Павел Гладкі быў прысуджаны да 15 гадоў за дзяржаўную змену і падрыхтоўку тэрарыстычнага акту. Абвінавання звязаны з яго м себя падразумаемай падтрымкай легіёна «Свабода Расіі», захоўваннем антываенных лістовак і даносам сукамерніка аб схаванай пасылцы, якая змяшчала матэрыялы, што маглі быць выкарыстаны для выготовлення кактэйля Малатова.

Гладкий Павел Петрович родился 14 июня 1988 года, гражданин РФ, украинец, житель Ставрополя, образование высшее, работал инженером-проектировщиком и фотографом, имеет малолетнего ребёнка. 29 октября 2024 года приговорён по ст. 275 («Государственная измена, то есть оказание иной помощи иностранной организации в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации») и ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ («Приготовление к совершению террористического акта») к 15 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, остального срока — в колонии строгого режима, с ограничением свободы после освобождения сроком на 1 год. Лишён свободы с 22 сентября 2022 года. Полное описание Домой к Павлу Гладкому сотрудники полиции пришли в ночь с 21 на 22 сентября 2022 года. В его квартире было проведено ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств». Силовики заподозрили молодого человека в том, что он расклеивал в Ставрополе стикеры и раскладывал по почтовым ящикам листовки с критикой Путина, войны и символикой Легиона «Свободы России» (далее — ЛСР).  В ходе «обследования» дома у Гладкого были найдены листовки и стикеры с надписями «ЗА РОССИЮ ЗА СВОБОДУ», «ЛЕГИОН СВОБОДА РОССИИ», «НА ФЕДЕРАЛЬНЫХ КАНАЛАХ И МЕДИА ОНИ НАМ ВРУТ», «ЭТО ВОЙНА, А НЕ СПЕЦОПЕРАЦИЯ ОНИ НАМ ВРУТ», «НАШ ВРАГ В КРЕМЛЕ, А НЕ В УКРАИНЕ ОНИ НАМ ВРУТ», листовки с флагами Украины и бело-сине-белым флагом и другие. Кроме агитационных материалов были изъяты два мобильных телефона, шарф баф-снуд, бейсболка, зажигалка и баночка с сухим горючим. Затем обыск также провели в офисе строительной фирмы, где работал Гладкий. После этого силовики увезли его в управление ФСБ. Однако аресту он был подвергнут не в связи с уголовным обвинением — молодого человека доставили в суд 23 сентября по делу об административном правонарушении.  22 сентября 2022 года в 19 часов 40 минут, то есть почти через сутки после фактического задержания, Павел в общественном месте якобы ругался матом и нарушал общественный порядок, не реагировал на замечания сотрудников полиции, в связи с чем на него был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 2 ст. 20.1 КоАП РФ («Мелкое хулиганство»).  23 сентября 2022 года судья Промышленного районного суда г. Ставрополя Гавриленко Дмитрий Николаевич признал Гладкого виновным и назначил ему наказание в виде 10 суток административного ареста, которое он отбывал в спецприёмнике для административно задержанных в г. Ставрополе. Этот административный арест важен для дальнейшего обвинения в инкриминируемых преступлениях, так как ключевым свидетелем в уголовном деле выступает один из «сокамерников» Павла Гладкого, якобы отбывавший с ним административный арест, чьи персональные данные были впоследствии засекречены следствием и судом.  Согласно версии обвинения, находясь под административным арестом в спецприёмнике, Павел Гладкий рассказал одному из своих сокамерников, что «является приверженцем “ЛСР” и что целью данной организации является прекращение боевых действий на Украине». Этому человеку следствие присвоило псевдоним «Прудков», других данных о нём не имеется. Он давал показания, не присутствуя в зале суда. По версии обвинения, Гладкий сообщил «Прудкову», «что в интересах “ЛСР” планировал поджог зданий военкоматов в г. Ставрополе и в г. Михайловске Ставропольского края». Более того, поскольку «Прудков» должен был освободиться из спеприёмника для административно задержанных раньше Гладкого, «последний в ходе разговора попросил его за денежное вознаграждение забрать пакет в лесистой части г. Ставрополя. Поскольку указанная просьба Гладкого ему показалась подозрительной, он сообщил о ней, а также о местонахождении вышеуказанного пакета в органы ФСБ России». По версии обвинения, именно это обращение «Прудкова» стало отправной точкой для возбуждения уголовного дела в отношении Павла Гладкого.  26 сентября 2022 года оперативные сотрудники ФСБ провели ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» в Ставрополе «примерно в двадцати метрах от асфальтированной дорожки “Тропы здоровья”». Там на земле была обнаружена куча хвороста, в котором среди веток нашли «полимерный пакет чёрного цвета, в котором находился полимерный пакет оранжевого цвета, стеклянная бутылка с наклейкой “БАРЖОМИ” объёмом 0,5 литра, на которой была наклеена этикетка с изображением кулака на щите, а также надписью “Свобода России”, закрытая металлической винтовой крышкой. В бутылке находилась полупрозрачная жидкость жёлтого цвета. Кроме того, в вышеуказанном пакете находился отрезок ткани, в котором был упакован с помощью нити чёрного цвета неизвестный предмет». Из протокола осмотра обнаруженных предметов следует, что внутри бутылки находился бензин, внутри тканого материала — «порошкообразное вещество белого цвета, по своему типу являющееся запалом (фитилём)», а также в пакете находился «свёрток бумаги белого цвета с кристаллическим веществом бело-серого цвета, являющийся полимерным материалом на основе полиуретана». Согласно заключению эксперта, привлечённого следствием, бутылка «Боржоми» с автомобильным бензином «по своей конструкции (легко разрушаемый корпус, горючая жидкость, загущенная полимером и тканный материал, смочённый (пропитанный) горючей жидкостью с полимером в качестве запала) является самодельным зажигательным устройством (по типу “коктейль Молотова”, зажигательная граната и т.