Уладзімір Купрын з Курганскай вобласці быў прысуджаны да 5 гадоў позбаўляння волі ў калоніі агульнага рэжыму за распаўсюджванне захадзявальна відомай إذлобнай інфармацыі аб Узброеных сілах РФ, здзейненай з палітычнай нянавісці. Да заключэння 9 красавіка 2024 года ён знаходзіўся пад хатнім арештам. Апеляцыя была адхілена.

Куприн Владимир Евгеньевич родился 28 августа 1998 года, житель села Сухоборское Щучанского района Курганской области, гражданин России, имеет среднее образование. 9 апреля 2024 года приговорён по п. «д» ч. 2 ст. 207.3 УК РФ («Публичное распространение заведомо ложной информации об использовании Вооружённых Сил РФ по мотивам политической ненависти или вражды») к 5 годам колонии общего режима. 25 июня 2024 года суд апелляционной инстанции оставил приговор без изменений. Находился под домашним арестом с 3 апреля 2023 года по 9 апреля 2024 года, когда был взят под стражу. Полное описание В 2022 году Владимир Куприн, как утверждает курганское управление Следственного комитета (СУ СКР), «неоднократно размещал на своей странице в социальной сети сведения, дискредитирующие использование Вооружённых Сил РФ».  Согласно приговору, 10 октября 2022 года Куприн, находясь в Казахстане, «действуя по мотивам политической ненависти и вражды к представителям власти и Вооружённых Сил Российской Федерации <…> с целью публичного распространения заведомо ложной информации об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в ходе специальной военной операции <…> на территории Украины» разместил, на своей странице в VK видеоролик «Видео из парка Тараса Шевченко в центре Киева!» с подписью: «Бьём точно по военным объектам? Да и какое право есть у России бить по военным объектам чужой страны?». Видео продолжительностью 19 секунд «содержит изображение центра Киева и повреждённых зданий, автомобилей, дорог и придорожных территорий с заведомо ложными <…> сведениями о нанесении Вооружёнными силами РФ ударов по центру Киева, конкретно — по парку Тараса Шевченко», указывается в приговоре суда. 18 ноября 2022 года Куприн, продолжая находиться в Казахстане, также действуя по мотивам «политической ненависти и вражды», опубликовал, по мнению следствия и суда, ссылку на видеозапись «Я люблю русский народ. Я должен сказать правду». Шварценеггер обратился к россиянам» со своим комментарием: «Ещё актуально, Россияне». Ролик «продолжительностью 9 минут 16 секунд содержит видеообращение от имени Арнольда Шварценеггера к россиянам с заведомо ложными <…> сведениями о нанесении ВС РФ артиллерийских ударов по гражданским объектам, расположенным на территории Украины — жилым кварталам, больницам, родильным домам, школам», написал в приговоре судья Чернухин. 3 апреля 2023 года Куприн был задержан, два дня содержался под стражей. Следствие просило отправить молодого человека в СИЗО, но постановлением от 5 апреля 2023 года судьи Щучанского районного суда Евгении Александровны Макаровой его отправили под домашний арест.  14 июля 2023 СУ СКР по Курганской области заявило, что расследование уголовного дела в отношении Куприна завершено: «Следствием собрана достаточная доказательственная база, в связи с чем уголовное дело с утверждённым обвинительным заключением направлено в суд для рассмотрения по существу». Впрочем, в Щучанский районный суд Курганской области, согласно информации на сайте, дело поступило почти на месяц раньше — 20 июня 2023.  В ходе процесса подсудимый вину не признал, но не отрицал, что разместил инкриминируемые ему посты. Куприн также указал, что удалил свою страницу в VK 3 апреля 2023 года, т.е. в день задержания. Гособвинителем на суде выступал прокурор Щучанского района Андрей Иванович Кузнецов. 9 апреля 2024 года судья Щучанского районного суда Константин Юрьевич Чернухин вынес приговор: 5 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима с запретом администрировать сайты и мессенджеры в Интернете на срок 3 года.  Как указано в приговоре, о том, что опубликованная «информация является ложной и изначально не соответствует действительности Куприну В. Е. было достоверно известно из <…> брифингов официального представителя Минобороны РФ, в т. ч. от 10.03.2022, 10.10.2022 и 18.10.2022, а также выступления представителя РФ на заседании Совета Безопасности ООН от 12.03.2022, согласно которым РФ не наносила ударов по гражданским объектам, в т. ч. лечебным учреждениям на территории Украины, а также, что удары наносятся исключительно по объектам систем военного управления, связи и энергетики Украины». 