обезопасить семью. Сначала он оказался в Чернигове, но затем переехал в Новоалексеевку. Гафаров утверждал, что в Батальон им. Номана Челебиджихана он попал случайно: ему пообещали, что в расположении Батальона его приютят и дадут временное жилье и заработок. При этом никаких политических целей он не преследовал. В Батальоне он познакомился с И., который предложил ему временно заняться хозяйственными работами, а потом уйти, при этом имеющиеся у него два паспорта он отдал И., поскольку таковы были условия нахождения там. Именно поэтому он некоторое время жил и работал в расположении Батальона: помогал по хозяйству, ремонтировал помещения, присматривал за овцами. При этом целей по возврату Крыма в Украину «любым путём» он не разделял, оружия в руках не держал, военную подготовку не проходил. В суде Гафаров оспаривал показания свидетелей, утверждавших, что у него было оружие и он проходил военную подготовку. 22 мая 2024 года cудья Карчевская Оксана Викторовна вынесла обвинительный приговор и приговорила Акима Гафарова к 5 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме. Этот приговор был обжалован и стороной защиты, и стороной обвинения. Защита просила оправдать Акима Гафарова в связи с его невиновностью. Сторона обвинения сочла вынесенный Гафарову приговор слишком мягким. Старший помощник прокурора Киевского района города Симферополя Ибрагимова Гульнара Ваджиповна указала, что осуждённый не признал свою вину и даже после своего задержания не встал на путь исправления, в совершённом не раскаялся, а значит, суд первой инстанции не должен был применять ст. 64 УК РФ и назначать Гафарову наказание ниже низшего предела. Тройка судей подконтрольного РФ Верховного Суда Крыма под председательством судьи Михайлова Дмитрия Олеговича встала на сторону обвинения. 8 августа 2024 года суд ужесточил приговор Акиму Гафарову, назначив ему наказание в виде 8 лет в колонии строго режима, из которых первые 3 года он должен провести в тюрьме. Кроме того, ему назначено ограничение свободы на 1 год. На 10 июня 2025 года назначено рассмотрение кассационной жалобы, поданной осуждённым. Основания признания политзаключёнными Контекст появления уголовного дела Дело Акима Гафарова — очередное в потоке дел, возбуждённых по ч. 2 ст. 208 УК РФ против граждан, якобы причастных к деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана. Нам известно о более чем 30 обвинительных приговорах реальным или мнимым участникам этого добровольческого объединения, по которым осуждённые уже находятся в местах лишения свободы. Сколько дел возбуждено против участников блокады, находящихся в настоящий момент на подконтрольной Украине территории, сказать сложно. Однако периодически появляются сообщения об обысках на оккупированных территориях у родственников граждан Украины по уголовным делам, возбуждённым по указанной статье, а также о том, что суды в Крыму выносят по ней заочные обвинительные приговоры. Подавляющее большинство арестованных и осуждённых по делам, связанным с деятельностью Батальона имени Номана Челебиджихана, — крымские татары (изученные нами дела против них можно найти по ссылке). По версии российского ФСБ, члены этого объединения принимали участие в так называемой гражданской продовольственной блокаде Крыма, которая была организована в конце 2015 года на образовавшейся после оккупации полуострова границе между ним и материковой частью территории Украины. Кроме того, в приговоре одному из фигурантов, Осману Кадырову, суд без ссылок на какие-либо источники утверждает, что Батальон владеет различными видами оружия и его целью является «насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, в том числе путём осуществления вооружённой борьбы, направленной на отторжение Республики Крым из состава Российской Федерации». В качестве единственного примера такой деятельности суд приводит подрыв его членами опор линий электропередач, идущих в Крым из других регионов Украины (об этом эпизоде будет подробнее рассказано ниже). В сентябре 2015 года народный депутат Украины Мустафа Джемилев, председатель Меджлиса крымскотатарского народа, народный депутат Украины Рефат Чубаров и вице-президент Всемирного конгресса крымских татар предприниматель Ленур Ислямов на пресс-конференции в Киеве объявили о старте инициативы по организации гражданской блокады Крыма и выдвинули политические требования к властям Российской Федерации. Среди этих требований было освобождение украинских и крымскотатарских активистов, задержанных российскими властями, таких как Надежда Савченко, Олег Сенцов, Ахтем Чийгоз, Мустафа Дегерменджи и других, прекращение преследования крымских татар, создание свободных условий для работы в Крыму украинских СМИ и иностранных журналистов, а также снятие запрета на въезд в Крым для лидеров крымскотатарского народа. Одновременно Ленур Ислямов заявил о создании Батальона имени Номана Челебиджихана. Конечной целью этого добровольческого объединения, по словам Ислямова, было участие в освобождении Крыма от российских захватчиков. Однако на начальном этапе участники Батальона активно включились в прямые действия на границе с Крымом по обеспечению продовольственной блокады.  