Роман Лінкоў, газазваршчык, абвінавачваецца ў удзеле ў тэрарыстычнай арганізацыі (легіён «Свабода Расіі») і супрацоўніцтве з замежнай арганізацыяй. Паведамляецца, што падчас затрымання ён падвергаўся фізічнаму і псіхалагічнаму насіллю.

Линьков Роман Евгеньевич родился 10 сентября 1978 года, гражданин России, житель села Засечное Пензенской области, работал газосварщиком в ООО «Газпром трансгаз Нижний Новгород», женат, отец несовершеннолетнего сына. Обвиняется по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ («Участие в деятельности террористической организации», до 20 лет лишения свободы») и 275.1 УК РФ в редакции Федерального закона от 14.07.2022 г. №260-ФЗ («Сотрудничество на конфиденциальной основе с иностранным государством, международной либо иностранной организацией», до 8 лет лишения свободы). Лишён свободы с 11 сентября 2024 года. Полное описание 11 сентября 2024 года около 7 часов утра Романа Линькова задержали возле его дома. Для задержания силовики устроили инсценировку ДТП: якобы автомобиль врезался в его припаркованную машину. Когда Линьков вышел посмотреть, что происходит, его скрутили и отвезли в лес, где применяли физическое и психологическое насилие. После этого его отвезли в отдел ФСБ, где продержали сутки, затем перевели в изолятор временного содержания.  Уголовное дело было возбуждено 12 сентября 2024 года. Линькову была предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ в участии в деятельности террористической организации, под которой следствие имеет в виду Легион «Свобода России» (ЛСР). Впоследствии к ней добавилась ещё и ст. 275.1 УК РФ — о конфиденциальном сотрудничестве с иностранной организацией — «путём вступления в ЛСР и участия в его деятельности». 13 сентября 2024 года суд избрал Линькову меру пресечения в виде домашнего ареста. По версии обвинения, не позднее 20 августа 2022 года Роман Линьков, испытывавший «враждебно-негативное отношение к установленному в Российской Федерации общественно-политическому режиму и несогласный с проведением СВО, под влиянием материалов о диверсионно-террористической деятельности “ЛСР”», решил связаться с данным подразделением, для чего отправил в его Telegram-бот не менее пяти сообщений, «в которых <…> запросил сведения о возможности вступления в “ЛСР”, а также деятельности гражданского и боевого подразделений данной организации, предоставил собственные контактные данные и сообщил, что ранее давал присягу Украине».  Через некоторое время с ним связался человек, в процессе общения с которым Линьков представил собственноручно заполненную анкету для вступления в Легион, свои документы, «выразил готовность к участию, как в боевом, так и гражданском подразделениях “ЛСР”, согласился анонимно финансировать деятельность “ЛСР”, уничтожать “Z-символику”, распространять листовки, а также осуществлять сбор и передачу интересующей “ЛСР” информации», для чего предоставил собеседнику свои контакты в мессенджерах. Не позднее 12 сентября 2022 года, как следует из текста обвинительного заключения, Линьков отправил собеседнику сообщение, содержащее электронную копию собственноручно заполненной анкеты кандидата на вступление в «ЛСР» и копии разнообразных документов. Однако впоследствии переписка с ним прервалась, поскольку сайт ЛСР заблокировали на территории РФ. В июне 2023 года мужчина написал в чат-бот канала «Хочу жить», сообщив туда о своём «отрицательном отношении к установленному в Российской Федерации общественно-политическому режиму, а также выразил согласие оказывать помощь в сопротивлении действующей в Российской Федерации власти», и ему написал новый собеседник. Ему Роман Линьков тоже «дал согласие оказывать содействие в деятельности, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации, и получил задание распечатать и расклеить на территории Пензенской области листовки с текстами «МОБИЛИЗАЦИЯ = ГРУЗ 200», «КУБАНЬ НЕ РОССИЯ», «ЧЕЧНЯ НЕ РОССИЯ», однако выполнить данное задание он не смог в связи с отсутствием материально-технических возможностей». После этого, где-то в сентябре 2023 года, их общение прекратилось. Затем с Линьковым связалось уже третье «неустановленное лицо», которое следствие считает «представителем иностранного государства», принадлежащим к Легиону «Свобода России». Этот представитель предоставил Линькову «сведения о способах и процедуре въезда на территорию Украины через третьи страны», а тот договорился с ним о том, что, «вступив в боевое крыло “ЛСР”, будет выполнять работы, связанные с ремонтом военной техники, а также получил задание распечатать и расклеить на территории г. Пензы и с. Засечное Пензенского района Пензенской области листовки, содержащие символику “ЛСР” <…>, которое, ввиду отсутствия финансовых возможностей, он выполнить не смог. В дальнейшем по неустановленным следствием причинам общение Линькова Р.