25 июня 2024 года суд апелляционной инстанции утвердил приговор. Основания признания политзаключённым Неправовой характер статьи 207.3 УК РФ Через неделю после начала полномасштабного российского вторжения в Украину, 4 марта 2022 года, Государственная Дума РФ в чрезвычайном порядке (не в виде отдельных законопроектов, а путём внесения поправок в другие, уже принятые в первом чтении) приняла законы о внесении изменений в Кодекс об административных правонарушениях и Уголовный кодекс. Эти законы запрещают призывы к санкциям, распространение фейков о российских вооружённых силах, их дискредитацию, а также призывы к «воспрепятствованию их использования». В тот же день законы одобрил Совет Федерации РФ, и уже вечером их подписал президент. Поправки вступили в силу со дня официального опубликования — 4 марта 2022 года. Состав преступления, предусмотренного новой ст. 207.3 УК РФ, сформулирован следующим образом: «Публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности, а равно содержащей данные об исполнении государственными органами Российской Федерации своих полномочий за пределами территории Российской Федерации в указанных целях». Мы полагаем, что эта статья противоречит как российской Конституции и международным обязательствам РФ, так и базовым принципам права. Согласно ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений, … имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения или иными способами по своему выбору». Ограничения пользования этими правами «должны быть установлены законом и являться необходимыми: для уважения прав и репутации других лиц; для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения». Аналогичные гарантии содержатся в ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей свободу мысли и слова. Ограничения этих свобод связаны с запретом пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, а также с государственной тайной. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Ограничения свободы выражения, установленные ст. 207.3 УК РФ, со всей очевидностью не служат тем целям, для достижения которых такие ограничения могли бы быть установлены. Важно отметить, что ограничение свободы выражения не предусмотрено законом даже в условиях военного положения, при котором, согласно пп. 5 и 15 п.2 ст. 7 ФКЗ «О военном положении», допускается лишь введение «военной цензуры за почтовыми отправлениями и сообщениями, передаваемыми с помощью телекоммуникационных систем, контроля за телефонными переговорами» и «приостановление деятельности политических партий, других общественных и религиозных объединений, ведущих пропаганду и (или) агитацию, а равно иную деятельность, подрывающую в условиях военного положения оборону и безопасность Российской Федерации». Тем более нет оснований для подобных ограничений в ситуации, когда военное положение не введено. Не менее значимо то, что сами по себе формулировки статьи не позволяют заранее определить, какие высказывания являются правомерными, а какие запрещёнными. Гражданин не может заранее знать, какие его высказывания, какая информация могут быть сочтены в данном контексте ложными, подпадающими под действие этой нормы. На этот счёт Конституционный Суд РФ высказывал своё мнение в ряде правовых позиций. Согласно им неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П). Фактически нормы ст. 207.3 УК РФ позволяют преследовать за высказывание любого мнения о использовании Вооружённых Сил РФ и деятельности её государственных органов за границей. Суждения о том, имеют ли упомянутые в статье действия цели «защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности» или нет, по своей природе являются оценочными, то есть выражают мнение. Но даже и применительно к сведениям, т.е. высказываниям о фактах, в условиях ведения военных действий и конкуренции противоречивой информации из разных источников исключительно сложно судить об их правдивости или ложности. Тем более невозможно установление заведомости, т.е. умысла на распространение ложных сведений. Упомянутые органические дефекты ст. 207.3 УК РФ определяют её неправовой характер, вследствие которого даже её добросовестное применение является недопустимым. Однако и сам факт срочного внесения указанной статьи в Уголовный кодекс немедленно после начала полномасштабной вооружённой агрессии против Украины, и сопровождавшая её рассмотрение и принятие риторика официальных лиц, и, главное, контекст её применения — ведущиеся боевые действия и сопутствующая им государственная военная пропаганда — исключают подобную добросовестность. В ситуации, когда единственными правдивыми сведениями и оценками объявляются сведения и оценки официальных российских источников, не только оправдывающих агрессивную войну и отрицающих многочисленные свидетельства гибели мирных жителей в результате российских ударов и военных преступлений, совершаемых российскими силами, но и запрещающих называть события, с любой точки зрения, являющиеся войной, словом «война», применение этой неправовой по своей природе статьи УК также имеет исключительно недобросовестный и неправовой характер. Основанием для уголовного преследования становятся как правомерные мнения, оценивающие войну и связанные с ней обстоятельства, так и утверждения о задокументированных и подтверждённых фактах. Квалифицирующие признаки части 2 этой статьи, предусматривающей ужесточение наказания вплоть до 10 лет лишения свободы, зачастую носят субъективный характер. Так, пункт «д» предусматривает наличие «мотива политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо мотива ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы». В современных условиях доказывание присутствия такого мотива сводится к простой декларации следствием его наличия. Вместе с тем, исходя из того, что любое выступление против войны само по себе является общественно полезным и не имеет вовсе никакой общественной опасности, ни