п.), которое может применяться с целью поджога, при наличии источника открытого огня (инициатора горения) в виде пламени спички, зажигалки и т.п.». Первый допрос Павла Гладкого в качестве подозреваемого по уголовному делу о подготовке террористического акта прошёл 30 сентября 2022 года, а 1 октября ему было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ. В тот же день Ленинский районный суд Ставрополя вынес постановление о заключении Гладкого под стражу в СИЗО г. Ставрополя. В ходе этого допроса, а также допросов, которые были проведены следователем 24 августа 2023 и 19 сентября 2023 года, Павел Гладкий признался, что хотел «присоединиться к украинским организациям, действующим в России, для оказания помощи Украине в достижении победы», для чего в марте 2022 года он написал в Интернете «обращение президенту Украины». В начале мая 2022 года он написал на электронную почту ЛСР, что желает стать его участником. В ответ он получил на свою электронную почту письмо, в котором представитель ЛСР сообщил, что Гладкий может помочь организации распространением на территории РФ информации об Легионе, расклеиванием листовок, нанесением надписей на стенах. Этим он и занимался с мая по сентябрь 2022 года, фотографии и видео изготовленных им листовок Павел отправлял на электронную почту ЛСР. Также он наносил электронный адрес Легиона на денежные банкноты, которыми затем расплачивался в магазинах. Также молодой человек признался, что, начиная с мая 2022 года, он планировал поджечь какой-нибудь военкомат. Он якобы изучал здания военкоматов в Ставрополе и здание военкомата в городе Михайловске Ставропольского края, пытался определить, где находится охрана и выбрать окно, в которое можно было бы забросить бутылку с зажигательной смесью.  Свои цели поджога военкомата Павел Гладкий описывал разнообразно — это и срыв мобилизации, и помощь его двоюродным братьям в избегании призыва, и отвлечение сотрудников правоохранительных органов от выполнения повседневных задач. При этом он якобы понимал, что в результате поджога могут погибнуть мирные жители и сотрудники военкомата, а среди очевидцев может возникнуть паника.  В своих показаниях на предварительном следствии в 2022 и 2023 годах Павел Гладкий также сообщил, что 10 сентября 2022 года из ранее приобретённых им ингредиентов он изготовил по месту своего жительства «коктейль Молотова», который на следующий день спрятал в лесном массиве около «Тропы здоровья» в Ставрополе. Совершить планируемый поджог он не смог, «так как был задержан сотрудниками правоохранительных органов 22 сентября 2022 года в административном порядке». Позднее Гладкий отказался от признательных показаний и объяснил их применявшимися к нему пытками и психологическим давлением. В суде он заявил, что действительно состоял в переписке с представителями ЛСР, распечатывал и расклеивал листовки, делал надписи, отправлял их фотографии в Легион. Месторасположение военкомата в Ставрополе он изучал в Интернете с целью расклейки листовок около него, поджигать его не планировал. Также Гладкий признал, что искал в Интернете способ приготовления «коктейля Молотова», однако его не изготавливал, компонентов для него не покупал, в лесу ничего не прятал. 21 августа 2023 года Павлу Гладкому было предъявлено обвинение по ст. 275 УК РФ («Государственная измена — оказание иной помощи иностранной организации в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации»). Такой организацией следствие сочло Легион «Свобода России», а оказанием помощи — распространение информации о его деятельности «путём изготовления информационных листовок, их расклейки в общественных местах г. Ставрополя, разнесения их по почтовым ящикам жителей г. Ставрополя, а также написания электронного адреса “ЛСР” на банкнотах Банка России и в общественных местах, а также осуществлял отчёт перед “ЛСР” о проделанной им работе посредством отправления фотографий и видеофайлов с процессом изготовления и распространения вышеуказанных листовок на электронные почтовые ящики». Все обвинения следствие подкрепляет, кроме показаний самого Гладкого, показаниями свидетелей, экспертизами и вещественными доказательствами. Так, свидетелем на стадии предварительного следствия выступил двоюродный брат Гладкого — Денис Черняк. Он рассказал, что много общался со своим братом, тот рассказал ему, что не поддерживает действия России против Украины, поддерживает ВСУ, является участником Легиона «Свобода России» и расклеивает листовки «с завышенными сведениями о количестве погибших военнослужащих российской армии, призывами к прекращению СВО и общей информацией о деятельности “ЛСР” с qr-кодом». Кроме того, Павел рассказывал ему, что ездил к зданиям военкоматов в Ставрополе, где изучал «особенности их постройки», подходы к ним, их охрану, расположения окон, «чтобы понять как их можно поджечь», при помощи Google-карт он также «изучал военкомат в г. Михайловске Ставропольского края». На вопрос Дениса Черняка о цели поджога Гладкий якобы заявлял, что «хотел сорвать мобилизацию и призыв в России, тем самым помочь “ЛСР” в достижении его целей, а Украине в победе над Россией. Кроме того, он хотел помочь избежать ему и его брату Черняку Артёму мобилизации». Также Денис сообщил, что 10 сентября 2022 года они гуляли с Павлом, тот взял с собой сухое горючее и поджёг его, чтобы понять, как оно горит и можно ли с его помощью что-то поджечь. Огонёк от сухого горючего был слабенький, Павел якобы сказал, что «коктейль Молотова» лучше. После этого он попросил его подождать и отлучился на какое-то время. Это было в районе «Тропы здоровья».  