Е. с неустановленным следствием лицом по инициативе последнего прекратилось». 20 марта 2024 года, как утверждает следствие, Линьков в мессенджере дал «присягу на верность» Легиону, видео о чём направил третьему собеседнику. Присяга содержала текст: «Я, свободный гражданин России, по своей воле присягаю Легиону “Свобода России” в борьбе за свободу, независимость и светлое будущее своей страны. Слава Украине, Свободу России!». Также он «подтвердил свою готовность перечислять денежные средства на нужды “ЛСР”, уничтожать “Z-символику”, печатать и распространять, получаемые от представителей “ЛСР” листовки, а также собирать и предоставлять интересующую их информацию, в том числе по месту своей работы в ООО “Газпром трансгаз Саратов”». С 1 апреля по 31 мая 2024 года мужчина возле торгового центра «Куб» в Пензе распространил листовки, содержащие символику Легиона и «тексты, направленные против проведения специальной военной операции на территории Украины», фотоотчёт о чём направил тому же лицу в мессенджере. Однако позднее и этот контакт прервался. Не позднее 15 июля 2024 года с Линьковым связался четвёртый собеседник, которому мужчина вновь рассказал о своих намерениях, после чего они договорились о выезде Линькова в Украину для участия в боевых действиях.  Не позднее 31 августа 2024 года Линьков «с целью выезда на территорию Украины и участия в деятельности “ЛСР” оформил документ, удостоверяющий личность гражданина Российской Федерации за пределами Российской Федерации, и нотариальную доверенность, предоставляющую его супруге право подписи и распоряжения его имуществом». Однако позже он сообщил собеседнику, что его планы поменялись в связи с болезнью супруги и 2 сентября 2024 года поинтересовался, как он может помочь, находясь в России. Все эти действия Романа Линькова, включая переписку и расклейку листовок, были квалифицированы следствием как установление и поддержание гражданином Российской Федерации отношений сотрудничества на конфиденциальной основе с представителями иностранного государства в целях оказания им содействия в деятельности, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации, а также как участие в деятельности организации, которая в соответствии с законодательством Российской Федерации признана террористической. Сам Роман Линьков дал после задержания соответствующие показания и признал вину. Как следует из них, в Легионе «Свобода России» он должен был вступить в боевое крыло и участвовать в деятельности по ремонту военной техники для нужд ВСУ, не принимая непосредственного участия в боевых действиях. Также он подтвердил, что «отрицательно относится к любым проявлениям военной агрессии и считает, что именно Россия начав специальную военную операцию на территории Украины, является агрессором и оккупантом. Он не поддерживает проведение ВС РФ специальной военной операции <…> до 2000 г. он проживал на территории Украины, давал присягу и проходил службу в рядах вооружённых сил данной страны». Впоследствии мужчина рассказал о том, что в лесополосе после задержания к нему применялись физическое и психическое насилие. Он утверждает, что ничего криминального не совершал, а лишь расклеивал антивоенные листовки, поскольку всегда был против развязанной Россией войны с Украиной. Помимо признательных показаний самого Романа Линькова, его вина подтверждалась показаниями сотрудника Пограничного управления ФСБ РФ по Саратовской и Самарской областям Магомедова Имама Магомедовича о том, что в октябре 2023 года оперативным отделом ПУ ФСБ России по Саратовской и Самарской областям была получена информация о том, что неустановленное лицо отправило на электронный почтовый адрес, якобы используемый членами ЛСР, сообщение, в котором запросило информацию о вступлении в Легион. С этого момента проводился комплекс следственных мероприятий совместно с ПУ ФСБ по Пензенской области, куда к тому моменту переехал Линьков. Также были опрошены жена и мать Линькова. Мать показала, что причиной его действий могли быть переживания по поводу Украины, а также большое количество друзей и знакомых в Украине. Супруга рассказала, что с 2022 года Роман «начал с неодобрением высказываться в отношении проведения специальной военной операции ВС РФ, проводимой на территории Украины, говорил о том, что не желает участвовать в СВО, в случае получения повестки хотел пойти на альтернативную службу, чтобы не участвовать в боевых действиях. В 2024 г. Линьков Р.