Руслан Баязітаў быў прысуджаны да 5 гадоў пазбаўлення свабоды ў калоніі агульнага рэжыму за разпал нянавісці ці варожасці ў чаце Telegram. Ён рабіў заявы, якія заклікалі да гвалту супраць тых, хто падтрымлівае «спецыяльную ваенную спецыяльную аперацыю» ва Украіне.

Баязитов Руслан Марсович родился 21 декабря 1970 года, гражданин России, житель Казани, предприниматель, женат, имеет двоих детей. 17 февраля 2025 приговорён по п. «а» ч. 2 ст. 282 УК РФ («Возбуждение ненависти либо вражды, совершённые публично в сети “Интернет”, с применением насилия или с угрозой его применения») к 5 годам лишения свободы в колонии общего режима. Лишён свободы с 10 августа 2023 года. Полное описание Основанием для привлечения к уголовной ответственности Руслана Баязитова стало то, что в ночь с 5 на 6 июля 2023 года, участвуя под ником «Per Aspera» в голосовом чате Telegram-канала «Moscow calling», он, по версии обвинения, в споре допустил высказывания, направленные на «возбуждение ненависти либо вражды». Высказывания Баязитова были записаны участницей дискуссии либо кем-то, находившимся рядом с ней, и впоследствии опубликованы. В первой аудиозаписи, состоящей из двух фрагментов, происходит диалог между Баязитовым и девушкой, он называет «Юля» (она называет его «Руслан»). Собеседница упрекает его в том, что он ругает Россию, которой обязан. Он отвечает: «…русских? Я ненавижу эту нацию. Чем я обязан России? Может, это Россия мне обязана, что я плачу налоги? Я ненавижу русню, я считаю их кончеными агрессивными п***сами — я не говорю “русские”, я говорю — “русня”, русня — это ***ые агрессивные шовинисты, которые ненавидят всех вокруг себя, которые готовы убивать просто потому, что им не нравится кто-то, любых соседей — вот это русня, это агрессивные дикари <…> Вот те, которые на СВО — для меня п**сы, шовинисты, я считаю, что их надо убить, я поддерживаю убийства тех, кто на СВО. Я никого не убил, но, если бы возможность была такая, я бы убивал всех, кто за СВО». «Юля» спрашивает, убил ли бы Руслан её при встрече. Мужчина отвечает: «Если ты за СВО, тебя тоже надо убить, Юль <…> Просто отрезать тебе голову — и всё <…> Если ты поддерживаешь убийства других, то почему ты не готова умереть сама? <…> СВО — это разве не убийства людей? <…> Летят “калибры”, летят “грады”, они убивают людей в другом государстве, ты это поддерживаешь. Если ты это поддерживаешь — ты сама должна быть готова отдать жизнь за это».  Другой пользователь чата начинает говорить о Z-сообществах как о секте, состоящей из людей, которые искренне верят в то, что Россия никогда не стреляет по гражданским объектам. Баязитов перебивает: «их тоже надо <неразборчиво>, потому что это бесполезные люди, они тоже поддерживают убийства». Ещё один участник чата произносит: «Но ты же понимаешь, что ты призываешь к чисткам по какому-то критерию?» Баязитов говорит: «да, да, их <неразборчиво> вырезать реально, ты можешь не согласиться со мной, но это моё личное мнение <…> Но я хочу их убить. Если мне подвернётся такая возможность, я с удовольствием буду их убивать». «Юля» спрашивает, убил ли бы Баязитов её при встрече. Он говорит: «я говорю: если бы подвернулась возможность. Но сейчас это невозможно, потому что у нас государство сильнее тех, кто против СВО. Но если бы какой-то кипеш начался и начали бы резать тех, кто за СВО, я бы с удовольствием поучаствовал в этой резне. Я же не говорю, что сейчас я пойду резать <…> Я своё мнение говорю, понимаешь?». Разговор не предполагал запись или фиксацию, однако он был записан на аудио и видео другими участниками чата. По версии администраторов чата, Баязитова специально спровоцировали на эмоциональные выражения, воспользовавшись его состоянием. Одним из доносчиков считают депутата Тверской городской думы от «Единой России» Максима Жиркова. После того, как эта информация стала известна, в канале его забанили. В ответ мужчина начал угрожать администратору. «Ты такой же и будешь наказан, говорю сейчас теми же словами, что и ему [Баязитову] месяц назад. На этом всё. Жди», — писал Жирков в личных сообщениях. Во втором доступном в Сети фрагменте чата, на этот раз — в форме видео (мы не знаем, кладёт ли его следствие в основу обвинения, но в деле он фигурирует), Руслан Баязитов коротко произносит: «Я хочу, чтобы Путина