Свидетельница Кошманова, коллега Гладкого по работе в ООО «Сфера Ставрополь», рассказала, что у них были товарищеские отношения и Павел неоднократно предлагал ей совместно распространять листовки Легиона, заявлял, что является его участником. После начала проведения «СВО» Гладкий рассказал ей, что «негативно относится к действиям России <..> поддерживает ВСУ, так как являлся украинцем по национальности и не поддерживает действующую власть в Российской Федерации». О том, что Павел тяжело переживал начало полномасштабного вторжения и был резко против войны, также рассказали другие свидетели — родственники обвиняемого.  Помощник начальника отделения военного комиссариата Ставропольского края показал, что в случае поджога здания военкомата возможно было бы его повреждение, уничтожение служебной документации, гибель людей, находящихся внутри здания или рядом с ним, а также «причинение существенного вреда государственным интересам Российской Федерации в области военной безопасности» из-за срыва частичной мобилизации, призыва на срочную и отбора на контрактную службу и в добровольческие формирования. Следствие изучило подписки на каналы и переписки Павла Гладкого в Telegram, которые свидетельствовали о его оппозиционных взглядах, и его поисковые запросы в интернет-браузере —  Павел интересовался возможностью помочь Украине, Легиону «Свобода России», получить политическое убежище за границей, а также способами поджогов зданий и изготовления «коктейлей Молотова». Об этих и других доказательствах подробнее — во второй части нашей справки. Пока велось следствие, в суды продолжали поступать протоколы об административных правонарушениях, якобы совершённых Павлом Гладким. Так, судья Промышленного районного суда Ставрополя Рогова Анастасия Александровна рассмотрела дело по ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ («Дискредитация ВС РФ») из-за расклеенных на информационном стенде листовок с текстом «Путлер будет уничтожен» и информацией о ЛСР (19 октября 2022 года назначен штраф 40 тысяч рублей). Ленинский районный суд г. Ставрополя в составе судьи Фёдорова Олега Александровича 12 декабря 2022 года назначил по той же статье штраф в 15 тысяч рублей за листовки, наклеенные на здании поликлиники и размещённые в почтовые ящики жилого дома. Тот же суд трижды рассматривал ещё одно дело об административном правонарушении по этой же статье в отношении Гладкого, но правоохранителям так и не удалось устранить существенные недостатки в протоколе. В итоге производство было прекращено 17 февраля 2023 года в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности. Уголовное дело в отношении Павла Гладкого рассматривал Южный окружной военный суд в Ростове-на-Дону. Коллегия в составе председательствующего Никитина Максима Михайловича, судей Мамедова Виталия Викторовича и Шуайпова Магомедбасира Гапуровича приступила к рассмотрению дела в ноябре 2023 года. Государственное обвинение поддерживали прокуроры Краморев В. С., Репченко А. А., Кузьминов В. В., Рогозин А. В. Суд проходил в закрытом режиме. 29 октября 2024 года был провозглашён обвинительный приговор. По ст. 275 УК РФ (в ред. Федерального закона от 14 июля 2022 г.) Гладкому назначили наказание в виде 12 лет 6 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, по ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ — 4 года лишения свободы. По совокупности преступлений назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 15 лет с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшейся части срока — в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы после освобождения на срок 1 год. Гладкий обжаловал приговор. 18 августа 2025 года дело поступило в Апелляционный военный суд.  Основания признания политзаключённым Обвинение по ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ  Согласно выводам суда, Гладкий в период с 6 мая по 22 сентября 2022 года «с целью совершения поджога, устрашающего население и создающего опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба и наступления иных тяжких последствий в целях дестабилизации деятельности органов власти, изучил здания военного комиссариата <…> в г. Ставрополе и в г. Михайловске Ставропольского края <…> изготовил <…> самодельное зажигательное устройство, однако не довёл свой умысел на поджог военкомата до конца по независящим от него обстоятельствам». Суд квалифицировал эти инкриминируемые Гладкому действия как «приготовление к совершению террористического акта путём умышленного создания условий для совершения