Іван Кавіноў быў прысуджаны да 3 гадоў калоніі строгага рэжыму за публікацыю сямі паведамленняў у сваім Telegram-канале пра ваеннае ўварванне ў Украіну, якія суд лічыў такімі, што змяшчаюць «замагчыма несапраўдную інфармацыю аб выкарыстанні Узброеных сіл Расійскай Федэрацыі». Паведамлялася, што пасты змяшчалі рэпосты пра дзеянні расійскіх войскаў, уключаючы насіліце над грамадзянскім насельніцтвам і знішчэнне гуманітарнай дапамогі.

Кавинов Иван Игоревич родился 19 января 1990 года, житель города Коврова Владимирской области, ранее судим по ч. 1 ст. 318, п. «а» ч. 3 ст. 161 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ. 26 мая 2023 года приговорён Ковровским городским судом Владимирской области к 3 годам колонии строгого режима по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 207.3 УК РФ («Публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы»). Находится под стражей с 11 ноября 2022 года. Полное описание Иван Кавинов осуждён за то, что разместил в своем Telegram-канале семь постов о военном вторжении в Украину, которые содержали, по мнению суда, «заведомо ложную информацию об использовании Вооружённых Сил РФ». Суд счёл, что Иван Кавинов «в июле 2022 года с целью формирования негативного отношения к действиям Вооружённых Сил Российской Федерации при проведении специальной военной операции на территории Украины, действуя по мотиву ненависти и вражды в отношении военнослужащих Российской Федерации, будучи осведомлённым об актуальных сведениях из официальных российских источников информации, публикуемых для общего доступа об обстоятельствах проводимой Вооружёнными Силами Российской Федерации специальной военной операции на территории Украины, размещал в телеграмм-канале, имеющем более 3000 подписчиков, сообщения, содержащие не соответствующую действительности, заведомо ложную информацию о ходе проведения специальной военной операции».  По информации СМИ, вменённые Кавинову публикации — это в основном перепосты сообщений о том, что участники военного вторжения насилуют, пытают и похищают мирных жителей Украины, а также уничтожают склады с гуманитарной помощью В качестве свидетелей по делу в суде выступили студенты из Владимира, якобы видевшие эти публикации. В судебном заседании прокурор зачитал протокол обыска квартиры Кавинова и сообщил, что в качестве вещественных доказательств к делу приобщены несколько книг, найденных в доме в доме обвиняемого: «Проект Россия» Юрия Шалыганова, «Наследники Лаврентия Берия: Путин и его команда» Владимира Буковского и «1937. Не верьте лжи о «сталинских репрессиях!» Александра Елисеева. Сотрудники ФСБ также сообщили, что Кавинов был подписан на оппозиционные телеграм-каналы, на аватарке его собственного канала изображена перечёркнутая буквой Z, а в описании страницы написано «Нет войне и пыткам!». Прокурором зачитал переписку Ивана Кавинова с приятелем в Telegram, где они оба высказывались против войны с Украиной и действующей власти. Например, были приведены следующие слова Кавинова: «У всех свобода слова, нас и беларусов вяжут», «Надеюсь, что ВСУ зайдут в РФ и помогут замочить Путина», «Предали Россию, обокрали и изнасиловали, теперь ещё пошли по соседям. Трибунал не за горами». По сообщению пресс-службы суда, Иван Кавинов признал свою вину, также упоминается о его раскаянии в содеянном. 17 февраля 2023 года уголовное дело было передано в Ковровский городской суд Владимирской области. Приговор вынесен судьёй Шестопаловым Юрием Владимировичем. Основания признания политзаключённым Через неделю после начала полномасштабного российского вторжения в Украину, 4 марта 2022 года, Государственная Дума РФ в чрезвычайном порядке (не в виде отдельных законопроектов, а путём внесения поправок в другие, уже принятые в первом чтении) приняла законы о внесении изменений в Кодекс об административных правонарушениях и Уголовный кодекс. Эти законы запрещают призывы к санкциям, распространение фейков о российских вооружённых силах, их дискредитацию, а также призывы к «воспрепятствованию их использования». В тот же день законы одобрил Совет Федерации РФ, и уже вечером их подписал президент. Поправки вступили в силу со дня официального опубликования — 5 марта 2022 года. Состав преступления, предусмотренного новой ст. 207.3 УК РФ, сформулирован следующим образом: «Публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности, а равно содержащей данные об исполнении государственными органами Российской Федерации своих полномочий за пределами территории Российской Федерации в указанных целях». Мы полагаем, что эта статья противоречит как российской Конституции и международным обязательствам РФ, так и базовым принципам права. Согласно ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений, … имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения или иными способами по своему выбору». Ограничения пользования этими правами «должны быть установлены законом и являться необходимыми: для уважения прав и репутации других лиц; для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения». Аналогичные гарантии содержатся в ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей свободу мысли и слова. Ограничения этих свобод связаны с запретом пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, а также с государственной тайной. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Ограничения свободы выражения, установленные ст. 207.3 УК РФ, со всей очевидностью не служат тем целям, для достижения которых такие ограничения могли бы быть установлены. Важно отметить, что законное ограничение свободы выражения не предусмотрено даже в условиях военного положения, при котором пп. 15 п.2 ст. 7 ФКЗ «О военном положении» допускаетсялишь введение военной цензуры за почтовыми отправлениями и сообщениями, передаваемыми с помощью телекоммуникационных систем, контроля за телефонными переговорами и  приостановление деятельности политических партий, других общественных  и религиозных объединений. Тем более, нет для них оснований в ситуации, когда военное положение не введено. Не менее значимо то, что сами по себе формулировки статьи не позволяют заранее определить, какие высказывания являются правомерными, а какие запрещёнными. Гражданин не может судить заранее какие его высказывания, какая информация могут быть сочтены в данном контексте ложными, подпадающими под действие этой нормы. На этот счёт Конституционный Суд РФ высказывал своё мнение в ряде правовых позиций. Согласно им неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П). Фактически нормы ст. 207.3 УК РФ позволяют преследовать за высказывание любых мнений о использовании Вооружённых Сил РФ и деятельности её государственных органов за границей. Суждения о том, имеют ли упомянутые в статье действия цели «защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности» или нет, по своей природе являются оценочными, выражениями мнения. Но даже и применительно к сведениям, т. е. высказываниям о фактах в условиях ведения военных действий и конкуренции противоречивой информации из разных источников, исключительно сложно судить об их правдивости или ложности. Тем более, невозможно установление заведомости, т. е. умысла на распространение ложных сведений. Упомянутые органические дефекты ст. 207.3 УК РФ определяют её неправовой характер, не допускающий даже и добросовестного её применения. Однако и сам факт срочного внесения указанной статьи в Уголовный кодекс немедленно после начала вооружённой агрессии против Украины, и сопровождавшая её рассмотрение и принятие риторика официальных лиц, и, главное, контекст её применения — ведущиеся боевые действия и сопутствующая им государственная военная пропаганда исключают подобную добросовестность. В ситуации, когда единственными правдивыми сведениями и оценками объявляются сведения и оценки официальных российских источников, не только оправдывающих агрессивную войну и отрицающих многочисленные свидетельства гибели мирных жителей  в результате российских ударов и военных преступлений, совершаемых российскими силами, но и запрещающих называть события, с любой точки зрения, являющиеся войной, словом «война», применение этой неправовой по своей природе статьи УК также имеет исключительно недобросовестный и неправовой характер. Основанием для уголовного преследования становятся как правомерные мнения, оценивающие войну и связанные с ней обстоятельства, так и утверждения о задокументированных и подтверждённых фактах. Квалифицирующие признаки части 2 этой статьи, предусматривающей ужесточение наказания вплоть до 10 лет лишения свободы, зачастую носят субъективный характер, так пункт «д» предусматривает наличие «мотива политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо мотива ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы». В современных условиях доказывание присутствия такого мотива сводится к простой декларации следствием его наличия. Вместе с тем, исходя из того, что любое выступление против войны само по себе является общественно полезным и не имеет вовсе никакой общественной опасности, ни один из квалифицирующих признаков, если он не образует самостоятельного состава преступления, не может рассматриваться как усиливающий общественную опасность деяния. Исходя из изложенного, Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает, что ст. 207.3 УК РФ носит антиправовой характер, создана для осуществления политических репрессий против критиков власти и должна быть отменена. Любые преследования по этой статье являются неправомерными и должны быть прекращены. Это в полной мере относится к преследованию Ивана Кавинова: сам факт его преследования лишь по одной этой статье УК РФ свидетельствует о том, что он является жертвой именно политических репрессий и преследуется за антивоенную позицию. Кроме того, если посты, за которые он привлечён к уголовной ответственности и лишён свободы, — это действительно, как сообщают СМИ, в основном перепосты публикаций о военных преступлениях российской армии, то такие факты задокументированы, поэтому такие сведения нельзя считать не только заведомыми, но и ложными. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу ликвидированного государством Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Ивана Кавинова является политически мотивированным, направленным на недобровольное прекращение публичной деятельности критиков власти и устрашение общества в целом, т.е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение прав на свободу слова, справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Международным пактом о гражданских и политических правах или Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод. Мы считаем, что преследование людей за их антивоенную позицию связанно исключительно с их политическими взглядами и осуществлением ими свободы высказывания. Признание лица политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокат Ивана Кавинова: Смирнов С.А. Как помочь?Адрес для писем: 600021, г. Владимир, ул. 9 января, д. 5а, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Владимирской области, Кавинову Ивану Игоревичу 1990 г. р. Написать Ивану Кавинову можно и через сервис ФСИН-письмо. На нашем сайте вы можете сделать пожертвование для помощи всем политзаключённым. Дата обновления справки: 05.06.2023 г.