Anton Zaitsev was sentenced to 3 years and 6 months in prison for collaborating with a representative of the Latvian embassy. He allegedly sought to exchange information about the location of Russian security forces for Latvian citizenship.

Зайцев Антон Георгиевич родился 9 августа 1996 года, житель города Печоры Псковской области, гражданин России. 3 июня 2024 года приговорён по ст. 275.1 УК РФ («Сотрудничество на конфиденциальной основе с представителем иностранного государства в целях оказания ему содействия в деятельности, заведомо направленной против безопасности РФ») к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Лишён свободы с ноября 2023 года. Полное описание О задержании жителя Печор псковское управление ФСБ сообщило в конце ноября 2023 года. По версии ведомства, с декабря 2022 года «мужчина пытался установить контакт с представителем посольства Латвийской Республики в Москве с целью оказания содействия на конфиденциальной основе и передачи, в обмен на гражданство указанного государства, сведений о дислокации подразделений органов Федеральной службы безопасности и Вооружённых сил РФ в Псковской области». Спецслужба также утверждала, что Зайцев был «готов к сотрудничеству по сбору, документированию и предоставлению информации, которая в дальнейшем могла быть использована в деятельности против безопасности России».  Пресс-служба псковских судов сообщила, что мужчина признал вину и написал явку с повинной. Дело поступило в суд 5 апреля 2024 года. 3 июня 2024 года судья Псковского областного суда Устинов Дмитрий Александрович приговорил Антона Зайцева к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима. Приговор не обжаловался. Основания признания политзаключённым Мы считаем, что внесение 14 июля 2022 года в Уголовный кодекс Российской Федерации ст. 275.1, криминализующей сотрудничество российских граждан с иностранными государствами и организациями, лежит в русле проводимой Российской Федерацией политики изоляционизма и одновременно обусловлено непрерывными поисками «внутреннего врага» внутри страны. Тогда же были расширены понятия «государственная измена» (ст. 275 УК РФ) и «шпионаж» (ст. 276 УК РФ). Авторы законопроекта объясняли необходимость вносимых изменений потребностью «защиты интересов России», однако фактически эти новации продиктованы запросами военного времени и создают новые правовые инструменты для уголовного преследования граждан, пытающихся противостоять агрессивной милитаристской политике военно-политического руководства России. С момента, когда в Уголовном кодексе появилась ст. 275.1, по состоянию на начало августа 2025 года ФСБ возбудила по ней, по нашим данным, 96 дел.  Ст. 275.1 УК РФ имеет следующую диспозицию: «Установление и поддержание гражданином Российской Федерации отношений сотрудничества на конфиденциальной основе с представителем иностранного государства, международной либо иностранной организации в целях оказания им содействия в деятельности, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 275 настоящего Кодекса)».  Ранее в Уголовном кодексе уже содержалась статья о государственной измене (ст. 275 УК РФ), предусматривавшая, среди прочего, ответственность за «оказание финансовой, материально-технической, консультационной или иной помощи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации». Такая неопределённая формулировка уже создавала юридические предпосылки для криминализации, в зависимости от субъективного усмотрения правоприменителя, любого легального взаимодействия российского гражданина с иностранцами. Появившаяся в УК новая ст. 275.1 является продолжением указанной тенденции и содержит в своём составе следующие признаки, криминализующие сотрудничество с представителями иностранного государства и международной или иностранной организации:  конфиденциальная основа такого сотрудничества; ведение этими представителями деятельности, направленной против безопасности РФ; «заведомость» для обвиняемого направленности этой деятельности против безопасности РФ при установлении и поддержании отношений запрещённого сотрудничества.  