Іван Кудряшоў, вулічны мастак і актывіст, быў прысуджаны да 4 гадоў і 10 месяцаў за падрыхтоўку тэрарыстычнага акту пасля таго, як, па версіі следства, планаваў падпаліць ваенныя камісарыяты. Ён сцвярджае, што падвергаўся пыткам з боку супрацоўнікаў ФСБ з мэтай атрымання прызнання.

Кудряшов Иван Валерьевич родился 26 сентября 1996 года, житель Твери, работал грузчиком, автор стрит-арта, общественный активист. 20 июня 2023 года 2-м Западным окружным военным судом признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ («Приготовление к террористическому акту»), и приговорён к 6 годам лишения свободы. 29 сентября 2023 года Апелляционный военный суд смягчил приговор до 4 лет 10 месяцев. Лишён свободы с 30 сентября 2022 года. Полное описание Ивана Кудряшова задержали 30 сентября 2022 года, на следующий день оперативные сотрудники ФСБ провели «обследование жилища» активиста. По версии следствия, при этом были найдены две бутылки с зажигательной смесью — самодельные «коктейли Молотова». Также в телефоне Кудряшова была обнаружена переписка в мессенджере Telegram с гражданином Гончаром В.П., в которой якобы обсуждался план поджога зданий двух военкоматов: по городу Твери и по Калининскому району Тверской области, расположенных по соседству. Заволжский районный суд Твери отправил Кудряшова в СИЗО. На допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого Кудряшов дал признательные показания, однако уже в декабре 2022 года сообщил своему адвокату, что после задержания на него было оказано давление. Сотрудники ФСБ вывозили Ивана в неизвестное ему место, избивали, пытали током и угрожали изнасилованием, требуя пароль от телефона и признательных показаний. 1 октября 2022 года при осмотре в ИВС, а затем в СИЗО на теле Кудряшова были зафиксированы травмы. Однако, несмотря на заявление о пытках со стороны сотрудников ФСБ, направленное Иваном Кудряшовым в Следственный комитет, расследование этих фактов проведено не было. 14 июня 2023 года стало известно, что ещё 8 июня Иван Кудряшов объявил в СИЗО голодовку с требованием обеспечить ему особое веганское питание, а также выдать витамины и книги. Через некоторое время после 40-дневной голодовки активиста увезли в психиатрическую больницу, где 1 августа адвокат Михаил Харченко обнаружил Ивана в обездвиженном состоянии, привязанного к кровати. До этого, 18 июля, в первый день выхода из голодовки, Харченко посещал Кудряшова в СИЗО и, по его словам, каких-либо отклонений в психическом состоянии подзащитного не увидел. Врачи отказались по требованию адвоката сообщить подробности проводившегося лечения. Назначения они объяснили якобы возникшим на фоне голодовки психозом заключённого. Позднее стало известно, что от имени Ивана Кудряшова активистам «Зоны солидарности» были отправлены поддельные письма, в которых «Кудряшов» оправдывает сотрудников ФСИН, отправивших его на психиатрическое лечение, якобы признавая, что у него был нервный срыв, но теперь ему лучше. Почерк в этих письмах не похож на почерк Кудряшова. 20 июня 2023 года 2-й Западный окружной военный суд под председательством судьи Игоря Владимировича Никитчука вынес обвинительный приговор — 6 лет лишения свободы, причём первые 2 года и 6 месяцев Кудряшов должен будет провести в тюрьме, а оставшийся срок — в исправительной колонии строгого режима. 29 сентября 2023 года Апелляционный военный суд смягчил приговор: Иван Кудряшов проведет в заключении 4 года и 10 месяцев. Суд учёл, что якобы найденные у Кудряшова бутылки с зажигательной смесью не являются оружием, а значит, суд первой инстанции при назначении наказания счёл использование оружия отягчающим обстоятельством неправомерно. Следствие вёл следователь Ерофеев С.В., который, по свидетельству Ивана Кудряшова, не принимал участия в пытках, но был осведомлён о противоправных действиях оперативных сотрудников ФСБ Дмитрия Внучкова и Николая Красавина. Также Кудряшов заявляет, что адвокат по назначению Александр Киселев видел ссадины и синяки своего подзащитного, но даже не поинтересовался произошедшим. Основания признания политзаключённым Политический мотив и заявление о пытках С момента объявления так называемой СВО 24 февраля 2022 года Иван Кудряшов в своих социальных сетях делает целый ряд антивоенных публикаций. Кроме того, там же он подтвердил своё авторство нашумевшей инсталляции из двух жёлто-синих плакатов с надписью «*уй Войне», размещённой 1 мая 2022 года на автобусной остановке в центре города. Защита Ивана Кудряшова заявляет, что ещё до ареста Кудряшова им неоднократно интересовалась ФСБ в связи с антивоенными акциями в Твери весной 2022 года. Оперативник ФСБ Внучков Д.