преступления и изготовления орудий его совершения». В уголовном преследовании Павла Гладкого обвинение по статье о приготовлении к теракту стало первым. Оно было предъявлено 30 сентября 2022 года. Рассмотрим предшествующие события, обстоятельства «выявления» преступления и представленные обвинением доказательства. Как сказано в первой части нашей справки, изначально внимание силовиков к Павлу Гладкому привлекла его деятельность по распространению листовок в Ставрополе. Достаточно длительное время — с мая по сентябрь 2022 года молодой человек распространял в городе агитационные материалы Легиона «Свобода России», оппозиционные и антивоенные листовки и стикеры. Нам неизвестно, был ли Гладкий идентифицирован как распространитель листовок именно 21 сентября или за ним уже какое-то время велась слежка.  В ходе ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», которое проходило в его доме в ночь с 21 на 22 сентября было найдено много подготовленных к распространению материалов. Кроме того, силовики изъяли мобильные телефоны Павла, в которых были найдены переписки с представителем ЛСР. В приложении Telegram следствие обнаружило подписки на оппозиционные каналы, в том числе канал ЛСР. В истории браузера были восстановлены поисковые запросы, среди которых найдены такие: «какие страны появятся вместо РФ после её распада», «флаг УПА», «как найти братцев в Киеве?». Также упоминаются запросы, «связанные со способами оказания помощи Украине, организации “ЛСР”, получением политического убежища, статуса беженца и гражданства Украины, поджогами военкоматов, изготовления “коктейля Молотова”, приобретения динамита». Протоколы осмотра были представлены в суд в качестве доказательств «неблагонадёжности» Павла Гладкого.  Одновременно нужно констатировать, что в ходе ОРМ «Обследование», а фактически обысков, в квартире Павла Гладкого и в офисе по месту его работы не было найдено ничего, что свидетельствовало бы о подготовке им террористического акта. Изъятые листовки, зажигалка, шарф баф-снуд, бейсболка и сухое горючее в таблетках таковыми доказательствами, естественно, не являются. Действия Павла Гладкого по распространению листовок формально могли бы подпадать под административную статью, и действительно были впоследствии квалифицированы по ст. 20.3.3 КоАП РФ («Дискредитация ВС РФ»). Наш Проект считает как эту административную статью, так и её «продолжение» — ст. 280.3 УК РФ («Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооружённых Сил РФ»), обвинение по которой возможно после привлечения по ст. 20.3.3 КоАП РФ, — противоречащими Конституции РФ и базовым принципам права. Эти статьи были приняты единым пакетом в марте 2022 года и нацелены на подавление свободы слова в условиях полномасштабной войны. Однако наказание по ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ не предусматривает санкции в виде ареста. Вероятно, поэтому Павла Гладкого привезли 23 сентября в Промышленный районный суд Ставрополя с административным протоколом по статье о мелком хулиганстве. Якобы в 19 часов 40 минут 22 сентября 2022 года молодой человек в общественном месте ругался матом и нарушал общественный порядок. К этому моменту Павел Гладкий находился в руках силовиков уже почти сутки, с обыска его увезли в наручниках, у его близких не было информации о его местонахождении.  Практика «предварительных» административных арестов, которые часто становятся «карусельными», то есть следующими один за другим, используется правоохранительными органами как альтернатива заключению под стражу в СИЗО в том случае, когда на человека ещё не заведено уголовное дело. В таком случае в отношении находящегося в активной оперативной разработке и де-факто подозреваемого лица фабрикуют одно или несколько дел об административных правонарушениях и на этом основании удерживают его в спецприёмнике. В последние годы такой метод активно используется в преследованиях по политическим делам.  Адвокат правозащитного проекта «Первый отдел» Евгений Смирнов считает, что у «карусели» арестов могут быть разные цели. Одна из них — склонить к признательным показаниям. Вторая — «зафиксировать человека» и потянуть время до того момента, когда будет собрано достаточно фактуры для возбуждения уголовного дела. Административный арест в этом случае очень удобен: силовики имеют право изымать у «подозреваемого» телефон, проводить осмотр жилья (по факту — обыск) и «опрашивать» самого человека и его близких. «То есть они готовятся к уголовному делу и одновременно давят на человека, стараются сломить волю», — говорит Смирнов. Известны случаи применения «карусельных арестов» в отношении Александра Крайчика, Ление Умеровой, Николая Онука и многих других. Это только единичные примеры из практики, которая получает всё более широкое распространение.  В деле Гладкого был всего один административный арест, но за те 10 суток, что Павел находился в изоляции, следствие «подготовило» уголовное обвинение. Рассмотрим его подробнее. Сам Павел Гладкий так описывает происходившее с ним. 22 сентября 2022 года в здании ФСБ, куда его доставили после обысков, его допрашивали в наручниках, с мешком на голове, несколько раз ударили головой о стену, с затылка вырвали клок волос. После его отказа оговорить себя, повалили на пол, несколько человек сели на него и стали выворачивать пальцы, угрожая отрезать их по одному, если он не даст нужных показаний. После того, как он согласился подписывать любые документы и подписал несколько, не читая их, пытки прекратились и его отвезли в суд на рассмотрение дела об административном правонарушении по статье о хулиганстве.  