повесили, я хочу, чтобы Россия проиграла в войне». После этого он называет свои личные данные. Как сообщают СМИ, видеозаписи первого разговора (или обоих) распространилась в открытом доступе через канал ультраправого блогера Владислава Позднякова. Ролик разошёлся в Facebook и Telegram, его репостили провластно настроенные каналы. Директор Лиги безопасного интернета, член Общественной палаты России Екатерина Мизулина, которой поступили «массовые обращения по поводу экстремистских заявлений предпринимателя Баязитова», написала в своём Telegram-канале комментарий по этому поводу: «Он заявил, что поддерживающих СВО нужно убивать, а тем, кто считает себя русским, желает смерти. Расцениваю эти заявления как угрозу в адрес миллионов россиян. И в мой адрес лично». Мизулина, как она утверждает, написала обращения в Следственный комитет и МВД России. Преследование Баязитова в связи с этими записями началось ещё 9 августа 2023 года, когда судья Вахитовского райсуда Казани Киселёв Артур Николаевич оштрафовал его на 30 тысяч рублей по ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ («Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооружённых сил РФ»).  В постановлении суда прямо указывается, что осмотр страницы Баязитова в Facebook и видеопубликации в Telegram был произведён сотрудниками ЦПЭ по доносу Позднякова. Судья цитирует открытое для подписей единомышленников обращение, размещённое в Telegram-канале Позднякова: «Это ФИО1, предприниматель из Казани, учредитель фирм ООО “Мэлт”, ООО “Элкей” с годовым оборотом под миллиард рублей, которые приносят ему личный доход под 200 миллионов рублей в год. Человек ненавидит Россию и её руководство, желает России поражения и повешение Путина. Прошу силовиков провести задержание данного гражданина, невзирая на его статус и деньги. Подобные лица, обладая весомыми денежными средствами являются очень опасным элементом. Поздняков. Подписаться”. При просмотре видеозаписи установлено что на ней изображён мужчина среднего телосложения, европейской внешности, который говорит: “я хочу чтобы Путина повесили, чтобы Россия проиграла в войне. Меня зовут ФИО1, Казань, <…> Так понятно, нет?”». В постановлении суда было указано: «На момент осмотра публикация имеет более 250 тысяч просмотров. Видеопубликация в открытом доступе для неограниченного числа пользователей сети Интернет». Далее, по результатам осмотра, цитируется содержимое страницы Баязитова, видимо, подтверждающее мнение суда о его виновности в совершении административного правонарушения: «В ходе проведённых мероприятий, а именно мониторинга сети “Интернет” в социальной сети “Facebook” обнаружена и задокументирована страница пользователя под именем “ФИО1” <…>, при просмотре страницы установлено, что на аватарке профиля имеется фотография от <…>, на которой изображён мужчина с рыбой в руках, а также имеется надпись: “FreeNavalny! Свободу Навальному! Отпускай!” и флаг Украины. Также обнаружены и задокументированы публикации с графическими изображениями ФИО6 с надписями: <…> “Ой, она уже сама поехала!” (машина репрессий), <…> “Херсон это Украина, Донецк это Украина, Луганск это Украина, Крым это Украина!”, “В классическом государстве ветви власти это Исполнительная власть, Законодательная, Судебная и СМИ. В России ветви власти: Путин, друзья Путина, прислуга Путина, Кадыров”. Указанные публикации находятся в открытом доступе для неограниченного числа пользователей в сети Интернет». Суд посчитал, что на представленной в материалах дела видеозаписи Баязитов «выражает явное воспрепятствование использования ВС РФ за пределами РФ в целях защиты интересов РФ и её граждан, поддержания международного мира и безопасности». За это предприниматель был оштрафован на 30 тысяч рублей. Как следует из текста постановления, свою вину он признал. На следующий день, 10 августа,  другой судья того же Вахитовского районного суда города Казани Каримов Самат Ринатович арестовал Баязитова на 14 суток по ч. 1 ст. 20.3 КоАП РФ («Пропаганда либо публичное демонстрирование атрибутики или символики экстремистских организаций»). Основания к этому дало обнаружение на странице Баязитова надписей, сходных с «пропагандой и публичной демонстрацией ФБК и “Штабы Навального”, которые запрещены на территории Российской Федерации и