Эта блокада началась как гражданская инициатива и представляла собой действия активистов по недопущению грузового транспорта для пересечения образовавшейся после захвата полуострова «границы» и торговли с предприятиями в оккупированном Крыму. Однако уже 23 ноября 2015 года президент Украины Пётр Порошенко обратился к правительству страны с предложением изучить вопрос о прекращении грузового транспортного сообщения и товарооборота с Крымом. В тот же день премьер-министр Украины Арсений Яценюк созвал внеочередное заседание правительства, на котором рассматривались вопросы энергообеспечения, а также поставок продовольствия в Крым, и в итоге правительство Украины временно запретило перемещение грузовых потоков через границу с Крымом. 16 декабря 2015 года правительство Украины приняло решение о запрете поставок работ, товаров и услуг в Крым и из Крыма. Действие постановления не распространялось на поставку из Крыма в Украину товаров, имеющих стратегическое значение для отраслей экономики и безопасности государства, при подтверждении Министерства экономического развития и торговли, а также на ввоз в Крым гуманитарной помощи, поставляемой международными гуманитарными организациями в соответствии с перечнем, утверждённым Министерством социальной политики. Соответственно, блокада Крыма как гражданская инициатива осуществлялась непродолжительный период времени с сентября по декабрь 2015 года, после чего ситуация и правила пересечения границы уже регулировались властями Украины. Батальон имени Номана Челебиджихана получил известность именно благодаря своему активному участию в блокаде Крыма на этом первом этапе. При этом позднее участники Батальона (а точнее — созданного на его основе и официально зарегистрированного Общественного объединения «Аскер») осуществляли совместное с Погранслужбой Украины патрулирование границы и пунктов пропуска. Базировался Батальон на границе материковой Украины с Крымом в посёлке Чонгар. Некоторые источники, прежде всего российские, указывают, что на начало 2016 года в нём насчитывалось до 250 участников, он принимал участие в диверсионных действиях в Донбассе, а содействие ему оказывали власти Турции. Однако каких-либо доказательств достоверности этой информации на данный момент нет, как нет и достойной доверия информации о вооружении участников объединения (в том числе мы не считаем убедительным голословное утверждение об этом вооружении, содержащееся в приговоре Осману Кадырову). Вообще упоминания о деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана после окончания гражданской блокады Крыма практически отсутствуют. Таким образом, насколько можно судить на основании более или менее подтверждённой информации, Батальон имени Номана Челебиджихана — это не столько вооружённое формирование, сколько, по сути, общественное объединение (вероятно, парамилитарного характера), которое в течение короткого времени действовало на границе с Крымом — самостоятельно, однако с ведома государственных властей Украины и во взаимодействии с ними. Позднее оно было зарегистрировано как Общественное объединение «Аскер».При этом 1 июня 2022 года Верховный суд РФ удовлетворил иск Генеральной прокуратуры о признании «Крымскотатарского добровольческого батальона им. Номана Челебиджихана» террористической организацией и запрете его деятельности на территории РФ.В ноябре 2023 года Рефат Чубаров сообщил, что «на базе роты имени Номана Челебиджихана, бойцы которой закалились в боях под Бахмутом, формируется особый штурмовой батальон». Новое подразделение в течение некоторого времени носило название 48-й отдельный штурмовой батальон им. Номана Челебиджихана и входило в состав Сил территориальной обороны. Позднее оно было переведено в состав Сухопутных войск ВСУ. Весной 2025 года подразделение получило новый номер, по состоянию на май 2025 года это 426-й отдельный стрелковый батальон. На сайте подразделения больше не упоминается ни имя Номана Челебиджихана, ни крымские татары, изменена также эмблема подразделения. Несмотря на то, что у истоков как военного подразделения ВСУ, так и одноимённого общественного объединения стоял Ленур Ислямов, между ними нет тождества. В отличие от подразделения ВСУ, Батальон имени Номана Челебиджихана, действовавший в 2015–2016 годах на административной границе с Крымом, по сути представлял собой отдельное общественное объединение, не являвшееся частью государственных структур. Он не являлся официальным воинским формированием и не входил в состав ВСУ. Тем самым, достоверных оснований считать их одной и той же структурой не имеется. Обвинения, выдвинутые в отношении Гафарова, касаются участия в деятельности именно общественного объединения, а не вооружённого подразделения ВСУ. Большинство известных нам лиц, преследуемых по ч. 2 ст. 208 УК РФ за участие в деятельности этого объединения, обвиняются исключительно в том, что они находились в месте расположения Батальона на границе с Крымом в 2016 или 2017 годах, выполняли хозяйственные задачи, охрану, досмотр транспортных средств, осуществляли снабжение и строили жильё. Насколько нам известно, никто из них не обвиняется в участии в реальных боевых действиях или диверсиях, за исключением основателя этого образования Ленура Ислямова, который 10 