Показания засекреченного свидетеля и вероятность фальсификации доказательств По версии следствия, в спецприёмнике для административно задержанных г. Ставрополя Павел Гладкий познакомился с кем-то, кто в дальнейшем стал фигурировать в его уголовном деле под псевдонимом «Прудков». Якобы этому человеку Гладкий не только рассказал о том, что является членом Легиона «Свобода России» и планирует поджоги зданий военкоматов в Ставрополе и Михайловске, но и попросил его зачем-то забрать спрятанный в лесу пакет с «коктейлем Молотова». С обращения в ФСБ этого свидетеля, по версии следствия, и началось уголовное преследование. Павел Гладкий уверяет, что не имеет понятия о том, кто этот человек. Его данные неизвестны, более того, следствие даже не провело процедуру опознания «Прудковым» Павла Гладкого как человека, с которым он якобы познакомился в спецприёмнике. Суд счёл, что отсутствие опознания «на выводы суда не влияет и не свидетельствует о недостоверности данных показаний, поскольку указанный свидетель в суде пояснил, что человек, содержавшийся с ним в камере для административно-задержанных не только представился Гладким Павлом, но так его называли и сотрудники изолятора временного содержания».  Использование засекреченных свидетелей — очень удобный судебный инструмент для силовиков, когда необходимо заполнить пробелы и пустоты в позиции следствия недостающими в уголовном деле «доказательствами». Как правило, поводом для засекречивания данных объявляется угроза безопасности самого свидетеля или его родных и близких. Ч. 1 ст. 19 Конституции РФ гласит, что все равны перед законом и судом. При этом государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина без какой-либо дискриминации — это провозглашено в ч. 2 ст. 19 Основного Закона. Таким образом, Конституция обязывает государство обеспечивать возможность равноправного судебного разбирательства. В действительности же эта конституционная норма нарушается правоприменительной практикой засекречивания свидетелей. Мы согласны с анализом этой практики, изложенным, к примеру, адвокатом Александром Быковым в «Адвокатской газете»: «в законодательстве существуют пробелы, препятствующие в полной мере реализовать указанный конституционный принцип <…> Действующее законодательство допускает, что в качестве засекреченного свидетеля может выступить любое лицо, включая сотрудников правоохранительных органов, в связи с чем сторона защиты зачастую лишена возможности задать такому свидетелю вопросы, направленные в том числе на выяснение его личности, отношения к правоохранительным органам и т.д., поскольку такие вопросы нередко судьями пресекаются. Подобная практика, основанная на ч. 5 ст. 278 УПК, <…> изначально ставит сторону защиты в невыгодное — по сравнению со стороной обвинения — положение <…> Практика засекречивания свидетелей <…> нередко противоречит истинным целям правосудия, поскольку ставит сторону защиты в неравное со стороной обвинения положение. Не видя перед собой конкретного свидетеля, не имея возможности наблюдать за его реакцией на заданные вопросы, обладая минимумом информации о нём, стороне защиты крайне затруднительно проводить эффективный допрос такого лица <…> В свою очередь судьи, равно как и присяжные заседатели, лишаются тем самым возможности визуально наблюдать за поведением свидетеля в ходе допроса, в связи с чем сужается их потенциал для полной оценки показаний такого свидетеля на предмет их достоверности, исходя из внутреннего убеждения». Наш Проект давно и последовательно выступает с критикой практики использования засекреченных свидетелей, всё шире применяющейся в уголовных делах, расследуемых ФСБ. Эти свидетели дают показания не присутствуя в зале суда, с изменёнными компьютером голосами, их лица не демонстрируются на экране в суде, а личность может быть известна только следователю и суду.  Совет Европы на основе прецедентного права ЕСПЧ в Рекомендациях № (2005) 9 «О защите свидетелей и лиц, сотрудничающих с правосудием», пункте № 21 Приложения к ним, указывает, что приговор не должен основываться исключительно или в значительной степени на показаниях, данных анонимными свидетелями. Согласно п. 19 и 20 того же Приложения, «дача показаний под псевдонимом должна являться исключительной мерой безопасности и применяться в случае серьёзной угрозы жизни или свободе лица, обладающего значимой доказательственной информацией и заслуживающего доверия; стороны должны иметь право оспорить правомерность использования данной меры безопасности». Согласно ч. 3 ст. 11 УПК РФ, «при наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности, предусмотренные статьями 166 частью девятой, 186 частью второй, 193 частью восьмой, 241 пунктом 4 части второй и 278 частью пятой настоящего Кодекса, а также иные меры безопасности, предусмотренные законодательством Российской Федерации». В соответствии с ч. 9 ст. 166 УПК РФ следователь с согласия руководителя следственного органа должен вынести постановление, в котором «излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне данных» о личности свидетеля. Мы полагаем, что суд в целях соблюдения принципов состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе, должен во всяком случае проверить обоснованность сохранения в тайне личных данных свидетеля и наличие достаточных данных об угрожающих свидетелю обстоятельствах, перечисленных в ч.3 ст. 11 УПК РФ, чего на практике обычно не происходит.  