Ю. в ходе дачи показаний в суде подтвердил, что ранее Кудряшов попал в их поле зрения именно из-за этих акций. Позднее сотрудники ФСБ не смогли сообщить, откуда у них появилась оперативная информация о наличии бутылок с «коктейлями Молотова» в квартире Кудряшова. Интересно, что накануне ареста в мессенджере Telegram с Иваном Кудряшовым попытался вступить в переписку неизвестный с ником Carl Azov. Этот пользователь, очевидно, пробовал спровоцировать Кудряшова на неосторожное высказывание вопросом: «Готов до конца идти, чтоб войну остановить?». Кудряшов не отвечает. «Всё, сдулся?» — уточняет Carl Azov через несколько часов. «Нет, взял в одну руку коктейль, в другую зажигалку. Говори, куда идти», — с сарказмом отвечает Кудряшов. На следующее утро Carl Azov продолжает писать о «скорой смерти старого лысого пидора», обещает, что «ночь будет жаркой», и предлагает «подорвать или поджечь все военкоматы с документами», однако не получает никакого ответа. И всё же следователь приобщил эту переписку к делу как доказательство того, что Кудряшов готовился к поджогу. Как позднее сообщил Иван Кудряшов в своём заявлении в СК РФ, а затем в ходе допроса в качестве обвиняемого 2 мая 2023 года и в судебном заседании 20 июня 2023 года, оперативные сотрудники УФСБ по Тверской области применяли к нему физическое насилие и пытки током, угрожали изнасилованием. От него требовали выдать пароль от телефона и подписать все следственные документы и протоколы. Поэтому в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого и очной ставки в октябре 2022 года он был вынужден оговорить самого себя, признав себя виновным в приготовлении к теракту. Из показаний Ивана Кудряшова: «Закончив составлять какой-то протокол, мне предложили расписаться, на что я ответил отказом. После, также закрыв мне лицо, меня увели из квартиры и затащили в машину. Привезли в неизвестное на тот момент место <..> После отказа мне завязали ноги скотчем, уложили на пол и в открытые места был направлен ток, от сильных болей я начал кричать, но от криков никаких изменений не происходило, на вопрос о сотрудничестве я продолжал идти в отказ. После повторных ударов током и продолжения моих отказов, с меня спустили штаны, оставляя в лежачем положении, и, оставив в трусах, стали пихать неизвестный предмет в заднюю часть попы». Наличие у Кудряшова травм было отражено 1 октября 2022 года в актах осмотра в ИВС и при поступлении в СИЗО. Так, были зафиксированы повреждения головы, туловища, верхних и нижней конечностей. Однако в возбуждении уголовного дела по заявлению Ивана Кудряшова о пытках было отказано. Следственный комитет Российской Федерации по Тверской области в своём ответе утверждает, что «установить точную давность образования повреждений… не представляется возможным, так как в представленной на исследование документации не описаны цвет кровоподтеков, состояние дна ссадин». Дополнительно сообщается, что данные «повреждения» могли образоваться от 1 до 5-7 суток до момента их описания, т.е. до 1 октября 2022 года. Также в этом постановлении указывается, что Кудряшова задерживали трое сотрудников Росгвардии. По мнению следствия, молодой человек пытался убежать от правоохранителей и сопротивлялся при задержании, поэтому они схватили его за руки и положили лицом на землю, а когда он продолжил сопротивляться — завели руки за спину. Таким образом, теоретически наличие у Кудряшова повреждений может объясняться тем, что он оказывал сопротивление во время задержания, которое происходило на гравийной дороге. Однако в опросе, который произвёл адвокат Кудряшова Александр Альдаев, Иван подробнейшим образом описывает ход событий в октябре 2022 года — как его пытали, сколько времени, в каком примерно месте. Наличие зафиксированных актами повреждений, а также подробные показания потерпевшего позволяют с высокой долей вероятности сделать вывод об истинности показаний Кудряшова о пытках и насилии. Отсутствие доказательств события преступления Бутылки с зажигательной смесью. Иван Кудряшов заявляет, что две якобы найденные у него бутылки с горючими веществами были подброшены ему при следственных действиях. В протоколе обследования жилища он делает запись от руки: «Это не моё». Версию подброса ему этих бутылок подтверждает то, что оперативные сотрудники ФСБ не смогли сообщить, когда и где они получили информацию о наличии «зажигательных гранат» в квартире Кудряшова, просто указывая на «некоторую информацию». При этом к обыску сразу был привлечён специалист в области взрывного дела, что говорит о том, что оперативники заранее готовились обнаружить что-то из области его компетенции.