один из квалифицирующих признаков, если он не образует самостоятельного состава преступления, не может рассматриваться как усиливающий общественную опасность деяния. Исходя из изложенного, Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает, что ст. 207.3 УК РФ носит антиправовой характер, создана для осуществления политических репрессий против критиков власти и должна быть отменена. Любые преследования по этой статье являются неправомерными и должны быть прекращены. Другие основания признания политзаключённым Несмотря на то, что, в соответствии со сказанным выше, одного лишь факта преследования по ст. 207.3 УК РФ достаточно для того, чтобы сделать вывод о его исключительно политическом и неправовом характере, следует упомянуть особенности дела Куприна. Отрицая очевидные, многократно задокументированные свидетельства из разных независимых источников, которые неоспоримо подтверждают факт нанесения ракетных ударов по гражданским объектам в Украине, в делах подобного рода, как и в деле Куприна, российские органы следствия и суды фактически ссылаются на информацию, распространяемую Министерством обороны Российской Федерации, как на истину в последней инстанции, не подлежащую ни критическому осмыслению, ни даже обсуждению. В этом деле якобы ложность утверждения о ракетном обстреле 10 октября 2022 года центра Киева и парка Шевченко суд обосновал ссылкой на выступления на брифинге официального представителя Министерства обороны РФ. При этом обращает на себя внимание, что инкриминируемое Куприну высказывание не содержит утверждения о фактах, а является вопросом: «Бьём точно по военным объектам? Да и какое право есть у России бить по военным объектам чужой страны?». Что же касается опубликованного Куприным видеообращения Арнольда Шварценеггера, в котором говорится о о нанесении ВС РФ артиллерийских ударов по гражданским объектам, расположенным на территории Украины — жилым кварталам, больницам, родильным домам, школам, — то доказательства этих преступлений присутствуют в докладах независимой международной комиссии ООН по расследованию нарушений в Украине, учреждённой Советом ООН по правам человека. Они были представлены — Генеральной ассамблее в октябре 2022 года и Совету по правам человека — в марте 2023 года. Комиссия установила, что применение российскими ВС оружия взрывного действия «в населённых районах Украины, является причиной 90 процентов всех случаев гибели среди мирного населения. В результате применения оружия взрывного действия с широкой зоной поражения в населённых районах были повреждены или разрушены тысячи жилых домов, более 3 000 учебных заведений и более 600 медицинских учреждений. Комиссия установила, что российские вооружённые силы не принимали возможных мер предосторожности для защиты гражданских лиц. В докладе говорится, что сотни гражданских лиц были в местах, пострадавших от ударов по железнодорожному вокзалу Краматорска и Мариупольскому драматическому театру. Аналогичные нападение совершались в других местах, в том числе в Чернигове». Как заявил глава комиссии, с 10 октября 2022 года «российские вооружённые силы совершили шквал нападений на энергетическую инфраструктуру Украины», которые по своим масштабам «приравниваются к военным преступлениям». Владимир Куприн сделал репост видеосвидетельства военного преступления российских военных и антивоенного обращения к россиянам — материалов, обнаруживающих и осуждающих действия России в Украине. Эти действия не содержат общественной опасности и не являются правонарушением — напротив, они общественно полезны, поскольку способствуют привлечению внимания общества к преступной войне, развязанной РФ в отношении Украины. Эти публикации не могут и не должны являться причиной уголовного преследования Куприна и тем более лишения его свободы. Дело против Владимира Куприна является одним из множества уголовных дел против тех, кто открыто высказывается против войны. В настоящее время независимому правозащитному проекту «Поддержка политзаключённых. Мемориал» известно о более чем 60 случаях неправомерного лишения свободы только по ч. 2 ст. 207.3 УК РФ. Всего же в наших списках на момент подготовки настоящей справки более 160 человек, лишённых свободы за антивоенную позицию. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Владимира Куприна является политически мотивированным, направленным на устрашение противников агрессивной войны, т.е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий, а лишение свободы было применено к нему в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. Мы считаем, что преследование людей за их антивоенную позицию связано исключительно с их политическими взглядами и осуществлением ими свободы высказывания. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Владимира Куприна политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокаты: Лепёхин Андрей Геннадьевич, Чернецкий Александр Александрович. Публикации в СМИ: 14 июля 2023 года. ОВД-инфо. СК завершил расследование дела о «фейках» про армию против 25-летнего жителя города Щучье 9 апреля 2024 года. ОВД-инфо. Жителя Курганской области приговорили к пяти годам колонии из-за антивоенных постов Дата составления справки: 26.06.2024 г.