признаны экстремистскими организациями, включены в перечень общественных объединений и религиозных организаций, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 114- ФЗ “О противодействии экстремистской деятельности” Московским городским судом 09 июня 2021 года». Как следует из текста постановления, своей вины предприниматель не отрицал, при этом пояснил, что он не знал о признании «Штабов Навального» экстремистской организацией и разместил фотографию для поддержки политической деятельности Навального. На следующий день, 11 августа 2023 года в отношении Баязитова возбудили уже уголовное дело. Как сообщал аффилированный с силовиками Telegram-канал «Экстремизму — НЕТ», «в связи с наличием в словах Баязитова высказываний, направленных на возбуждение вражды в отношении группы лиц, выделенной по национальному признаку “русские”, собранный сотрудниками полиции материал был передан в следственный комитет с целью принятия процессуального решения. В итоге в отношении отбывающего административный арест предпринимателя было возбуждено уголовное дело по п. «а» ч. 2 ст. 282 УК РФ (“Возбуждение ненависти либо вражды, совершённые публично в сети ‘Интернет’, с применением насилия или с угрозой его применения”)». Кроме того, пока бизнесмен находился под административным арестом, 18 августа 2023 года Верховный суд Татарстана рассмотрел протест прокурора на решение суда от 9 августа по первому делу об административном правонарушении. По мнению прокуратуры, наложенный штраф на Баязитова за «дискредитацию» ВС РФ не соответствовал уровню общественной опасности, которую несли действия предпринимателя. По словам прокурора, суд первой инстанции вынес наказание по нижней планке санкции, предусмотренной ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ. Суд согласился с представителем прокуратуры и принял решение вернуть дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При апелляционном рассмотрении Баязитов пояснил, что не имел умысла, чтобы его высказывания становились достоянием общественности. По его словам, всё сказанное им в видеоролике было записано в частном разговоре без его согласия и он не давал разрешения на публикацию видео. Он также сообщил, что находился в состоянии алкогольного опьянения и не смог пояснить, кто именно снимал его и затем опубликовал это видео.  В этот же день, 18 августа 2023 года, судья Каримов вновь рассмотрел дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ («Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооружённых сил РФ»), и оштрафовал Руслана Баязитова уже на 50 тысяч рублей. В суде 18 августа он придерживался той же позиции, что и на суде в апелляционной инстанции. 25 августа 2023 года, как пишут СМИ, сразу после выхода из спецприёмника, Баязитова задержали и отвезли на допрос. Ему предъявили обвинение по п. «а» ч. 2 ст. 282 УК РФ («Возбуждение ненависти либо вражды, совершённые публично, с применением насилия или с угрозой его применения»). По сообщению пресс-службы суда, Руслан Баязитов «публично высказал угрозы и призывы к применению насилия по отношению к социальной группе и национальности “русские”».  В этот же день Баязитова арестовали и поместили в СИЗО. «Я добросовестно сотрудничаю со следствием, от дачи показаний не отказываюсь. За границей ни счетов, ни имущества, ни бизнеса у меня нет. Весь бизнес связан с Татарстаном. Поэтому прошу принять меру пресечения, не связанную с арестом», — сказал Баязитов на суде. «На аудио — слова, сказанные сгоряча, в споре, поздно ночью. [То, что я придерживаюсь] антивоенной позиции — да. А то, что на аудио и видео, — там многое сказано сгоряча, очевидно», — сказал он. Впоследствии арест продлевался.  Предварительное следствие вёл  старший следователь 1-го отдела по расследованию особо важных дел СУ Следственного комитета РФ по Республике Татарстан Айрат Гиниятуллин.  