Е. предложил оформить заграничные паспорта ей и сыну с целью последующего выезда на отдых либо выезда на постоянное жительство в Польшу для того, чтобы не быть привлечённым к СВО».  Ещё одним доказательством вины Линькова стало заключение экспертизы, обнаружившее в его мобильных телефонах «следы переписок» с Легионом и чат-ботом «Хочу жить», а также различными собеседниками, по мнению силовиков, являвшихся представителями Легиона «Свобода России». 13 сентября 2024 суд отправил Романа Линькова под домашний арест, с тех пор мера пресечения неоднократно продлевалась. 18 июня 2025 года Линькову было предъявлено обвинение в окончательной редакции по двум статьям УК РФ. Уголовное дело против Линькова вел старший следователь по особо важным делам следственного отдела УФСБ России по Пензенской области подполковник юстиции Подъячев А. Ю. Дело возбуждено по материалам проверки, проведённой уполномоченным оперативного отдела ПУ ФСБ России по Саратовской и Самарской областям подполковником Петровым А. Г.  28 июля 2025 года уголовное дело поступило в Центральный Окружной военный суд, его рассматривает судья Чумаков Виталий Михайлович. 10 октября 2024 года Роман Линьков внесён в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга. Основания признания политзаключённым Обвинение по по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ Романа Линькова обвиняют в участии в террористической организации в связи с его взаимодействием с Легионом «Свобода России». Даже если такое взаимодействие имело место, подобная квалификация его действий представляется нам незаконной по причинам, изложенным ниже. Обвинение Линькова по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ опирается на признание Легиона «Свобода России» террористической организацией в России. Это решение вынес 16 марта 2023 года судья Верховного суда РФ Олег Нефёдов по заявлению Генпрокурора России Игоря Краснова террористической организацией. Мы считаем это решение недостаточно обоснованным и законным как по процессуальным, так и материальным (содержательным) основаниям. Заседание по делу проходило в закрытом режиме, а решение суда не было официально опубликовано. При этом оно обладает всеми ключевыми характеристиками нормативно-правового акта и, следовательно, должно быть доступно для ознакомления, исходя из следующих обстоятельств. Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 50, нормативный правовой акт должен обладать следующими признаками: Быть изданным в установленном порядке уполномоченным органом государственной власти. Содержать правовые нормы (правила поведения), обязательные для неопределённого круга лиц. Быть рассчитанным на неоднократное применение. Быть направленным на урегулирование общественных отношений или изменение (или прекращение) существующих правоотношений. Указанное решение было вынесено судом, уполномоченным на принятие таких актов. Хотя оно принималось в отношении конкретной организации, последствия его вступления в законную силу затрагивают права, свободы и обязанности неопределённого круга лиц, поскольку на основании этого судебного решения возможно привлечение к уголовной ответственности по различным статьям Уголовного кодекса РФ, в том числе и ст. 205.5 УК РФ, которая вменяется Роману Линькову. Признание Легиона террористической организацией влечёт за собой постоянный запрет на осуществление его деятельности как минимум на территории РФ (а сложившаяся правоприменительная практика распространяет этот запрет и за её пределы) и сотрудничество с ним для неопределённого круга лиц. Такой запрет имеет своей целью прекращение и предотвращение любых общественных отношений, связанных с деятельностью Легиона. Это судебное решение уже неоднократно применялось для уголовного преследования лиц по различным статьям УК РФ в связи с обвинениями в сотрудничестве в той или иной форме с Легионом. Отсутствие публикации этого решения Верховного Суда и его использование для уголовного преследования по делам третьих лиц представляется нам противоречащим ч. 3 ст. 15 Конституции РФ, согласно которой «любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения». Сейчас мы можем провести анализ этого решения, опубликованного на сайте правозащитного проекта «Первый отдел» 4 апреля 2024 года. Обосновывая своё решение, судья Верховного Суда ссылается на ч. 2 ст. 24 Федерального закона «О противодействии