декабря 2020 года был заочно приговорён Верховным судом Крыма к 19 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Ислямова обвинили в создании вооружённого формирования, не предусмотренного законом (ч. 1 ст. 208 УК РФ), в совершении диверсии организованной группой с причинением значительного имущественного ущерба (п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 281 УК РФ), а также в шести эпизодах публичных призывов к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности России с использованием средств массовой информации (ч. 2 ст. 280.1 УК РФ). Диверсия, в осуществлении которой был признан виновным Ислямов, заключалась в подрыве линий электроснабжения, в результате которой была приостановлена подача электричества в Крым. Эта диверсия — единственный пример якобы противоправной деятельности Батальона и его попыток «насильственного изменения основ конституционного строя и нарушения целостности Российской Федерации, в том числе путём осуществления вооружённой борьбы», направленной на отторжение «из состава Российской Федерации» аннексированного Крыма.  Таким образом, в распоряжении российских властей отсутствуют надлежащие доказательства того, что Батальон как организация участвовал в диверсиях или вооружённой борьбе. Единственное судебное решение, в котором такие действия фигурируют, — это приговор Ислямову, вынесенный в условиях отсутствия независимости и прозрачности судом, учреждённым на территории незаконно аннексированного Крыма. При этом, согласно принципу индивидуальной уголовной ответственности, сам факт осуждения Ислямова не может служить основанием для автоматического обвинения всех бывших участников Батальона в аналогичных действиях. Более того, в российских источниках практически нет упоминаний о какой-либо активности Батальона после завершения гражданской блокады Крыма в конце 2015 года. Случай Гафарова явно выделяется тем, что приговор, вынесенный заочно, был отменён в кассационной инстанции после того, как осуждённый был захвачен силовиками РФ на оккупированной территории Украины. Назначенное Гафарову наказание в итоге было изменено в сторону ужесточения, как по отношению к решениям судов в первом процессе, так и по отношению к решению повторного суда первой инстанции. Всё это является демонстрацией непримиримого отношения властей РФ к нелояльным, на их взгляд, представителям крымскотатарского народа и их объединениям.  Доказательства причастности Гафарова к Батальону имени Номана Челебиджихана Наш опыт рассмотрения дел по обвинению в участии в Батальоне имени Номана Челебиджихана свидетельствует об общем низком уровне доказывания в них. Зачастую основными доказательствами становятся показания «серийных» и тайных свидетелей, дающих их под копирку, сомнительные опознания и ролики из Интернета, на которых до сих пор не обнаруживался ни один из осуждённых.  В деле Акима Гафарова свидетелями обвинения также выступили, как утверждается, бывшие участники Батальона. Их имена скрыты в приговорах под инициалами, но по косвенным признакам мы можем определить, что этими свидетелями являются Эрнест Аблязимов, Сеит-Ибрам Зайтуллаев и Рустем Османов, про которых власти РФ утверждают, что они заявили о своём добровольном выходе из Батальона в 2016–2017 годах. Также против Гафарова свидетельствовали Айдын Мамутов и Эдем Кадыров, осуждённые по ст. 208 УК РФ в 2019 году, признавшие свою вину и получившие в связи с этим относительно небольшие сроки лишения свободы. Все эти люди являются «серийными» свидетелями, их показания, написанные под копирку, появляются в десятках уголовных дел против крымских татар — например, в деле Ленура Халилова, Дилявера Гафарова, Руслана Абдурахманова, Рустема Гугурика и многих других.  Однако даже эти «серийные» свидетели не заявляют, что Аким Гафаров участвовал в боевых действиях или осуществлял какие-то насильственные акции. Вместе с тем, сам Гафаров, который признаёт, что жил и работал в расположении Батальона в 2016–2017 годах, оспаривает показания некоторых из них о том, что у него было оружие.  Никаких вещественных доказательств того, Аким Гафаров проходил военную подготовку, имел оружие, стрелял из него, нет. На представленной в суд фотографии он одет в обычный камуфляж, используемый часто охотниками или рыбаками, не имеет оружия или знаков отличия. Гафаров говорит, что привёз камуфляж из дома и носил его в качестве рабочей одежды. В видеороликах, рассказывающих о Батальоне, Аким Гафаров не появляется.  Следствие представило в суд справку о выезде Гафарова из Крыма в 2016 году, чего он не оспаривает. Однако судом никак не отражены обстоятельства задержания Акима Гафарова, проживавшего на территории материковой Украины. Справки о пересечении им границы РФ в 2022 году нет.  