Oksana Bagirova, a hairdresser and former candidate for the Komi State Council, was sentenced to 6 years in prison for public calls for terrorist activities online. The charges stem from a repost and a comment on social media expressing support for Ukraine.

Багирова Оксана Рафиковна родилась 11 февраля 1975 года, гражданка России, жительница Ухты (Республика Коми), парикмахер, в 2025 году была кандидатом в депутаты Госсовета Коми от партии КПРФ. 16 марта 2026 года приговорена по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма, совершённые с использованием сети “Интернет”») к 6 годам лишения свободы в колонии общего режима. Лишена свободы с 19 сентября 2025 года. Полное описание В 2022 и предположительно в 2024 году Оксана Багирова подвергалась преследованию по административным статьям за свою общественную, в первую очередь антивоенную позицию. В сентябре 2025 года она баллотировалась в Госсовет Коми от КПРФ и заняла второе место в округе, уступив кандидату от «Единой России» Владимиру Блохину. Через несколько дней, 19 сентября 2025 года, СМИ сообщили о возбуждении против неё уголовного дела. Провластный Telegram-канал назвал женщину сторонницей депутата Госдумы Олега Михайлова из Ухты и сообщил о её принадлежности к «движению ЛГБТ». Видео с задержанием женщины распространили силовики через пропагандистские каналы.  Основанием для возбуждения дела стали два эпизода. По версии следствия, в сентябре 2022 года Багирова на своей закрытой странице в VK опубликовала пост, доступный примерно для 600 друзей. Это был перепост из Telegram-канала «Колокол XXI» об успешном контрнаступлении ВСУ в Харьковской области. Специалист управления ФСБ по Коми увидел призыв к убийству тогдашнего министра оборона Сергея Шойгу в следующем фрагменте оригинального поста: «Среднестатистическая вата тысячами прозревает, мол, Стрелков был прав, в Кремле предатели, Шойгу на виселицу, нужно менять политическое руководство».  Второй вменённый Багировой эпизод связан с её комментарием в Telegram-канале «Честная депутатка» под новостью об операции «Паутина», в ходе которой украинские дроны атаковали на территории России несколько военных аэродромов. «Эпично! Как россиянка — восхищена! Слава Украине», — написала Багирова. В настоящий момент комментарий не доступен. По мнению следователя К. Назарова, женщина, комментируя операцию «Паутина», предвидела «неизбежность наступления общественно опасных последствий и желала их наступления». Обвинение утверждает, что Багирова в социальной сети и мессенджере опубликовала, таким образом, текстовые записи и комментарий, содержащие призывы к осуществлению террористической деятельности, а также оправдывающие таковую. 20 сентября 2025 года Сыктывкарский городской суд по ходатайству ФСБ отправил Оксану Багирову в СИЗО. Впоследствии арест продлевался. 19 января 2026 года уголовное дело поступило в суд. 4 марта 2026 года судья 1-го Западного окружного военного суда в Петербурге Кислов Дмитрий Николаевич начал рассматривать уголовное дело по существу. В суде Багирова подтвердила факт публикации поста и комментариев, но вину не признала. Она заявила в суде, что её страницу в VK заблокировали по решению Генпрокуратуры ещё в мае 2022 года, и доступ к ней был возможен только через VPN и только для друзей. По её словам, страницу она использует как хранилище для фото, видео и личных размышлений. Пост пост про казнь Шойгу, как сообщила Багирова, был скопирован из Telegram-канала «Колокол XXI». Она опубликовала его потому, что в тексте содержалось предположение о том, что война к концу 2022 года закончится или начнёт затихать. Багирова пояснила, что хотела позже вернуться к публикации и проверить эти прогнозы. Багирова напомнила, что на момент публикации операцию «Паутина» ещё не объявили терактом. Она призналась, что выразила восхищение, но удивлена, что её будут судить за выражение эмоций. Своё дело Багирова назвала «квинтэссенцией абсурда» и сравнила с сюжетом книги Джорджа Оруэлла «1984». «СВО — это не операция, это война», — сказала женщина и выразила желание, чтобы с войны вернулись «наши пацаны». В суде была допрошена Инга Колеватова. Она рассказала, что была вызвана на допрос из-за лайка под постом Багировой. Лично с подсудимой она знакома не была. По её словам, она поставила лайк, потому что в посте упоминалась Харьковская