Первое заседание по рассмотрению уголовного дела в суде состоялось почти через год, 5 июня 2024 года, в Вахитовском райсуде Казани. Баязитов вину в суде не признал и позднее, в октябре 2024 года, заявил в письменном ходатайстве, что «отказывается от всех адвокатов, включая государственных защитников в суде». «Я считаю, что обвинение сфабриковано, состряпано на коленке и находится вне правового поля, поэтому не вижу смысла в защите, отказываюсь», — говорил он. Суд, несмотря на это, выбрал ему адвоката по назначению, «поскольку подсудимый обвиняется в совершении тяжкого преступления, соответственно, должна быть оказана квалифицированная защита». Защитник Наиль Хусаинов  утверждал, что обвинение необоснованное, а голосовые сообщения в чате «Moscow Calling» вовсе не сохраняются, поэтому с помощью чата к широкой аудитории обратиться невозможно. Адвокат пояснял, что фразы Баязитова были вырваны из общего контекста и сказаны сгоряча, он просил признать своего подзащитного невиновным. «В них не было умысла на призыв к насильственным действиям, лишь выражение собственного мнения. Не было умысла на размещение данного разговора в открытый доступ для широкой аудитории. Кто мог записать и опубликовать данные аудиозаписи в интернете — неизвестно, Баязитов запись не вёл и публикацию не размещал», — отметил Хусаинов. Он объяснил, что это была личная беседа, а подсудимый высказывал лишь личное мнение. При этом защитник добавил, что высказывания Баязитова были спровоцированы собеседником и оказались записаны на видео без его согласия. Государственный обвинитель, в свою очередь, заявлял, что вина полностью доказана, запросил для подсудимого срок в виде 5 лет лишения свободы в колонии общего режима, а также потребовал изъять iPhone Баязитова в пользу государства.  Услышав, какой срок запрашивает обвинение, Баязитов возмутился. «Человеку в форме прокурора, человеку в мантии в частности и в общем всем причастным, всем троллям хочу сказать: идите вы… — эмоционально высказался он в прениях, при этом добавив: — *** клоуны. Прошу прощения у слабого пола, других слов у меня нет». 17 февраля 2025 года судья Вахитовского районного суда Казани Хабибуллин Динар Айратович приговорил Руслана Баязитова к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Помимо этого, суд постановил изъять в доход государства принадлежащие Баязитову Iphone, ножи, карабин Blaser R8, стволы к данному карабину, охотничье ружье и патроны. От последнего слова мужчина отказался. Государственное обвинение представляли прокуроры Марк Гильманов и Елена Петрова.  Защитник подал апелляционную жалобу на приговор. 25 апреля 2025 года cудья Верховного суда Республики Татарстан Герасимов Андрей Юрьевич оставил приговор без изменения. 20 ноября 2023 года Руслана Баязитова включили в Перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга. Основания признания политзаключённым По сообщению пресс-службы Вахитовского районного суда, Баязитов «признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 282 Уголовного кодекса РФ, а именно в том, что в одном из каналов мессенджера “Telegram” высказывал угрозы применения насилия в отношении группы лиц, объединённых по признакам национальности, языка, происхождения, а также оскорблял лиц русской национальности и тех, кто поддерживает специальную военную операцию, проводимую Российской Федерацией на территории Украины; высказывал ненависть по отношению к лицам русской национальности, обвиняя русских в ненависти по отношению к остальным национальностям и готовности русских убивать тех, кто им не нравится; обвинял русских в агрессивности и дикости; высказывал готовность убивать лиц русской национальности и тех, кто поддерживает специальную военную операцию, проводимую Российской Федерацией на территории Украины, а также призывал убивать указанных лиц и поддерживать это».  В первую очередь, даже если допустить, что Баязитов совершил действия, направленные на возбуждение вражды или ненависти, то мы считаем, что в его действиях отсутствует угроза применения насилия. Он говорит о некоей гипотетической возможности, неоднократно оговариваясь, что он и хотел бы применить насилие, но не имеет такой возможности. При этом рассуждения об убийствах являются для него в контексте разговора риторической фигурой, с помощью которой он призывает своих оппонентов встать на место жертвы, поскольку если можно убивать одних, то можно убивать и других. В отсутствие этого признака действия (высказывания) Баязитова могли бы охватываться диспозицией первой части ст. 282 УК РФ, однако он не может подвергаться уголовному преследованию по ней, так как ранее он не привлекался к административной ответственности за аналогичное деяние. Таким образом, даже если