Понятие конфиденциальности в УК РФ не раскрывается. В российском законодательстве можно встретить термин «конфиденциальная информация» (например, в ст. 9 и 16 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»), который отсылает как к нормативным актам о тайне (в том числе государственной, коммерческой, налоговой, банковской, врачебной), так и к различного рода сведениям, имеющим категорию ограниченного доступа. Существует также перечень сведений конфиденциального характера, утверждённый Указом Президента РФ от 06.03.1997 № 188. Однако что следует понимать именно под «конфиденциальной основой сотрудничества», неясно. Обоснованно предположить, что всякая частная переписка, например, с использованием электронной почты, мессенджеров, таких как Telegram или WhatsApp, SMS-сообщения, телефонные или интернет-звонки, являются конфиденциальными, равно как и практически любое личное общение, не имеющее публичного характера. Таким образом, любая переписка или разговоры с людьми, которые, по мнению российских властей, могут состоять или работать в каких-то международных организациях, иностранных компаниях, просто с иностранцами, людьми с двойным гражданством, влечёт риски преследования по ст. 275.1 УК РФ. Для исключения ответственности по ст. 275.1 всякий россиянин, пообщавшись с таким лицом, должен обезопасить себя, в соответствии с примечанием к этой статье, «добровольно и своевременно» сообщив о факте такого общения некоему органу российской власти, к примеру — правоохранительному.  Таким же неопределённым является и признак «цели оказания содействия в деятельности, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации». Такая конструкция предполагает, что гражданин России должен быть осведомлён о том, что иностранец, с которым он о чём-либо пообщался наедине, ведёт или собирается вести деятельность, направленную на подрыв безопасности страны. В ст. 275.1 УК РФ отсутствуют пояснения о том, какая именно деятельность считается направленной против безопасности РФ. Однако, согласно примечанию к ст. 104.1 УК РФ, «под деятельностью, направленной против безопасности Российской Федерации, понимается совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями статьями 189, 200.1, 209, 210, 222 — 223.1, 226, 226.1, 229.1, 274.1, 275 — 276.1, 281 — 281.3, 283, 283.1, 284.1, 284.3, 290, 291, 322, 322.1, 323, 332, 338, 355 — 357, 359 настоящего Кодекса». К этому же примечанию отсылает и ст. 280.4 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности государства»), введённая, как и ст. 275.1, Федеральным законом от 14.07.2022. Независимо от того, понимать ли упоминаемую в ст. 275.1 УК РФ направленность деятельности против безопасности РФ так же, как она понимается в ст. 280.4 УК РФ, или как-то ещё, ясно одно: если деятельность лица, «конфиденциально сотрудничающего» с иностранным субъектом, образует состав какого-то оконченного или неоконченного преступления, то ответственность должна наступать за это конкретное преступление, а не за сотрудничество как таковое. Конструкция же состава преступления, предусмотренного ст. 275.1 УК РФ, предполагает преследование именно за «сотрудничество», которому приписывается цель «содействия в деятельности», направленной против безопасности РФ. При этом доказывание наличия и такой цели, и такой направленности представляет собой практически нереализуемую задачу и заведомо предполагает произвол следствия и суда.  Таким образом, вся конструкция обвинения в «установлении отношений сотрудничества в целях оказания содействия в деятельности» является неправовой, неопределённой и неубедительной. Исходя из сказанного выше, положения ст. 275.1 УК РФ противоречат принципу правовой определённости — гражданам совершенно невозможно заранее определить, какие действия и контакты с возможными представителями иностранных и международных организаций и просто иностранцами являются правомерными, а какие — запрещёнными под угрозой уголовного преследования. Преступность деяния, предусмотренного этой статьёй, связана исключительно с фактом взаимодействия российского гражданина с иностранцами, к которым применяется презумпция враждебности, к субъекту же преступления — презумпция осведомлённости о будущем использовании иностранцами результатов его легальной деятельности. Такая конструкция не только юридически несостоятельна, но и попросту абсурдна.  