область, а остальной текст она не читала. В заседании 4 марта также допросили по характеристике личности дочь Багировой Анну Теплых. Во время допроса она плакала и в конце попросила суд отпустить её мать. Прокурор Денис Ожиндовский просил приговорить Багирову к 6 годам колонии. В последнем слове Оксана Багирова назвала уголовное дело сфабрикованным: «И всё это в государстве, которое позиционирует себя как гуманное и справедливое, идёт в соседнюю страну освобождать её народ от гнёта режима! И ровно в это же время своих граждан, женщин кидает за решетку, под каким-то совершенно надуманным предлогом». Багирова также рассказала, что её «буквально заваливают письмами неравнодушные люди». Последнее слово она завершила словами: «Из меня сделали преступника, якобы посягнувшего на жизнь одного из представителей этой власти, ведь их жизнь и благополучие важнее жизни нас, простых смертных. Я простая женщина, парикмахер из провинции, из далёкого северного, маленького городка. Вот где Шойгу? И где я? И кто из нас двоих не защищён в этой жизни? Это скорее всего вопрос риторический». 16 марта 2026 года судья 1-го Западного окружного военного суда в Петербурге Кислов Дмитрий Николаевич приговорил Оксану Багирову к 6 годам лишения свободы в колонии общего режима. После оглашения приговора Багирова заявила: «Вы звери, господа, вы звери». Защиту Оксаны Багировой осуществляют адвокаты Можегов Владимир Владимирович и Коснырев Владислав Владимирович. 1 октября 2025 года Оксана Багирова была включена в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга с отметкой о террористической деятельности. Основания признания политзаключённой Преследование по ст. 205.2 УК РФ, по которой привлечена к ответственности Оксана Багирова, часто используется властью не для защиты прав и свобод человека, общественного порядка и безопасности, основ конституционного строя от преступных посягательств, а также предупреждения преступлений, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою точку зрения, отличную от официальной. Кроме того, сотрудники ФСБ целенаправленно ищут в социальных сетях посты для возбуждения новых уголовных дел по статье «об оправдании терроризма» или о «террористических призывах» с целью имитации работы и улучшения своих служебных показателей.  Сложившаяся практика применения ст. 205.2 УК РФ, на наш взгляд, имеет явный обвинительный уклон и требует пересмотра. Как ранее отмечалось в докладе «Протеррористические высказывания» Правозащитного центра «Мемориал», входящего в цикл обзоров «Уголовные преследования за терроризм в России и злоупотребления со стороны государства», «нынешняя практика применения ст. 205.2 УК РФ, в целом, демонстрирует крайне опасные репрессивные тенденции. <…> Ужесточается как уголовное законодательство (минимальный тюремный срок за поддержку терроризма в интернете составляет 5 лет), так и правоприменительная практика (в подавляющем большинстве случаев обвиняемые получают реальный срок). Во многих случаях для таких уголовных дел характерен формальный подход и заметная несоразмерность наказания реальной опасности, а иногда преследование может быть местью за политические взгляды или общественно-политическую активность». Оксане Багировой вменяются как оправдание терроризма, так и призыв к террористической деятельности. Оправдание вменяется за эпизод с выражением восхищения украинской военно-диверсионной операцией «Паутина». «Эпично! Как россиянка восхищена! Слава Украине», — написала женщина в комментарии. Согласно Примечанию 1 к ст. 205.2 УК РФ, «под публичным оправданием терроризма понимается публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании. При этом под идеологией и практикой терроризма понимается идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий».  