согласиться с тем, что в его действиях имеется состав правонарушения, его могли бы привлечь только к административной ответственности по  20.3.1. КоАП РФ («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»). На наш взгляд, высказывание личного мнения в закрытом голосовом чате не тождественно выступлению на собрании или митинге, при этом умыслом Баязитова не охватывалось опубличивание и донесение до широкого круга лиц своей точки зрения, использование Интернета было им осуществлено для целей дискуссии с достаточно узким кругом лиц. Как верно отметил адвокат Баязитова, голосовые сообщения, в отличие от текста, в чате не сохраняются, поэтому аудитория, которая слышала эти речи, ограничена числом участников чата. Таким образом, способ высказывания делает его потенциальную общественную опасность существенно более низкой, чем если бы оно было обращено к неограниченному кругу лиц и предполагало фиксацию. Что касается последующего широкого распространения аудио и видеозаписей, то это было сделано без желания, ведома и согласия Баязитова, следовательно, он не должен подлежать за это опубличивание ответственности. Стоит отметить и специфику устной речи по сравнению с письменной, особенно когда имеется в виду спонтанное высказывание в частном разговоре. Очевидно, что в устной речи человеку сложнее корректно подобрать слова и выстроить фразу, невозможно перечитать высказанное и скорректировать его или даже вовсе отказаться от отправки сообщения. Это неизбежно ведёт к тому, что в устной речи мысль человека часто передаётся не вполне точно, имеет другие смысловые акценты и в конечном счёте воспринимается совсем не так, как того хотел бы говорящий.  Помимо того, как следовало из пресс-релиза суда, Баязитов был обвинён в угрозах по отношению к социальной группе и национальности «русские». Мы полагаем, что и это не соответствует действительности. В процессе общения в голосовом чате Баязитов неоднократно поясняет, что говорит не о русских как народе, а о «русне», к которой он относит худших представителей этого народа, в его лексике — «агрессивных шовинистов, нападающих на соседей». В таком значении этот пренебрежительный термин часто употребляют в контексте имперских амбиций России и проведения ею агрессивной политики относительно входящих в её состав национальных образований, а также ближайших независимых государств — соседей. Также Баязитов говорит о «тех, кто поддерживает СВО». Нам представляется, что это никак не социальная, а идеологическая группа, объединённая общими убеждениями. В той же дискуссии один из её участников говорит, что эта группа в России может составлять 90 процентов населения. При этом мы согласны с озвученной ранее позицией Правозащитного центра «Мемориал» и центра «Сова» о том, что неопределённое, оценочное понятие «социальная группа» следует исключить из антиэкстремистского законодательства. Его присутствие в российском уголовном праве вызывает критику не только у правозащитников, но и в научном юридическом сообществе. Понятие социальной группы не раскрывается в уголовном законе, отсутствуют соответствующие разъяснения и в актах Верховного суда РФ. Мы находим, что если и признавать правомерность и необходимость защиты уголовным законодательством социальных групп, то, очевидно, это должны быть уязвимые группы. Однако ущемлению и преследованию в современной России подвергаются совсем другие категории людей — причисление к уязвимым группам военнослужащих Вооружённых сил и едва ли не большинства населения, поддерживающего развязанную российскими властями войну, представляется нам абсурдным, мы видим в нём исключительно стремление защитить от любой критики действия власти. При оценке реальной общественной опасности тех или иных высказываний мы считаем возможным применять по аналогии подходы Рабатского плана действий по запрещению пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, выработанного экспертами Управления Верховного комиссара Организации Объединённых Наций по правам человека. Рабатский план призывает установить высокий порог для введения ограничений на свободу выражения мнения при определении возбуждения ненависти при наличии которых есть основания для преследования за такие высказывания и их законодательного запрета. Он призывает рассматривать ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП) 1966 года (о необходимости запрета подстрекательства к насилию) только в пропорциональном сочетании со ст. 19 этого же пакта, которая декларирует: «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений», а также «имеет право на свободное выражение своего мнения; которое включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору». Аналогичные гарантии свободы мысли и слова содержатся в ст. 29 Конституции РФ. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Исходя из этого, исключительно важно определить упомянутую выше меру и критерии, необходимые для оценки угроз, создаваемых теми или иными высказываниями для нравственности, здоровья, прав других лиц, безопасности государства и пр. Мы полагаем, что для рассматриваемой статьи в полной мере применимы критерии определения опасности деяния, которые были сформулированы Пленумом Верховного суда России в Постановлении от 28 июня 2011 г. «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности»:  «При решении вопроса о наличии или об отсутствии у лица прямого умысла и намерения побудить других лиц к осуществлению экстремистской деятельности, совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, либо цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов в сети «Интернет» или иной информационно-телекоммуникационной сети суду следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать в том числе форму и содержание размещенной информации, её контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней, факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения, содержание всей страницы данного лица, сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в частности, о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и расширение пользовательской аудитории, данные о его личности (например, приверженность радикальной идеологии, участие в экстремистских объединениях, привлечение ранее лица к административной и (или) уголовной ответственности за правонарушения и преступления экстремистской направленности), объём подобной информации, частоту и продолжительность её размещения, интенсивность обновлений». Аналогично предлагает оценивать высказывания и призывы, которые могут потенциально иметь негативные и опасные для общества последствия, Рабатский план. Мы считаем возможным применить Рабатский тест к высказываниям Руслана Баязитова. С точки зрения оценки реальной опасности призывов к тем или иным действиям по международным критериям Рабатского плана необходимо оценивать контекст высказываний («контекстуальный анализ должен поместить высказывание в социальный и политический контекст, преобладавший в тот момент, когда это высказывание было сделано или распространялось»), реальное влияние автора высказывания на свою аудиторию, наличие умысла, степень публичности высказывания, а также его содержание. Наконец, крайне важно оценить вероятность реализации призыва, включая неотвратимость: «суды должны будут установить, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие». Контекстом высказывания Баязитова является развязанная Владимиром Путиным война против Украины, осуждённая специальной резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 2 марта 2022 года. В ходе нападения на соседнее независимое государство Вооружённые силы РФ наносят удары по украинским городам и гражданской инфраструктуре, убивая и калеча мирных жителей, разрушая жилые здания и важнейшие коммуникации. В России параллельно с этим власти подавляют независимые СМИ, вводят фактический запрет на публичные выражения мнения в виде митингов, пикетов и пр., усиливают цензуру, принимают законы, карающие за любое мнение, отличное от государственной идеологии (законы о «фейках» и пр.), преследуют или выдавливают за границу гражданских и политических активистов, лидеров оппозиционных движений Следующими жертвами преследований становятся просто граждане, позволившие себе высказаться против Путина и войны, как это сделал и Руслан Баязитов. О степени публичности высказываний Баязитова речь уже шла выше. Он не стремился придать публичность своей точке зрения, он отстаивал её в частном споре, не имея умысла широко распространить её в Интернете. Его умысел, если можно так выразиться, был направлен на переубеждение нескольких