В силу устоявшейся правовой позиции Конституционного Суда РФ самого по себе нарушения требования определённости правовой нормы, влекущего её произвольное толкование правоприменителем, достаточно для признания такой нормы не соответствующей Конституции РФ (в частности, постановления КС РФ от 6 апреля 2004 года N 7-П, от 20 декабря 2011 года N 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П и др.). Суд поясняет, что неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П). Как мы полагаем, ст. 275.1 внесена в Уголовный кодекс РФ для того, чтоб криминализировать любое взаимодействие с иностранцами, а именно в тех случаях, когда невозможно или затруднительно обнаружить в этом взаимодействии более тяжкий состав — государственную измену. Кроме того, эта статья даёт возможность манипулировать обвиняемым с целью получения от него признательных показаний под угрозой вменения более тяжкой статьи о госизмене, предусматривающей наказание вплоть до пожизненного лишения свободы В этой связи мы полагаем, что ст. 275.1 должна быть исключена из УК РФ как очевидно противоречащая Конституции РФ и принципам права в целом.Преследование Антона Зайцева отличается от большинства других случаев применения этой статьи тем, что, согласно пресс-релизу ФСБ, он «конфиденциально сотрудничал» не с представителями Украины, являющейся жертвой российской агрессии, а с представителями Латвии, которая, хоть и внесена Россией в список «недружественных стран», однако не находится с Россией в вооружённом противостоянии. При этом Зайцев якобы высказал желание предоставлять Латвии «сведения о дислокации подразделений органов Федеральной службы безопасности и Вооружённых сил РФ в Псковской области». Не вполне понятно, с какой целью Латвии могли бы пригодиться такие сведения, а также — угрожала ли передача таких сведений безопасности России, однако в целом о «национальной безопасности России» можно сказать следующее.Новейшее определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в так называемой «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии». Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — после полномасштабного вторжения в Украину, начавшегося в конце февраля 2022 года, действиями властей РФ практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц в пограничных регионах и за их пределами.  Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России практически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений.  Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями.При этом суверенитет Российской Федерации, независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России. Таким образом, ключевой причиной возникновения новых угроз национальным интересам России являются не «конфиденциальное сотрудничество Антона Зайцева с Латвией, а агрессивная война, развязанная властями России против Украины и особенно — полномасштабное вторжение, начатое 24 февраля 2024 года.  Оно же сделало перечень «недружественных» России стран очень длинным. Если бы в его действиях было бы что-то, причиняющее реальный ущерб конкретным охраняемым законам общественным отношениям и интересам, даже в том чрезмерно широком понимании, которое характерно для нынешнего российского законодательства и правоприменительной практики, ему бы вменили оконченное или неоконченное преступление, предусмотренное ст. 275 УК РФ или какой-либо другой. Тот факт, что ему вменили именно неправовую ст. 275.1 УК РФ, говорит о том, что оснований для его уголовного преследования в связи со вменяемыми действиями нет в принципе. При этом стоит обратить внимание на формулировки сообщения ФСБ, в которых указано, что Зайцеву вменяется то, что он лишь «пытался установить контакт» (а не собственно установление такого контакта), а также — что он «был готов к сотрудничеству по сбору, документированию и предоставлению информации» (а не вступил в такое сотрудничество). Исходя из этих формулировок можно заключить, что искомый контакт Зайцев в итоге не установил и вменяемое сотрудничество не имело места. В этой ситуации (безотносительно неправового характера статьи в целом) представляется необоснованным квалификация его действий как оконченного преступления по ст. 275.1 УК РФ, а не покушения на него. Можно предположить, что обвинение строится либо на провокации, либо на собственных признательных показаниях Зайцева, которые могли быть получены и шантажом, и обещаниями менее строгого наказания.  Отметим, что в последнее время всё чаще для фабрикации уголовных дел силовиками используются провокационные методы. Это особенно удобно в случае ст. 275.1 УК РФ, поскольку при выборе именно этого состава преступления силовикам, выдающим себя за представителей какой-то иностранной организации, нет необходимости убеждать жертву совершить какое-либо преступление. Как уже было сказано выше, для вменения этого состава достаточно самого факта общения. При этом жертва провокации, просто общаясь с собеседником, не осознаёт того, что таким образом уже совершает преступление с точки зрения российского законодательства. Силовики всё чаще применяют статью 275.1 УК РФ для фабрикации дел против граждан, стремящихся оказать поддержку Украине, если не удаётся вменить что-либо более серьёзное. Например, к 4 годам лишения свободы по этой статье был приговорён инженер-конструктор из Костромы Николай Малкеров. Его осудили за переписку с представителем Легиона «Свобода России», при этом он не отправил тому вообще никакой информации. 