Защита Ивана Кудряшова не имела возможности в ходе судебного процесса допросить руководителя группы, проводившей обследование жилища, который как раз и утверждал, что у него имелась оперативная информация о наличии зажигательных смесей. Свидетель не явился в суд, сославшись на занятость, поэтому осталось невыясненным, где, когда и от кого была получена информация о коктейлях Молотова. Также не явился в суд и понятой, которого защита хотела допросить в связи с противоречивыми обстоятельствами обнаружения и изъятия зажигательных смесей. Никаких объективных доказательств того, что бутылки с «коктейлями» принадлежат Ивану Кудряшову и что он хоть раз держал их в руках, представлено не было. На бутылках отсутствуют отпечатки пальцев, а волос, обнаруженный на одной из них, согласно экспертизе, Кудряшову не принадлежит. Следствие и суд указывают, что Кудряшов приобрёл ингредиенты и изготовил «зажигательные гранаты» в период с 25 по 30 сентября 2022 года. При этом следствие не представило никаких доказательств того, что эти бутылки и компоненты для изготовления зажигательных смесей были Кудряшовым приобретены — ни в эти даты, ни в принципе когда-либо. В уголовном деле нет ни чеков, ни квитанций, ни выписок со счета банка или транзакций по дебетовой карте, ни свидетелей обвинения, которые бы указали вообще на сам факт того, что Кудряшов покупал бы эти бутылки и ингредиенты для изготовления зажигательных смесей. Следствие представило в суд протокол осмотра телефона Ивана Кудряшова от 15 марта 2023 года, где был зафиксирован факт обнаружения там загруженной инструкции по изготовлению и использованию «простой зажигательной гранаты “Коктейль Молотова”». При этом отсутствуют доказательства того, что файл был загружен на телефон именно Иваном Кудряшовым; к моменту составления указанного акта его телефон находился в распоряжении следствия уже более четырёх месяцев. Переписка в Telegram. В основу обвинения также положены показания свидетеля Гончара В.П., который переписывался с Кудряшовым в мессенджере, девушки Гончара —Мироновой Е.А., которая якобы видела эту переписку, а также многочисленные протоколы осмотра переписок Кудряшова с различными людьми. При этом ни один из протоколов переписки не содержит сообщений Кудряшова, где он бы выразил однозначное желание поджечь военкомат, спрашивал про охрану, режим работы, здание военкомата. Гончар в своих показаниях ссылается на то, что именно такие сообщения Кудряшов удалял, но при этом остальная переписка сохранилась по неизвестной свидетелю причине. Свидетель Миронова, которая якобы видел удалённые впоследствии сообщения Кудряшова, в судебном процессе не была допрошена, так как просто туда не явилась. Таким образом, отсутствуют вещественные доказательства того, что Кудряшов действительно обсуждал с кем бы то ни было планы по поджогу военкоматов.При этом защита Ивана Кудряшова указывает, что Гончар сам писал Кудряшову сообщения провокационного характера. Нет никаких доказательств того, что Гончар пытался отговорить Кудряшова или сообщил в компетентные органы о его противоправных намерениях. Таким образом, мы приходим к выводу об отсутствии в деле каких бы то ни было объективных, материальных доказательств приготовления Ивана Кудряшова к совершению поджога зданий военкоматов. Неправомерная квалификация Несмотря на отсутствие в деле Ивана Кудряшова доказательств события преступления, мы считаем необходимым оценить саму возможность квалификации вменяемого ему деяния — подготовки к поджогу зданий военкоматов — как «приготовления к террористическому акту». После объявления так называемой «частичной мобилизации» в сентябре 2022 года в России были зафиксированы относительно многочисленные попытки поджогов военкоматов, которые воспринимались многими как акции протеста против войны и мобилизации. Первоначально уголовные дела по фактам поджогов или попыток поджогов возбуждались по ч. 2 ст. 167 УК РФ («Умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенные из хулиганских побуждений, путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом») или по различным частям ст. 213 УК РФ («Хулиганство»). Однако впоследствии, по всей видимости, было принято политическое решение о квалификации этих дел как терроризма, и в январе 2023 года был вынесен первый приговор именно по этой статье. Диспозиция ч. 1 ст. 205 УК РФ звучит следующим образом: «Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в целях воздействия на принятие решений органами власти или международными организациями». Таким образом, обязательными признаками преступления, позволяющими квалифицировать его как террористический акт, являются следующие: устрашение населения,создание опасности гибели человека и причинения значительного ущерба либо иных тяжких последствий,наличие цели дестабилизации деятельности органов власти и воздействия на принятие ими решения. Важно отметить, что все эти признаки не заменяют, а дополняют друг друга, т.