своих оппонентов в закрытом голосовом чате и на фиксацию того факта, что мнение о необходимости поддержки СВО — не единственное, существующее в обществе. Очевидно, что авторитетность Баязитова как спикера в чате, где происходил спор, была не слишком высока, судя по репликам его оппонентов, большинство из которых придерживалось иной точки зрения. Отсюда вытекает и крайне малая вероятность того, что его высказывания могли кого-либо на что-либо спровоцировать, то есть повлечь последствия, тем более, что сам он неоднократно повторяет, что это всего лишь его личное мнение. Сложно спорить с тем, что форма, в которой были изложены соображения Баязитова, была достаточно провокационной и, на наш взгляд, не соответствующей тому содержанию, которое он пытался донести до своей аудитории: идее о необходимости уметь поставить себя на чужое место (то есть, жертв российской агрессии). Сам он пояснил, что находился в состоянии алкогольного опьянения, резкие слова были произнесены «сгоряча, в споре, поздно ночью», и при этом ещё раз подчеркнул свою приверженность антивоенной позиции. Мы считаем, что у Баязитова отсутствовал умысел на возбуждение ненависти или вражды, а также на унижение кого бы то ни было. Неудачную форму подачи своей аргументации мы полагаем безрассудством, которое не являются основанием для применения ст. 20 МПГПП. Как указывает «Памятка о “подстрекательстве к ненависти”» (Рабатский пороговый тест), «небрежность или безрассудство не являются достаточными основаниями для квалификации правонарушения по статье 20 МПГПП, так как данная статья применяется скорее к “пропаганде” и “подстрекательству”, нежели к простому распространению или передаче сведений».  Отдельно следует рассмотреть вторую запись, на которой Баязитов произносит: «Я хочу, чтобы Путина повесили, я хочу, чтобы Россия проиграла в войне». Неизвестно, инкриминируется ли эта запись Баязитову, однако, поскольку она со всей очевидностью упоминается в материалах дела, отметим, что, на наш взгляд, это высказывание не разжигает ненависть и вражду. Желание предпринимателя, чтобы Россия проиграла в войне является закономерным и не нарушающим ни правовых, ни моральных норм, поскольку развязанная российскими властями война является агрессивной и преступной в соответствии с нормами международного права. При этом ключевым её виновником является Владимир Путин. Он же несёт ответственность за множество совершённых в рамках этой войны военных преступлений, по его же воле в России развязаны репрессии против инакомыслящих. На арест Владимира Путина выдан ордер Международным уголовным судом. Не будет преувеличением сказать, что миллионы людей ожидают смерти Владимира Путина в надежде, что Россия вновь станет демократической. В русской культуре образ виселицы всегда являлся символом максимально строгого наказания за грехи. Так, выражение «верёвка плачет» в соответствии с «Большим словарём русских поговорок» (Глухов, 1988) означает, что «кто-л. заслуживает строгого наказания». В любом случае, выражение желания, чтоб над Путиным свершилась казнь по приговору суда, не разжигает ненависти или вражды. В то же время нельзя исключить, что слова Баязитова про Путина могли стать дополнительной причиной для назначения ему строгого наказания в силу покушения на один из главных сакральных образов государства. Мы полагаем, что технически ключевым фактором в развитии событий, приведших в итоге к возбуждению уголовного дела и суровому наказанию, назначенному судом, стала кампания по опубличиванию позиции Баязитова и привлечению его к ответственности силами «возмущённой общественности». Неизвестно, было ли это запланировано и провоцировала ли «Юлия» Баязитова целенаправленно, однако в кампании принял участие и одиозный Владислав Поздняков, и серийная доносчица Екатерина Мизулина. В целом практика доносительства, весьма удобная для силовиков, нашла, к сожалению, своё место в российском обществе и довольно широко распространилась. Доносы и угрозы донести на знакомых, коллег либо иных лиц начинают видеться многим гражданам эффективным средством получения личных выгод, либо преимущества в каком-либо споре или конфликте, и на самом деле таким средством становятся. Раздуваемые провластными и шовинистическими каналами кампании по «охоте на ведьм» с