15 июля 2024 года Иван Толпыгин приговорён к 4 годам колонии за переписку с сотрудником ФСБ, который выдавал себя за представителя Украины. 29 апреля 2025 года Иван Квеселевич приговорён по этой статье за сбор открытой информации, в том числе за то, что «собирал информацию о частичной мобилизации, общественно-политической обстановке, экономической и продовольственной безопасности Калининградской области». 23 апреля 2025 года по ст. 275.1 УК РФ к 5 годам лишения свободы приговорён пенсионер из Санкт-Петербурга Магомедгаджи Рабаданов, который также не передавал никакой информации ГУР МО Украины, а только высказал такое намерение.Дело Антона Зайцева, судя по скудости информации о нём, слушалось в закрытом режиме. В настоящее время дела о «конфиденциальном сотрудничестве», как и о госизмене, практически всегда рассматриваются в закрытом режиме, тогда как закон не содержит такого положения. При этом ст. 123 Конституции РФ гласит: «Разбирательство дел во всех судах открытое. Слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом». Подобный подход полностью согласуется с положениями Европейской конвенции по правам человека. В п. 1 ст. 6 этого документа говорится о праве человека на публичное разбирательство дела независимым и беспристрастным судом. Там же указано, что судебное заседание или его часть могут быть закрыты для публики только когда это «строго необходимо — при особых обстоятельствах, когда гласность нарушала бы интересы правосудия».  В своих решениях Европейский суд полнее раскрывает этот принцип. Например, в деле «Претто и другие против Италии» указано: «Публичный характер судопроизводства, о котором говорится в п. 1. ст. 6, защищает тяжущихся от тайного отправления правосудия вне контроля со стороны общественности; он служит одним из способов обеспечения доверия к судам, как высшим, так и низшим. Сделав отправление правосудия прозрачным, он содействует достижению целей п. 1 ст. 6, а именно справедливости судебного разбирательства, гарантия которого является одним из основополагающих принципов всякого демократического общества». Ст. 241 Уголовно-процессуального кодекса РФ ограничивает причины, по которым суд может принять решение о проведении закрытого судебного разбирательства. «Закрытое судебное разбирательство допускается на основании определения или постановления суда в случаях, когда: 1) разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны; 2) рассматриваются уголовные дела о преступлениях, совершённых лицами, не достигшими возраста шестнадцати лет; 3) рассмотрение уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности <…>; 4) этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства». При этом «в определении или постановлении суда о проведении закрытого разбирательства должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых суд принял данное решение». Мы полагаем, что закрытие процессов по делам о «конфиденциальном сотрудничестве» от слушателей и общественности служит не целям сохранения государственной тайны, а цели сокрытия слабости обвинения, отсутствия у него убедительных доказательств виновности подсудимых, а зачастую также сокрытия фактов фальсификаций и фабрикации уголовных дел, что можно предположить и в случае с Антоном Зайцевым. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Антона Зайцева является политически мотивированным, направленным на устрашение общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы явно непропорционально предполагаемой общественной опасности действий Антона Зайцева и было применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Антона Зайцева политическим заключённым, требует прекращения его уголовного преследования и немедленного освобождения. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокат — Ордин Юрий Леонидович Публикации о деле: 29 ноября 2023 года, ИТАР ТАСС. В Псковской области задержали местного жителя за попытку шпионажа в пользу Латвии 3 июня 2024 года, Медиазона. Житель Псковской области получил 3,5 года колонии по делу о сотрудничестве с Латвией Дата составления справки: 06.08.2025 г.