Кроме прочего следует отметить, что суды над Гафаровым в 2024 году проходили в закрытом режиме, хотя оснований для закрытия процессов не было. Также местные правозащитники указывают, что адвокат Гафарова, Олег Глушко, не обратил должного внимания на то, что прокуратура обжаловала приговор суда первой инстанции с нарушением сроков, и не явился на рассмотрение дела в апелляции. Интересы Гафарова там представлял другой адвокат по назначению. Адвокат Олег Глушко получил печальную известность в Крыму после своего участия в качестве адвоката по назначению в деле Наримана Джеляла и братьев Ахтемовых, когда подзащитные небезосновательно обвинили его в работе на ФСБ. Необоснованность применения ст. 208 УК РФ к участникам Батальона имени Номана Челебиджихана Мы заявляем о недопустимости применения ст. 208 УК РФ как к Акиму Гафарову, так и ко всем реальным или предполагаемым участникам Батальона имени Номана Челебиджихана в целом. В уже упоминавшемся выше приговоре Осману Кадырову указывается, что Батальон не входит в структуру Министерства обороны, Министерства внутренних дел или Национальной гвардии Украины и не имеет правовых оснований функционирования на территории страны. Однако мы считаем, что, несмотря на то, что создание Батальона не было закреплено законодательно, а добровольческому объединению не был присвоен номер воинской части, его деятельность в Украине нельзя считать нелегальной, поскольку государство, будучи на протяжении длительного времени осведомлённым о наличии этого объединения и его активной деятельности, не предпринимало никаких мер к её прекращению. В любом случае, оформление статуса добровольческого батальона, действующего на территории Украины, является внутренним делом этого государства. Смысл ст. 208 УК РФ предполагает наказание за участие в антигосударственном вооружённом формировании, действующем вопреки законодательству того государства, на территории которого оно образовано. Это очевидно не применимо к деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана, чья деятельность не только не пресекалась украинским государством, но и имела ярко выраженную проукраинскую и патриотическую окраску. Следствие не предоставило никаких доказательств нарушения законодательства Украины при создании и деятельности Батальона.Также стоит критически отнестись к тому, что, по утверждению следствия, деятельность Батальона имени Номана Челебиджихана имела цели, противоречащие интересам Российской Федерации. С нашей точки зрения, аннексия Крыма, а также прямое вооружённое вмешательство России в конфликт на востоке Украины, очевидно противоречащие международному законодательству и обязательствам России, повлекли прямые негативные последствия для многих сфер жизни страны. Следствием агрессивных действий, предпринятых руководством Российской Федерации по отношению к Украине, стали многочисленные человеческие жертвы, военные преступления, преступления против личности и собственности на оккупированных территориях. Долговременные негативные последствия преступных решений руководства РФ, связанные с вооружённой агрессией против Украины начиная с 2014 года, позволяют охарактеризовать именно эти действия как противоречащие интересам Российской Федерации. В то же время, меры по противодействию агрессивной внешней политике нынешнего руководства Российской Федерации можно расценивать как направленные на её благо. Кроме того, утверждение суда в приговоре Кадырову о том, что целью Батальона являлось «насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение территориальной целостности Российской Федерации, в том числе путём осуществления вооружённой борьбы, направленной на отторжение Республики Крым из состава Российской Федерации», представляется абсурдным и юридически несостоятельным. Согласно международному праву, Крым является оккупированной территорией Украины, а не частью Российской Федерации. Таким образом, никакие действия, направленные на прекращение оккупации и восстановление контроля Украины над своей территорией, не могут рассматриваться как посягательство на территориальную целостность России, поскольку речь идёт не об «отторжении» её региона, а о восстановлении международно признанных границ Украины. Следовательно, попытка квалифицировать деятельность Батальона как незаконную только на этом основании не выдерживает критики. Кроме того, необходимо учитывать тот факт, что Батальон имени Номана Челебиджихана был образован крымскими татарами для защиты права жить на своей исторической родине в том государстве, гражданами которого они в большинстве своём являлись. Все предпринимаемые ими для этого действия, во-первых, имели своей целью защиту прав, гарантированных Конституцией Украины, а во-вторых, совершались на территории Украины и имели последствия также для территории Украины — Крыма, но никак не России.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Акима Гафарова является политически мотивированным, направленным на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Международным пактом о гражданских и политических правах, а также в связи с его национальным происхождением.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Акима Гафарова политическим заключённым, требует его освобождения и прекращения его уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.Адвокат — Глушко Олег Владимирович Публикации в СМИ: 4 сентября 2024 года. ZMINA. Похищенного в оккупированной Херсонской области крымского татарина Акима Гафарова этапировали в неизвестном направлении 11 сентября 2024 года. Крым.Реалии. «Недостаточно больной». Как и за что в Крыму осудили похищенного в Новоалексеевке Акима Гафарова Дата обновления справки: 17.06.2025 г.