выбором удобной жертвы также получили в последние годы в России широкое распространение и часто приводят к арестам и приговорам в отношении неугодных, якобы в качестве «отклика на общественное мнение». Нередко сам глава СК Бастрыкин требует возбуждения уголовного дела и «ставит его на контроль» центрального аппарата ведомства, после чего правоохранительные органы вынуждены осуществлять уголовное преследование даже при очевидном отсутствии состава преступления, прибегая при этом фактически к фальсификации доказательств. Так, в январе 2024 года в результате публикации в социальной сети карикатуры, которую провластные Telegram-каналы посчитали «оскорбительной для русских и мобилизованных», после развязанной этими каналами травли, было возбуждено уголовное дело по п. «в» ч. 2 ст. 282 УК РФ против правозащитника таджикского происхождения Усмана Баратова, и 65-летний мужчина был приговорён к 4 годам лишения свободы. Жертвами доносов с последующим «информационным сопровождением» стали и врач-педиатр из Москвы Надежда Буянова, и мясник из Новосибирска Далерджон Ачилов.  Руслан Баязитов — крупный казанский предприниматель, учредитель нескольких кампаний, продававших компьютерную технику и услуги Интернета. Не вызывает сомнений то, что он придерживался антивоенных и в целом оппозиционных взглядов. Издание Бизнес-online пишет, что в январе 2021 года он был задержан на митинге сторонников Алексея Навального в Казани. Сам он отрицал правонарушение. Материал дважды пересматривали, и в итоге суд встал на сторону бизнесмена, отказав в его привлечении к административной ответственности.Следует также отметить, что сама дискуссия, приведшая к осуждению Баязитова по уголовной статье, проходила в Telegram-канале, который администрировал Андрей Куршин, 7 августа 2024 года приговорённый к 6 годам 6 месяцам колонии общего режима по п. «д» ч. 2 ст. 207.3 УК РФ – за упоминание военных преступлений, совершённых российской стороной конфликта. Не одобряя ту форму ведения спора и риторические приёмы, которые Руслан Баязитов выбрал для дискуссии, мы, тем не менее, полагаем, что его уголовное преследование — следствие его антивоенной позиции, которая в здравом и демократическом обществе должна признаваться общественно поощряемой. Однако, даже если допустить, что в высказываниях Баязитова была какая-то общественная опасность, то уголовное преследование, а тем более, длительное лишение свободы ей явно и вопиюще не адекватны. Аналогичным образом мы полагаем незаконным привлечение Баязитова к административной ответственности по ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ («Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооружённых сил РФ»). Опираясь на международное руководство по определению понятия «политический заключённый» мы полагаем, что к Баязитову не применимо исключение, которое не позволяет признавать его политическим заключённым. Его слова нельзя рассматривать как призыв к насильственным действиям по национальному, этническому, расовому, религиозному или другим признакам — как мы обосновывается выше, они скорее представляли собой риторический приём и были направлены, в конечном счёте, на противодействие насилию, а не призыв к нему. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Руслана Баязитова является политически мотивированным, направленным на устрашение противников агрессивной войны и общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение права на свободу выражения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Руслана Баязитова политическим заключённым и требует его немедленного освобождения и прекращения уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.  Адвокат — Хусаинов Наиль Ринатович Публикации в СМИ: БИЗНЕС Online, 11 августа 2023 года «Угроза в адрес миллиона россиян»: как соучредитель МЭЛТа наговорил на уголовку БИЗНЕС Online, 16 января 2025 года. «Идите вы на… Клоуны»: сооснователь МЭЛТа сорвался на прокурора и суд, когда ему запросили 5 лет колонии Медиазона, 17 февраля 2025 года. В Казани приговорили к пяти годам колонии бизнесмена Руслана Баязитова, осудившего войну в Украине в голосовом чате БИЗНЕС Online, 18 февраля 2025 года. Ненависть под градусом: сооснователь МЭЛТа уедет в колонию на 5 лет за длинный язык Дата обновления справки: 16.07.2025 г.