терроризму», где указано: «Организация признаётся террористической и подлежит ликвидации (её деятельность — запрещению) по решению суда на основании заявления Генерального прокурора Российской Федерации или подчинённого ему прокурора в случае, если от имени или в интересах организации осуществляются организация, подготовка и совершение преступлений, предусмотренных статьями 205-206, 208, 211, 220, 221, 277-280, 282.1-282.3, 360 и 361 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также в случае, если указанные действия осуществляет лицо, которое контролирует реализацию организацией её прав и обязанностей». В качестве доказательств подготовки и совершения таких преступлений прокуратура приводит, а суд принимает как достоверную информацию о возбуждении следственными органами не менее 20 уголовных дел в отношении лиц, которых прокуратура и суд называют «участниками и сторонниками Легиона». О некоторых из этих дел до публикации решения было неизвестно. Перечислены и статьи, по которым возбуждались уголовные дела: ст. 205.2 УК РФ («Оправдание и пропаганда терроризма»), ст. 208 УК РФ («Организация незаконного вооружённого формирования или участие в нём») и ст. 275 УК РФ («Государственная измена»).  Среди прочих в решении Верховного Суда упоминается дело антифашиста Савелия Фролова, приговорённого к 6 годам колонии по ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ («Приготовление к государственной измене»), и Данила Бердюгина, приговорённого по той же статье и по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 322 («Покушение на незаконное пересечение границы») также к 6 годам колонии. Наш проект признал Савелия Фролова и Кирилла Бердюгина политическими заключёнными. Кроме них в тексте решения упоминаются уголовные дела по статье о госизмене в отношении Евграфова П. Н., Ложкина А. П., Середы К. В., Аринушкина М. Д., Глухова Н. В., Никифорова Е. А., Борисова С. Ю. Мы полагаем целесообразным изучить все эти уголовные дела при наличии доступа к их материалам. Также в решении упоминаются дела, возбуждённые в различных регионах РФ против граждан, якобы готовившихся к вступлению в незаконное вооружённое формирование, каковым суды считают Легион (дела Басырова А. А., Улукшонова С. С., Белоусова К. А., Темирханова М. В., Скакалина А. А., Сбеглова М. С., Кузнецова Г. С., Охлопкова Н. С., Евграфова П. Н., Титаренко Н. Р., Колина С. И.), которые были квалифицированы по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ («Приготовление к участию в вооружённом формировании, не предусмотренном федеральным законом, а также участие на территории иностранного государства в вооружённом формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации»). По состоянию на август 2025 года наш Проект из всех перечисленных изучил уголовные дела Кирилла Белоусова, Сергея Улукшонова, Николая Титаренко и Сергея Колина. Белоусова, который якобы хотел вступить в Легион «Свобода России», и Улукшонова, обвинённого в приготовлении к участию в «батальоне имени “Кастуся Калиновского” либо в легионе “Свобода России”», наш проект признал политическими заключёнными; мы считаем, что их преследование по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ необоснованно. Николай Титаренко преследовался по нескольким статьям, и его обвинение по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ мы также считаем необоснованным. Сергей Колин по решению суда был отправлен на принудительное психиатрическое лечение. В его деле нами также выявлены признаки политической мотивации и нарушения закона. Обвинения в отношении других упомянутых граждан мы сможем оценить со временем, получив доступ к информации об этих делах. Таким образом, в списке лиц, на уголовных делах в отношении которых основан вывод суда о террористическом характере деятельности Легиона, присутствует как минимум несколько необоснованно осуждённых. По этой причине законность и обоснованность решения Верховного Суда также вызывает сомнения. Кроме того, как следовало из материалов дела по признанию формирования террористической организацией, Легион «Свобода России» был создан в марте 2022 года «по указанию президента Украины Владимира Зеленского» для вербовки добровольцев из числа граждан России с целью их участия в боевых действиях на стороне Вооружённых Сил Украины, а в дальнейшем для «совершения террористических актов на территории России и свержения центральной власти». В то же время, о конкретных террористических актах, совершённых бойцами этого подразделения, в том числе на территории России, ничего неизвестно.  