Anna Bazhutova was sentenced to 5 years and 6 months in a general regime colony for disseminating false information about the Russian military in a Twitch stream. The charges relate to her reading stories about Bucha and criticizing Russian actions during the war in Ukraine.

Бажутова Анна Николаевна родилась 15 июня 1993 года, живёт в Москве. 5 июня 2024 года по п. «д» ч. 2 ст. 207.3 УК РФ (Публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан по мотивам политической ненависти) приговорена к 5 годам 6 месяцам колонии общего режима. 9 декабря 2024 года суд апелляционной инстанции оставил приговор без изменений. Лишена свободы с 16 августа 2023 года. Полное описание Согласно информации в СМИ, поводом для уголовного преследования Бажутовой стал её стрим в видеостриминговом сервисе Twitch в июне 2023 года, во время которого она, по версии следствия, читала истории жителей Бучи, написала на картонке, что российские солдаты убили в Буче 300 человек, а также призывала «переубивать» всех виновных в этом «русских людей» и провозглашала «смерть русским оккупантам». Канал Анны Бажутовой под ником YokoBovich существовал с 2017 года и имел более девяти тысяч подписчиков, сейчас он заблокирован. Судя по её одноимённой странице в VK, в целом канал имел развлекательный характер. В другом источнике сказано, что в своих эфирах она также пересказывала воспоминания жителей Бучи о жизни под российской оккупацией. В частности, она зачитала историю о девушке, которую неделю насиловал российский военный, а после отказа уехать вместе с ним в Россию убил её мать. Эфирами Бажутовой заинтересовалось не только следствие: по информации СМИ, провоенные телеграмм-каналы публиковали фрагменты из её эфиров, разумеется, с негативной оценкой. В постановлении об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу сказано, что своими действиями Бажутова «причинила существенный ущерб публичным интересам Российской Федерации, злонамеренно способствуя нарастанию социально-политической напряженности в условиях проведения специальной военной операции по поддержанию международного мира и безопасности». Также там сказано, что Бажутова «в настоящий момент проверяется на причастность к совершению иных преступлений аналогичной категории против общественной безопасности, в том числе совершённых в соучастии с неустановленными лицами». Бажутова была задержана 16 августа 2023 года. 18 августа судья Останкинского районного суда Москвы Анна Александровна Терехова удовлетворила ходатайство следствия и избрала для Анны Бажутовой меру пресечения в виде заключения под стражу. Основания признания политзаключённой Неправовой характер статьи 207.3 УК РФ Через неделю после начала полномасштабного российского вторжения в Украину, 4 марта 2022 года, Государственная Дума РФ в чрезвычайном порядке (не в виде отдельных законопроектов, а путём внесения поправок в другие, уже принятые в первом чтении) приняла законы о внесении изменений в Кодекс об административных правонарушениях и Уголовный кодекс. Эти законы запрещают призывы к санкциям, распространение фейков о российских вооружённых силах, их дискредитацию, а также призывы к «воспрепятствованию их использования». В тот же день законы одобрил Совет Федерации РФ, и уже вечером их подписал президент. Поправки вступили в силу со дня официального опубликования — 5 марта 2022 года. Состав преступления, предусмотренного новой ст. 207.3 УК РФ, сформулирован следующим образом: «Публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности, а равно содержащей данные об исполнении государственными органами Российской Федерации своих полномочий за пределами территории Российской Федерации в указанных целях». Мы полагаем, что эта статья противоречит как российской Конституции и международным обязательствам РФ, так и базовым принципам права. Согласно ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений, … имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения или иными способами по своему выбору». Ограничения пользования этими правами «должны быть установлены законом и являться необходимыми: для уважения прав и репутации других лиц; для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения». Аналогичные гарантии содержатся в ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей свободу мысли и слова. Ограничения этих свобод связаны с запретом пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, а также с государственной тайной. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Ограничения свободы выражения, установленные ст. 207.3 УК РФ, со всей очевидностью не служат тем целям, для достижения которых такие ограничения могли бы быть установлены. Важно отметить, что ограничение свободы выражения не предусмотрено законом даже в условиях военного положения, при котором, согласно пп. 5 и 15 п. 2 ст. 7 ФКЗ «О военном положении», допускается лишь введение «военной цензуры за почтовыми отправлениями и сообщениями, передаваемыми с помощью телекоммуникационных систем, контроля за телефонными переговорами» и «приостановление деятельности политических партий, других общественных и религиозных объединений, ведущих пропаганду и (или) агитацию, а равно иную деятельность, подрывающую в условиях военного положения оборону и безопасность Российской Федерации». Тем более нет оснований для подобных ограничений в ситуации, когда военное положение не введено. Не менее значимо то, что сами по себе формулировки статьи не позволяют заранее определить, какие высказывания являются правомерными, а какие запрещёнными. Гражданин не может заранее знать, какие его высказывания, какая информация могут быть сочтены в данном контексте ложными, подпадающими под действие этой нормы. На этот счёт Конституционный Суд РФ высказывал своё мнение в ряде правовых позиций. Согласно им неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П). Фактически нормы ст. 207.3 УК РФ позволяют преследовать за высказывание любого мнения о использовании Вооружённых Сил РФ и деятельности её государственных органов за границей. Суждения о том, имеют ли упомянутые в статье действия цели «защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности» или нет, по своей природе являются оценочными, то есть выражают мнение. Но даже и применительно к сведениям, т. е. высказываниям о фактах, в условиях ведения военных действий и конкуренции противоречивой информации из разных источников исключительно сложно судить об их правдивости или ложности. Тем более невозможно установление заведомости, т.