Мы считаем, что практика засекречивания свидетелей в целом упрощает фабрикацию доказательств и ограничивает право обвиняемых на эффективную защиту от предъявленного обвинения.  Тем не менее, эта практика часто используется в том числе и при судебном рассмотрении дел политических заключённых. На показаниях таких свидетелей строятся дела против обвиняемых по делам «Хизб-ут-Тахрир», использовались они в делах против Надежды Савченко, Олега Сенцова, фигурантов дела «Нового Величия» и многих других.  В деле Павла Гладкого показания засекреченного свидетеля являются ключевыми, на них фактически построено всё обвинение. Кроме этих показаний и «признаний» самого обвиняемого, от которых он впоследствии отказался, заявив о давлении и пытках, фактически ничто не связывает Гладкого с бутылкой, найденной оперативниками в лесу. Как следует из материалов дела, на бутылку из-под «Боржоми» была «наклеена этикетка с изображением кулака на щите, а также надписью “Свобода России”». Эта листовка идентична одной из тех, что были изъяты при обыске у Павла Гладкого. Она была примотана к бутылке скотчем, под листовкой был помещен пучок волос, вероятно, Павла Гладкого. Предположение, что преступник наклеивает на бутылку, которую планирует поджечь и бросить, листовку, а под неё помещает клок своих волос, выглядит довольно странным. Следствие пыталось провести экспертизу «биологических объектов», чтобы доказать связь Павла Гладкого с этой бутылкой. Однако сотрудники ФСБ допустили грубые нарушения порядка получения у Гладкого биологических образцов для сравнительного исследования, в связи с чем заключения специалистов и справка «о результатах исследования о принадлежности биологических объектов, обнаруженных на бутылке с “Коктейлем Молотова”» суд не использовал в качестве доказательств. Таким образом, связь Павла с этой бутылкой с горючей жидкостью установлена исключительно на основе показаний засекреченного свидетеля, которые не подтверждаются ни показаниями самого обвиняемого в суде, ни вещественными доказательствами. О том, что Павел Гладкий бывал в районе «Тропы здоровья», где в лесу была спрятана бутылка, указывают наклейки, оставленные ранее Павлом в том районе, а также его двоюродный брат Денис Черняк.  Показания этого свидетеля, полученные на стадии предварительного следствия, о которых мы рассказали в первой части нашей справки, положены судом в основу приговора. Денис Черняк не давал показаний в суде, так как после первого и единственного допроса ему удалось покинуть РФ и запросить политическое убежище за рубежом. Молодой человек уверяет, что сотрудники ФСБ заставили его оговорить брата под давлением. Со слов Черняка, ему угрожали привлечением его к уголовной ответственности, предъявили ему вариант «показаний» Павла Гладкого, где Денис является соучастником в подготовке террористического акта. Также ему выдали повестку в военкомат. Опасаясь за свою жизнь и свободу, Черняк подписал заранее подготовленные для него следователем «показания». Произошедшее Денис Черняк подробно описал официальным органам в стране, в которой запросил убежище. Прочие свидетели по делу не сообщают никакой информации о подготовке Павла Гладкого к террористическому акту, нет фото или видеосвидетельств покупки им каких-либо ингредиентов, дома у него не найдено ничего, кроме туристического сухого горючего. Мы критически относимся к показаниям самого осуждённого, данным на стадии предварительного следствия. По его заявлениям, его права при допросах и в СИЗО существенно нарушались. Сразу после задержания он подвергался пыткам, психологическому давлению и запугиванию, был лишён помощи адвоката. На допросе 30 сентября 2022 года присутствовал защитник по назначению, хотя родственники Павла Гладкого заключили соглашение с другим адвокатом ещё 27 сентября, и он разыскивал своего подзащитного в РОВД и СИЗО. Сам осуждённый объясняет свои последующие признательные показания на предварительном следствии тем, что и следователи ФСБ, и сокамерники, которых к нему подсаживали, говорили ему о бессмысленности сопротивления, о том, что его будут пытать электрическим током, изувечат, а потом всё равно заставят сознаться. По имеющейся информации, в закрытых заседаниях суда Павел Гладкий сообщал о применявшихся к нему недозволенных методах ведения следствия, однако суд не дал адекватной оценки этим заявлениям. Также стоит отметить, что у Павла Гладкого диагностировано серьёзное расстройство здоровья, которым он страдает с детства. Его диагноз «органическое расстройство с вегетативно-сосудистой функцией, стойкий неврозоподобный синдром» вызывал у молодого человека необходимость неоднократно обращаться к помощи врачей-психиатров. По мнению близких осуждённого, амбулаторная психолого-психиатрическая экспертиза в рамках следствия была проведена поверхностно. Эксперты пришли к выводу, что «подсудимый Гладкий в период инкриминируемого деяния и при проведении исследования обнаруживал органическое расстройство личности, однако данные особенности психики выражены не столь значительно» и в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается. В условиях содержания в заключении и при проведении с ним следственных действий Гладкий не получал адекватной медицинской помощи. Кроме того, в течение нескольких месяцев содержания в переполненной камере СИЗО, Павел был лишён возможности спать ночью, что дополнительного негативно повлияло на его здоровье. Таким образом, мы находим доказательства обвинения неубедительными, а факт приготовления Павла Гладкого к поджогу военкомата — недоказанным. Есть веские основания полагать, что обвинение ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ сфальсифицировано следствием. Даже если допустить вину Гладкого, квалифицировать его действия как теракт было бы неправомерно. В большинстве известных нам случаев поджоги военкоматов не отвечают признакам террористического акта: в них отсутствует прямой умысел на устрашение населения и воздействие на принятие решений органами власти, а также реальная опасность наступления тяжких последствий. После начала мобилизации в 2022 году подобные дела всё чаще квалифицируются как терроризм. Эта практика становится всё более распространённой, в частности, наш проект признавал политзаключёнными фигурантов уголовных дел, в которых поджоги военкоматов становились основаниями для обвинения по ст. 205 УК РФ: Андрея Петраускаса, Алексея Рожкова, Ибрагима Оруджева, Михаила Бабинцева и многих других. В деле Гладкого обвинение и суд не доказали направленность умысла обвиняемого на совершение действий, охватываемых вышеуказанными признаками террористического акта. Если же квалифицировать действия Гладкого как приготовление к умышленному уничтожению или повреждению чужого имущества путём поджога (ч. 2 ст. 167 УК РФ), то это преступление относится к категории средней тяжести, приготовление к которому не влечёт уголовной ответственности, поскольку она наступает только в случае приготовления к совершению тяжкого или особо тяжкого преступления. Обвинение по ст. 275 УК РФ  Это обвинение было предъявлено Гладкому почти через год после его ареста. Именно в связи с ним Павел получил наиболее суровое наказание: 12 лет 6 месяцев лишения свободы, что в совокупности с 4 годами по ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ составило 15 лет с отбыванием первых 3 лет в тюрьме. Следствие утверждает, что Павел Гладкий совершил государственную измену в форме «оказания иной помощи иностранной организации в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации».  Такой организацией обвинение сочло Легион «Свобода России», а помощью — распространение информационных листовок, то есть по сути действия, за которые Гладкий был подвергнут административным штрафам в соответствии с ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ («Дискредитация ВС РФ»). Также помощью ЛСР признаны надписи с электронным адресом ЛСР, которые Гладкий наносил на денежные банкноты и отправленные им на почту Легиона фото и видеофайлы, на которых запечатлён процесс изготовления и распространения листовок. Мы считаем, что квалификация действий Гладкого по изготовлению и распространению агитационных листовок по статье о госизмене необоснованна и политически мотивирована. В последние годы налицо тенденция к резкому росту количества дел о госизмене. Согласно исследованию правозащитного проекта «Первый отдел», по состоянию на 15 декабря 2024 года в России, после начала полномасштабной агрессии против Украины, по обвинениям в госизмене, шпионаже и конфиденциальном сотрудничестве с иностранным государством были привлечены к уголовной ответственности 792 человека, из которых в 2024 году 224 человека были приговорены к лишению свободы по ст. 275 УК РФ (для сравнения: в 2023 году, как сообщила ФСБ, было вынесено 33 приговора по этой статье — в 2022 году, по данным Первого отдела, это число было в три раза меньше). За время войны по этой статье, как и впрочем и на протяжении предшествующего времени, начиная с 2000 года, не было провозглашено ни одного оправдательного приговора. После начала полномасштабной войны чаще всего (59 %) в делах о госизмене привлекают за «переход на сторону противника» (обычно речь идёт о приготовлении к такому переходу или покушении на него).  В деле Павла Гладкого речь идёт о неопределённой «иной помощи иностранной организации в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации». Этой помощью сочтена вполне легальная деятельность гражданина по распространению информации и иному выражению мнения. Обвинение расценило её как криминальную только в связи с тем, что по их версии, действовал Гладкий в интересах Легиона «Свобода России», чья деятельность, в свою очередь, направлена против безопасности РФ. Мы не согласны с такой оценкой.  24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах. В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.  Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора». Таким образом, само по себе участие в защите Украины от агрессии является правомерным с точки зрения международного, а значит, и российского права. Легион «Свобода России» подчиняется Министерству обороны Украины и входит в состав в Интернационального легиона Главного управления разведки (ГУР). В доступных нам материалах ряда уголовных дел имеются справки Главного управления Генерального штаба ВС РФ о том, что это воинское формирование включено в структуру Интернационального легиона обороны Украины ВСУ. Деятельность ЛСР, как и других подразделений ВСУ, направлена не против безопасности РФ, а на защиту Украины от вооружённой агрессии.  В ст. 275 УК РФ отсутствуют пояснения о том, какая именно деятельность считается направленной против безопасности РФ. Однако, согласно примечанию к ст. 104.1 УК РФ, «под деятельностью, направленной против безопасности Российской Федерации, понимается совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 189, 200.1, 209, 210, 222 — 223.1, 226, 226.1, 229.1, 274.1, 275 — 276, 281, 283, 283.1, 284.1, 284.3, 290, 291, 322, 322.1, 323, 332, 338, 355 — 357, 359 настоящего Кодекса». К этому же примечанию отсылает и ст. 280.4 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности государства»). Независимо от того, понимать ли упоминаемую в ст. 275 УК РФ направленность деятельности против безопасности РФ так же, как она понимается в ст. 280.4 УК РФ, или как-то ещё, ясно одно: если деятельность лица, оказывающего «иную» помощь, образует состав какого-то оконченного или неоконченного преступления, то ответственность должна наступать за это конкретное преступление, а не за оказание помощи как таковое.  Определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии» Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — после полномасштабного вторжения в Украину, начавшегося в конце февраля 2022 года, действиями властей РФ практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц в пограничных регионах и за их пределами.  Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России практически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений. Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями. При этом суверенитет Российской Федерации, её независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России. Таким образом, ключевой причиной возникновения новых угроз национальным интересам России, является именно агрессивная война, развязанная властями России против Украины и особенно — полномасштабное вторжение, начатое 24 февраля 2024 года.  Мы полагаем, что изготовленные и распространённые Павлом Гладким оппозиционные и антивоенные материалы (наклейки, листовки и надписи), в том числе с символикой Легиона «Свобода России», направлены не против безопасности РФ, а, скорее, на противодействие угрозе её безопасности и национальным интересам.  Преступление, предусмотренное ст. 275 УК РФ, может быть совершено только с прямым умыслом. На наш взгляд в материалах обвинения нет никаких доказательств того, что Павел Гладкий имел умысел нанести ущерб безопасности РФ. И сам он, и свидетели в суде показали, что Гладкий тяжело переживал начало полномасштабной войны России в Украине. Он желал остановки военных действий, желал победы стороне, защищающейся от агрессии. В текстах листовок, которые он распространял, не было ни призывов к терроризму, ни призывов к преступлениям, перечисленным в Примечании к ст. 104.1 УК РФ, о которых говорилось выше.  Ещё раз посмотрим на тексты материалов, распространявшихся Гладким: «ЗА РОССИЮ ЗА СВОБОДУ», «ЛЕГИОН СВОБОДА РОССИИ», «НА ФЕДЕРАЛЬНЫХ КАНАЛАХ И МЕДИА ОНИ НАМ ВРУТ», «ЭТО ВОЙНА, А НЕ СПЕЦОПЕРАЦИЯ ОНИ НАМ ВРУТ», «НАШ ВРАГ В КРЕМЛЕ, А НЕ В УКРАИНЕ ОНИ НАМ ВРУТ», «ЭТО ПУТИН УНИЧТОЖАЕТ НАРОДЫ РОССИИ ОНИ НАМ ВРУТ», «ЭТО НЕ ЗАЩИТА НАШЕЙ СТРАНЫ А ВОЙНА ПРОТИВ БРАТСКОГО НАРОДА ОНИ НАМ ВРУТ».  Мы полагаем, что распространяя такие материалы, как и символику ЛСР, Павел Гладкий руководствовался правомерной целью агитации против агрессивной войны и стремился выразить поддержку украинскому народу, ставшему жертвой вторжения. Уголовное дело в отношении Павла Гладкого почти сразу после его возбуждения было использовано в пропагандистских целях. В ноябре 2022 года Гладкого, как он заявляет, под угрозой наказания в СИЗО заставили дать интервью корреспонденту телеканала «Россия 24» Александру Лукьянову. Позднее фрагменты этого интервью, которое Гладкий давал, находясь в наручниках, вошли в ролик канала под названием «Легион предателей». Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый» находит, что уголовное преследование Павла Гладкого является политически мотивированным, направленным на недобровольное прекращение критики государственной власти и развязанной ею военной агрессии и на устрашение общества в целом, т.е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Уголовное преследование Гладкого частично, с большой долей вероятности, основано на сфальсифицированных доказательствах, а частично — на необоснованной криминализации действий, не содержащих состава какого-либо преступления. Лишение свободы было применено к Павлу Гладкому в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Павла Гладкого политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокаты — Винников Олег Тимофеевич, Бабич Маргарита Сергеевна Публикации в СМИ: 10 февраля 2023 года, Кавказский Узел. Дело ставропольца о пацифистских листовках в четвертый раз передано суду Дата обновления справки: 29.08.2025 г.