Также, как мы видим, обоснованием для решения о признании Легиона «Свобода России» террористической организацией стали факты вероятных (по ряду известных случаев — недоказанных) попыток граждан присоединиться к Легиону, а также распространить его информационные материалы, что само по себе противоречит как логике, так и элементарному здравому смыслу. В качестве примера подобного обвинения по статье ст. 205.2 УК РФ («Оправдание и пропаганда терроризма») судья Олег Нефёдов приводит дело осуждённого Александрова С. М., который в Telegram-канале «Тюркский мир и его соседи» «с целью пропаганды террористической деятельности не предусмотренного законодательством Российской Федерации и иного государства вооружённого формирования “Легион Свобода России” <…> разместил для ознакомления и просмотра информацию о деятельности вооружённого формирования “Легион Свобода России”».Легион «Свобода России» подчиняется Министерству обороны Украины и входит в состав Интернационального легиона Главного управления разведки (ГУР). В доступных нам материалах ряда уголовных дел имеются справки Главного управления Генерального штаба ВС РФ о том, что это воинское формирование включено в структуру Интернационального легиона обороны Украины ВСУ. То есть одно из подразделений Вооружённых сил Украины признаётся в России террористическим не в связи с конкретными террористическими акциями, а в связи с самим фактом своего существования и вытекающей из него деятельностью: формированием, пополнением, участием в военных действиях и распространением информации об этом, что представляется абсурдным с точки зрения логики и здравого смысла. В связи со всем вышесказанным, мы полагаем, что решение Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2023 года № АКПИ23-101С о признании украинского военизированного объединения Легион «Свобода России» террористической организацией содержит явные признаки незаконности и необоснованности.Контекстом деятельности Легиона «Свобода России» является преступная война, развязанная Россией против Украины и осуждённая мировым сообществом и многочисленными международными организациями.Как указывалось выше и не отрицается российской стороной, Легион «Свобода России» был создан и действует в составе единой структуры Вооружённых Сил Украины, подчиняясь единому командованию. Тем самым РДК, будучи частью вооружённых сил конфликта, не может быть признан террористической организацией лишь в связи с участием в этом конфликте.  Более того, на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Так, они прямо утверждают: «Действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, как эти термины понимаются в международном гуманитарном праве, которые регулируются этим правом, не регулируются настоящей Конвенцией, как и не регулируются ею действия, предпринимаемые вооружёнными силами государства в целях осуществления их официальных функций, поскольку они регулируются другими нормами международного права». Подобные положения закреплены, например, в Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4).  Тем самым эти договоры исключают квалификацию действий личного состава сторон конфликта, осуществляемых в рамках этого конфликта, на основании норм по борьбе с терроризмом. Такие действия должны быть оценены в соответствии с международным гуманитарным правом, которое, в свою очередь, не предполагает ответственности лишь за обычное участие в боевых действиях. В соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы и обладают приоритетом над национальными законами. Исходя из изложенного выше, мы считаем, что Роман Линьков не может быть обвинён по «террористической» статье, и его уголовное преследование по ней должно быть прекращено. Неправовой характер статьи 275.1 УК РФ Мы считаем, что внесение 14 июля 2022 года в Уголовный кодекс Российской Федерации ст. 275.1, криминализующей сотрудничество российских граждан с иностранными государствами и организациями, лежит в русле проводимой Российской Федерацией политики изоляционизма и одновременно обусловлено непрерывными поисками «внутреннего врага» внутри страны. Тогда же были расширены понятия «государственная измена» (ст. 275 УК РФ) и «шпионаж» (ст. 276 УК РФ). Авторы законопроекта объясняли необходимость вносимых изменений потребностью «защиты интересов России», однако фактически эти новации продиктованы запросами военного времени и создают новые правовые инструменты для уголовного преследования граждан, пытающихся противостоять агрессивной милитаристской политике военно-политического руководства России. С момента, когда в Уголовном кодексе появилась ст. 275.1, по состоянию на конец августа 2025 года ФСБ возбудила по ней, по нашим данным, более 100 дел. Ст. 275.1 УК РФ имеет следующую диспозицию: «Установление и поддержание гражданином Российской Федерации отношений сотрудничества на конфиденциальной основе с представителем иностранного государства, международной либо иностранной организации в целях оказания им содействия в деятельности, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьёй 275 настоящего Кодекса)».  