Военно-диверсионная операция «Паутина» была проведена Украиной в рамках двусторонних военных действий 1 июня 2025 года, её целями стали российские военные аэродромы и самолёты, с которых осуществляются атаки на украинские города. Были атакованы авиабазы Белая (Иркутская область), Оленья (Мурманская), Дягилево (Рязанская) и аэродром Иваново-Северный (Ивановская область). В назначенное время на небольшом расстоянии от целей припарковали фуры с каркасными домами, под крышами которых (крыши были раздвижными и открывались дистанционно) были спрятаны беспилотники, вылетевшие из машин и атаковавшие самолёты на аэродромах. В списке целей была также авиабаза Украинка в Амурской области, но грузовик с дронами взорвался по дороге. Ответственность за проведение операции взяла на себя Служба безопасности Украины. В тот же день президент Украины Владимир Зеленский прокомментировал операцию, назвав её результат «абсолютно блестящим» и подчеркнув, что подготовка к ней длилась более полутора лет. По его словам, операция стала «самой дальнобойной» среди проведённых Украиной за всё время войны, и в ней участвовало 117 FPV-дронов и столько же операторов дронов. В вечернем обращении 1 июня 2025 года Зеленский выразил благодарность Службе безопасности Украины, а также всем, кто был задействован в проведении операции. Из этого следует, что инициаторами и организаторами атаки были не террористы, а украинские разведчики и военнослужащие, чьи действия не могут быть сочтены террористическими, поскольку они преследовали цели не устрашения населения, а ослабления противника и получения военного преимущества. Норма 8 авторитетной компиляции норм Международного гуманитарного права, выполненной специалистами Международного Красного креста (МККК), указывает, что военные объекты — это такие объекты, которые «вносят эффективный вклад в военные действия, и полное или частичное разрушение, захват или нейтрализация которых при существующих в данный момент обстоятельствах даёт явное военное преимущество». Таким образом, нанесение удара по военному объекту с точки зрения международного права можно считать легитимным, и операция «Паутина» являлась не терроризмом, а военной операцией Украины на территории России: объекты, подвергшиеся атаке, являлись законными военными целями; их уничтожение было обоснованным с точки зрения достижения конкретного военного преимущества. Кроме того, стоит подчеркнуть правомерность действий Украины в принципе как государства, обороняющегося от агрессии. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Стоит отметить, что на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Так, они прямо утверждают: «Действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, как эти термины понимаются в международном гуманитарном праве, которые регулируются этим правом, не регулируются настоящей Конвенцией, как и не регулируются ею действия, предпринимаемые вооружёнными силами государства в целях осуществления их официальных функций, поскольку они регулируются другими нормами международного права». Подобные положения закреплены, например, в Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4).  Вопреки положениям международного права, представленным выше, в России из политических и пропагандистских соображений по факту происшедшего было возбуждено дело о теракте. Мы же полагаем, что атаку на российские аэродромы можно расценивать как диверсию: диверсия и террористический акт различаются целью осуществления деяния. Если террористический акт имеет своей целью дестабилизацию деятельности органов власти или международных организаций либо воздействие на принятие ими решений, то в случае диверсии целью является подрыв экономической безопасности и (или) обороноспособности страны.  Статья об оправдании диверсии в УК РФ на сегодняшний день отсутствует. Вследствие этого, на наш взгляд Багирова не может быть привлечена к ответственности за размещение приведённого выше комментария, так как в её действиях отсутствует состав преступления. Кроме того, как указала в суде сама Багирова, она оставила комментарий об операции «Паутина» по горячим следам, когда ещё не было известно о том, что заведено уголовное дело по статье о теракте. Второй эпизод по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ, о призывах к терроризму, вменяемый Оксане Багировой — репост на свою страницу чужого сообщения. Как было указано выше, призыв к убийству государственного деятеля, тогдашнего министра обороны Шойгу, силовики увидели в высказывании: «Среднестатистическая вата тысячами прозревает, мол, Стрелков был прав, в Кремле предатели, Шойгу на виселицу, нужно менять политическое руководство». Следует обратить внимание на то, что, во-первых, это высказывание о виселице для Шойгу являлось репостом, то есть не собственным призывом самой Багировой. Во-вторых, что ещё более важно, это фраза не является прямым высказыванием