е. умысла на распространение ложных сведений. Упомянутые органические дефекты ст. 207.3 УК РФ определяют её неправовой характер, вследствие которого даже ее добросовестное применение является недопустимым. Однако и сам факт срочного внесения указанной статьи в Уголовный кодекс немедленно после начала полномасштабной вооружённой агрессии против Украины, и сопровождавшая её рассмотрение и принятие риторика официальных лиц, и, главное, контекст её применения — ведущиеся боевые действия и сопутствующая им государственная военная пропаганда — исключают подобную добросовестность. В ситуации, когда единственными правдивыми сведениями и оценками объявляются сведения и оценки официальных российских источников, не только оправдывающих агрессивную войну и отрицающих многочисленные свидетельства гибели мирных жителей в результате российских ударов и военных преступлений, совершаемых российскими силами, но и запрещающих называть события, с любой точки зрения, являющиеся войной, словом «война», применение этой неправовой по своей природе статьи УК также имеет исключительно недобросовестный и неправовой характер. Основанием для уголовного преследования становятся как правомерные мнения, оценивающие войну и связанные с ней обстоятельства, так и утверждения о задокументированных и подтверждённых фактах. Квалифицирующие признаки части 2 этой статьи, предусматривающей ужесточение наказания вплоть до 10 лет лишения свободы, зачастую носят субъективный характер, так пункт «д» предусматривает наличие «мотива политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо мотива ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы». В современных условиях доказывание присутствия такого мотива сводится к простой декларации следствием его наличия. Вместе с тем, исходя из того, что любое выступление против войны само по себе является общественно полезным и не имеет вовсе никакой общественной опасности, ни один из квалифицирующих признаков, если он не образует самостоятельного состава преступления, не может рассматриваться как усиливающий общественную опасность деяния. Исходя из изложенного, Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает, что ст. 207.3 УК РФ носит антиправовой характер, создана для осуществления политических репрессий против критиков власти и должна быть отменена. Любые преследования по этой статье являются неправомерными и должны быть прекращены. Другие основания признания политзаключённой Анна Бажутова преследуется за «публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации» — ей вменяется в вину проведённый ею стрим, резко осуждающий поведение российских военных в Украине, в частности, в Буче. Свидетельства военных преступлений, совершённых в этом населённом пункте российскими военными, стали доступны мировой общественности после освобождения Бучи и прихода туда украинских военных и международных наблюдателей и СМИ. Сведения об этих преступлениях и ответственности за них России никак не могут считаться заведомо ложными, поскольку именно эта точка зрения принята всеми авторитетными международными организациями. Часть расследований убийств гражданского населения в Буче ещё не завершена, среди прочих масштабное расследование ведёт Управление Верховного комиссара ООН по правам человека. Однако в том, что ответственность за эти преступления лежит на российских военнослужащих, эксперты не сомневаются. Поскольку документы обвинения нам недоступны, мы не можем точно сказать, доказывается ли там ложность приведённой в стриме Бажутовой информации и свидетельств, и если да, то каким образом. Но можно опереться на аналогичные случаи, в которых истинность сведений никак не обсуждается, а указывается лишь, что информация не соответствует официальной позиции Министерства обороны и формирует негативную оценку действий ВС РФ. Отсылка к этому есть и в постановлении о заключении Бажутовой под стражу: «причинила существенный ущерб публичным интересам Российской Федерации, злонамеренно способствуя нарастанию социально-политической напряженности в условиях проведения специальной военной операции по поддержанию международного мира и безопасности». То есть основной претензией правоохранительных органов к Бажутовой является не ложность информации, а то, что своими стримами она способствовала нарастанию социально-политической напряжённости. Выступления против войны и привлечение внимания общества к военным преступлениям сами по себе не могут быть расценены как преступления и являются, напротив, общественно полезными деяниями в соответствии с духом и принципами права. Поэтому размещение Анной Бажутовой стрима со вполне естественной эмоциональной реакцией на последствия действий ВС РФ не может и не должно являться причиной её уголовного преследования и тем более помещения под стражу. Также следует обратить внимание и на фразу из постановления о заключении под стражу, согласно которой Бажутова проверяется на причастность к «совершению иных преступлений аналогичной категории». Очевидно, это означает, что следствие будет стараться найти в её публикациях в соцсетях основания для обвинения по как можно большему числу эпизодов и, возможно, дополнительно по другим уголовным статьям. Дело против Анны Бажутовой является частью череды уголовных дел против тех, кто открыто высказывается против войны. В настоящее время независимому правозащитному проекту «Поддержка политзаключённых. Мемориал» известно о более чем 40 случаях неправомерного лишения свободы только по ч. 2 ст. 207.3 УК РФ.Всего же известно о преследовании около 700 человек за антивоенную позицию. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу тематической Программы ликвидированного государством ПЦ «Мемориал», согласно Международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело по ст. 207.3 УК РФ против Анны Бажутовой является политически мотивированным, направленным на недобровольное прекращение или изменение характера публичной деятельности критиков власти, а также устрашение общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий, а лишение свободы было применено к ней в нарушение права на свободу выражения, на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. Более того, мы считаем, что преследование людей за их антивоенную позицию связано исключительно с их политическими взглядами и осуществлением ими свободы высказывания. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Анну Бажутову политической заключённой и требует её немедленного освобождения и прекращения её уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Публикации в СМИ: Суд в Москве арестовал стримершу Анну Бажутову по делу о военных «фейках». Медиазона. «Антивоенное дело»: гид ОВД-Инфо. ОВД-Инфо. Twitch-стримершу YokoBovich арестовали по делу о фейках о ВС РФ. Девушка обвинила российских военных в убийствах в Буче, ее начали травить Z-паблики. Осторожно, новости. Стримершу YokoBovich арестовали по делу о военных «фейках». Она рассказывала об убийствах жителей Бучи — «Осторожно, новости». The Insider. Дата обновления справки: 12.09.2023 г.