Ранее в Уголовном кодексе уже содержалась статья о государственной измене (ст. 275 УК РФ), предусматривавшая, среди прочего, ответственность за «оказание финансовой, материально-технической, консультационной или иной помощи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации». Такая неопределённая формулировка уже создавала юридические предпосылки для криминализации, в зависимости от субъективного усмотрения правоприменителя, любого легального взаимодействия российского гражданина с иностранцами. Появившаяся в УК новая ст. 275.1 является продолжением указанной тенденции и содержит в своём составе следующие признаки, криминализующие сотрудничество с представителями иностранного государства и международной или иностранной организации:  конфиденциальная основа такого сотрудничества; ведение этими представителями деятельности, направленной против безопасности РФ; «заведомость» для обвиняемого направленности этой деятельности против безопасности РФ при установлении и поддержании отношений запрещённого сотрудничества.  Понятие конфиденциальности в УК РФ не раскрывается. В российском законодательстве можно встретить термин «конфиденциальная информация» (например, в ст. 9 и 16 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»), который отсылает как к нормативным актам о тайне (в том числе государственной, коммерческой, налоговой, банковской, врачебной), так и к различного рода сведениям, имеющим категорию ограниченного доступа. Существует также перечень сведений конфиденциального характера, утверждённый Указом Президента РФ от 06.03.1997 № 188. Однако что следует понимать именно под «конфиденциальной основой сотрудничества», неясно. Обоснованно предположить, что всякая частная переписка, например, с использованием электронной почты, мессенджеров, таких как Telegram или WhatsApp, SMS-сообщения, телефонные или интернет-звонки, являются конфиденциальными, равно как и практически любое личное общение, не имеющее публичного характера. Таким образом, любая переписка или разговоры с людьми, которые, по мнению российских властей, могут состоять или работать в каких-то международных организациях, иностранных компаниях, просто с иностранцами, людьми с двойным гражданством, влечёт риски преследования по ст. 275.1 УК РФ. Для исключения ответственности по ст. 275.1 всякий россиянин, пообщавшись с таким лицом, должен обезопасить себя, в соответствии с примечанием к этой статье, «добровольно и своевременно» сообщив о факте такого общения некоему органу российской власти, к примеру — правоохранительному.  Таким же неопределённым является и признак «цели оказания содействия в деятельности, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации». Такая конструкция предполагает, что гражданин России должен быть осведомлён о том, что иностранец, с которым он о чём-либо пообщался наедине, ведёт или собирается вести деятельность, направленную на подрыв безопасности страны. В ст. 275.1 УК РФ отсутствуют пояснения о том, какая именно деятельность считается направленной против безопасности РФ. Однако, согласно примечанию к ст. 104.1 УК РФ, «под деятельностью, направленной против безопасности Российской Федерации, понимается совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями статьями 189, 200.1, 209, 210, 222 — 223.1, 226, 226.1, 229.1, 274.1, 275 — 276.1, 281 — 281.3, 283, 283.1, 284.1, 284.3, 290, 291, 322, 322.1, 323, 332, 338, 355 — 357, 359 настоящего Кодекса». К этому же примечанию отсылает и ст. 280.4 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности государства»), введённая, как и ст. 275.1, Федеральным законом от 14.07.2022. Независимо от того, понимать ли упоминаемую в ст. 275.1 УК РФ направленность деятельности против безопасности РФ так же, как она понимается в ст. 280.4 УК РФ, или как-то ещё, ясно одно: если деятельность лица, «конфиденциально сотрудничающего» с иностранным субъектом, образует состав какого-то оконченного или неоконченного преступления, то ответственность должна наступать за это конкретное преступление, а не за сотрудничество как таковое. Конструкция же состава преступления, предусмотренного ст. 275.1 УК РФ, предполагает преследование именно за «сотрудничество», которому приписывается цель «содействия в деятельности», направленной против безопасности РФ. При этом доказывание наличия и такой цели, и такой направленности представляет собой практически нереализуемую задачу и заведомо предполагает произвол следствия и суда.  