е. для квалификации деяния как терроризма необходимо, чтобы присутствовал каждый из них. При этом, согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 09.02.2012 N 1, «устрашающими население могут быть признаны такие действия, которые по своему характеру способны вызвать страх у людей за свою жизнь и здоровье, безопасность близких, сохранность имущества и т.п. Опасность гибели человека, причинение значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий должна быть реальной, что определяется в каждом конкретном случае с учетом места, времени, орудий, средств, способа совершения преступления и других обстоятельств дела (данных о количестве людей, находившихся в районе места взрыва, о мощности и поражающей способности использованного взрывного устройства и т.п.)». Прежде всего, мы должны констатировать, что в уголовном и деле и в обвинительном приговоре суда отсутствуют какие-либо доказательства того, что действия, которые якобы планировал Иван Кудряшов (поджог зданий военкоматов), могли вызвать «страх у людей за свою жизнь и здоровье, безопасность близких, сохранность имущества». Нам совершенно не понятно, на чём может быть основан вывод о том, что обвиняемый имел именно такую цель — вызвать у населения массовый страх за свою жизнь и безопасность. А ведь это обязательный квалифицирующий признак ст. 205, позволяющий отделить преступление от предусмотренного другой, упомянутой выше, ст. 167 — уничтожение имущества путём поджога. Можно сказать, что ни следствие, ни суд просто не представляли и не рассматривали никакие доказательства существования в деле Кудряшова этого обязательного квалифицирующего признака, проигнорировав требование закона. При этом в приговоре суд констатирует, что Кудряшов опасался быть призванным на войну и «по его мнению, поджог военного комиссариата должен был остановить проведение частичной мобилизации конкретно в Тверской области». То есть даже с точки зрения суда мотивацией Кудряшова было воспрепятствование мобилизации, а никак не устрашение кого бы то ни было. Якобы существовавшую угрозу опасности гибели человека и причинения значительного ущерба следствие доказывает только допросом свидетеля — военного комиссара Калининского района Тверской области, который сообщает, что в здании его комиссариата находились учётные карточки и архив прапорщиков, сержантов, солдат и личные дела офицеров запаса. Потенциально, в случае распространения пожара, эти документы, по его словам, могли бы быть утрачены, что повлекло бы за собой срыв выполнения указа Президента по мобилизации в его комиссариате. Также свидетель показывает, что в случае, если бы в здании находились мобилизованные или сотрудники военкомата, они могли бы погибнуть в пожаре. Однако отсутствуют какие-либо доказательства того, что угроза такой гибели была реальной. Таким образом, мы считаем, что, во-первых, не доказан сам факт совершения преступления, вменяемого Ивану Кудряшову, а во-вторых, приписываемое ему намерение бросить две бутылки с зажигательной смесью в два здания районных военкоматов не может быть ни в каком случае квалифицировано как «приготовление к террористическому акту», так как не доказаны важнейшие признаки преступления, предусмотренного ч. 1. ст. 205 УК РФ. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых ПЦ «Мемориал», согласно Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Ивана Кудряшова является политически мотивированным. Лишение его свободы осуществляется по политическим мотивам из-за его убеждений, а также в связи с ненасильственным осуществлением им свободы слова и творчества. Кроме того, лишение свободы Ивана Кудряшова было применено в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и на свободу от пыток, а также основано на фальсификации доказательств при отсутствии не только состава, но и события преступления. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Ивана Кудряшова политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения уголовного преследования, а также расследования информации о пытках. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключенных. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокаты: Александр Альдаев, Михаил Харченко. Публикации в СМИ: 23 декабря 2022 года. ОВД-news. «Тверской активист рассказал о пытках током и фальсификации доказательств по его уголовному делу» 14 апреля 2023 года. ОВД-news. «СК отказался возбуждать дело о пытках фигуранта дела о попытке поджога военкомата» 6 июля 2023 года. Новая газета Европа. «Автор стрит-арта «*** войне» Иван Кудряшов, приговоренный к 6 годам колонии по делу о «подготовке к теракту», уже месяц голодает в СИЗО» 13 июля 2023 года. Медиазона. «Хуй войне», пытка током и месяц голодовки. Что мы знаем об Иване Кудряшове, осужденном за подготовку к поджогу военкомата в Твери    Дата обновления справки: 18.10.2023 г.