Таким образом, вся конструкция обвинения в «установлении отношений сотрудничества в целях оказания содействия в деятельности» является неправовой, неопределённой и неубедительной. Исходя из сказанного выше, положения ст. 275.1 УК РФ противоречат принципу правовой определённости — гражданам совершенно невозможно заранее определить, какие действия и контакты с возможными представителями иностранных и международных организаций и просто иностранцами являются правомерными, а какие — запрещёнными под угрозой уголовного преследования. Преступность деяния, предусмотренного этой статьёй, связана исключительно с фактом взаимодействия российского гражданина с иностранцами, к которым применяется презумпция враждебности, к субъекту же преступления — презумпция осведомлённости о будущем использовании иностранцами результатов его легальной деятельности. Такая конструкция не только юридически несостоятельна, но и попросту абсурдна.  В силу устоявшейся правовой позиции Конституционного Суда РФ самого по себе нарушения требования определённости правовой нормы, влекущего её произвольное толкование правоприменителем, достаточно для признания такой нормы не соответствующей Конституции РФ (в частности, постановления КС РФ от 6 апреля 2004 года N 7-П, от 20 декабря 2011 года N 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П и др.). Суд поясняет, что неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П). Как мы полагаем, ст. 275.1 внесена в Уголовный кодекс РФ для того, чтоб криминализировать любое взаимодействие с иностранцами, а именно в тех случаях, когда невозможно или затруднительно обнаружить в этом взаимодействии более тяжкий состав — государственную измену. Кроме того, эта статья даёт возможность манипулировать обвиняемым с целью получения от него признательных показаний под угрозой вменения более тяжкой статьи о госизмене, предусматривающей наказание вплоть до пожизненного лишения свободы В этой связи мы полагаем, что ст. 275.1 должна быть исключена из УК РФ как очевидно противоречащая Конституции РФ и принципам права в целом. Преследование же Романа Линькова по этой статье мы считаем неправовым и необоснованным. Иные обстоятельства дела Из доступных материалов дела следует, что с Линьковым последовательно связывались в мессенджере разные лица, называющие себя представителями Легиона, договаривавшиеся с ним о каких-то действиях, требовавшие принятия присяги, обсуждавшие маршрут выезда за границу. Можно предположить, что как минимум часть из этих лиц являлась сотрудниками ФСБ, заинтересовавшимися мужчиной в связи с тем, что он длительное время жил в Украине. Как предполагают журналисты, российские спецслужбы используют метод провокации для выявления и преследования граждан, имеющих проукраинские взгляды и интересующихся деятельностью РДК и Легиона «Свобода России». Так, в выдаче контролируемого российскими властями поисковика «Яндекс» появились подложные копии сайтов Легиона «Свобода России» и РДК. Есть все основания полагать, что сайты могли быть созданы российскими спецслужбами для перехвата людей, желающих присоединиться к ВСУ. Также известно, что в России создана сеть фейковых ботов, при помощи которой россиян «вербуют» в ВСУ или добровольческие формирования, воюющие на стороне Украины. Издание SOTA project в мае 2023 года изучило многочисленные фейковые Telegram-боты, якобы связанные с Легионом «Свобода России» и (РДК). Боты позиционируют себя как официальные ресурсы этих организаций и собирают персональные сведения о кандидатах: данные паспорта, номер военного билета, места проживания и работы, номера СНИЛС и ИНН. Только от имени Легиона «Свобода России» на тот момент действовало около десяти фейковых ботов, их легко обнаружить и сейчас. Они требуют от кандидатов заполнить анкету и указать всю информацию о себе перед связью с вербовщиком.Журналисты-расследователи вступили в переписку с этими аккаунтами, отправили им заполненные анкеты с IP-логгером (программой, фиксирующей IP-адрес открытия документа) и выяснили, что аккаунты управляются из Санкт-Петербурга, Екатеринбурга либо через американский VPN. При этом «Легион» заявил изданию SOTA project, что имеет только один чат-бот в Telegram, через который сбор личных данных не осуществляется. Стоит отметить, что такие действия силовиков, если они включают элементы подстрекательства или побуждения к действиям, которые рассматриваются российским законодательством и правоприменительной практикой как преступные, противоречат Закону «Об оперативно-розыскной деятельности», который прямо запрещает подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий. Также это противоречит позиции ЕСПЧ, который указывает, что сотрудники органов внутренних дел могут проводить операции под прикрытием, действовать тайно, но «не заниматься подстрекательством» («Худобин против Российской Федерации»). Роман Линьков рассказывает, что вынужден был дать признательные показания в связи с тем, что к нему было применено физическое и психологическое насилие. Эти показания в таком случае являются недопустимыми и не могут быть использованы для его обвинения. Так, согласно ст. 75 УПК РФ, недопустимы и не могут быть положены в основу обвинения доказательства, полученные с нарушением требований Кодекса. К таким нарушениям в первую очередь относится применение насилия и пыток, прямо запрещённых в ч. 2 ст. 9 УПК РФ. Их использование должностными лицами с целью получения показаний квалифицируется как преступление в соответствии со ст. 286 УК РФ. Соответственно, использование показаний, полученных под принуждением, недопустимо. Эти нормы соответствуют международно-правовым стандартам справедливого судебного разбирательства. Так, п. 3 (g) ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах закрепляет: «каждый имеет право не быть принуждаемым к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным». Кроме того, ст. 15 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 года также запрещает использование «заявления, которое, как установлено, было сделано под пыткой <…> в ходе любого судебного разбирательства». Таким образом, нормы как российского, так и международного права категорически исключают возможность использования доказательств, полученных путём применения насилия или пыток. Это служит гарантией справедливости судебных разбирательств и защиты прав человека При этом Линьков не отрицает, что действительно переписывался с представителями Легиона, переписку, обнаруженную в его телефоне, он не удалял, так как «не делал ничего криминального». В данных им после задержания показаниях содержится информация о том, что представителями Легиона ему было предложено «выбрать варианты сотрудничества», а именно:  уничтожение символики СВО; поджог военкоматов;  передача сведений о военных, стратегически важных объектах;  финансировать Украину в вооружённом конфликте;  распространять листовки «ЛСР». Линьков отказался поджигать военкоматы, по остальным направлениям согласился сотрудничать, однако единственное, что он сделал, – распространил антивоенные листовки. Разумеется, мы не только не считаем распространение антивоенных листовок чем-то незаконным или предосудительным, а считаем антивоенную позицию и её выражение желательными и поощряемыми демократическим обществом и государством. Мотив неприятия преступной войны не увеличивает общественную опасность, а, напротив, снижает её, даже если речь идёт о действительно преступных деяниях. Следует отметить, что если бы Россия не развязала войну против соседнего государства, то большинство деяний, предусмотренных различными составами статей 275 и 275.1 УК РФ и сопутствующими им, были бы просто невозможны. При этом россияне обязываются быть приверженными одной, при этом — преступной, стороне вооружённого конфликта просто по факту своего гражданства, вне зависимости от своих политических взглядов, убеждений, эмоций, дружеских или семейных связей. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Романа Линькова является политически мотивированным, направленным на устрашение противников агрессивной войны, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Романа Линькова политическим заключённым и требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования, а также расследования его заявления о применении насилия.  Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Дополнительная информация Адвокат — Григорян Михаил Григорьевич Публикации в СМИ: 8 августа 2025 года, Медиазона. В Пензе обвиняемому в связях с ЛСР назначили адвоката из дела «Сети», который поддерживал версию обвинения и восхищался работой ФСБ Дата обновления справки: 24.09.2025 г.