непосредственного автора текста. По сути это допуск, предположением автора о том, что происходит в головах у некой прозревающей «ваты», которая в тексте не конкретизирована. При этом само отношение автора (а вслед за ним и Оксаны Багировой) в тексте не выражено. В связи с этим мы полагаем, что уже хотя бы по этому обвинение по ст. 205.2 УК РФ очевидным образом несостоятельно. В то же время, необходимо добавить, что высказывание о повешении относится к риторическим, используемым для выражения крайне негативного отношения к кому-либо. Отдельно стоит отметить, что повешение, в отличие от, например, убийства посредством использования огнестрельного оружия или взрывчатых веществ, никак не могут осуществить частные лица и их объединения в отношении одного из первых должностных лиц государства. Такой способ лишения жизни использовался в качестве казни, то есть представляет собой исполнение некоего легитимного приговора, и таким образом не может считаться преступлением, предусмотренным ст. 277 УК РФ (как это, очевидно, интерпретирует следствие, вменившее Багировой ст. 205.2 УК РФ). В частности, именно к такой казни были приговорены Нюрнбергским трибуналом одиннадцать видных представителей руководства нацистской Германии.  Мы не одобряем применение смертной казни в современном мире, но в процитированном высказывании, перепощенным Багировой, нет ни призыва к бессудной казни Шойгу террористами, ни даже реального требования возвратить казнь через повешение по приговору трибунала. Нам представляется, что в тексте даётся лишь символическая оценка действиям человека, лично ответственного за развязывание кровопролитной войны, как военного преступника, который должен быть осуждён, как и руководители Третьего Рейха. К тому же речь идёт об предположительной оценке неких иных лиц. Мы выступаем против расширительного толкования как понятия «оправдание терроризма», так «призывов» к нему и искусственной криминализации действий в том числе и Багировой. Применение этой статьи позволяет ФСБ держать общество в страхе. К сожалению, современные российские суды в подавляющем большинстве случаев, идя навстречу политической конъюнктуре, соглашаются с позицией следствия, наказывая обвиняемых за совершённые ими действия, в которых на самом деле нет состава преступления. Поэтому силовики продолжают искать и находить в Интернете резкие высказывания пользователей и возбуждать новые и новые уголовные дела по ст. 205.2 УК РФ.  Одной из жертв этой «охоты» стала, по всей видимости, Оксана Багирова. Внимание силовиков к женщине могла привлечь её политическая активность.Ранее она уже подвергалась преследованию в связи со своей антивоенной позицией. 25 апреля 2022 года судья Ухтинского городского суда Республики Коми Никулин Михаил Олегович оштрафовал Оксану Багирову на 30 тысяч рублей по ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ («Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооружённых Сил РФ в целях защиты интересов РФ и её граждан, поддержания международного мира и безопасности, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния»). Основанием стало выступление женщины «на мероприятии, приуроченном ко Дню единения народов Беларуси и России», где она «со сцены выступила перед собравшимися с речью, направленной на дискредитацию использования Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности». Багирова вину в совершении правонарушения не признала, указывая, что свободно выражала своё мнение и требований закона не преступала. Защитник Багировой отметил, что привлечением к административной ответственности будет нарушено право Багировой свободно выражать свои мысли без цензуры. Он добавил, что в её действиях отсутствует состав правонарушения, так как выступление не содержало запрещенной информации. Однако эти доводы не убедили судью Никулина. В тот же день он рассмотрел ещё одно административное дело в отношении Багировой по этой же статье. Основанием стал её комментарий в VK со ссылкой на текст «с началом: “Провал глазами…”, завершающийся словами: “… российский офицер”». В этом комментарии суд увидел «информацию, пропагандирующую отрицание использования Вооружённых Сил Российской Федерации и принижающую её значимость в борьбе за защиту интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности». Свою вину Багирова вновь не признала, а её защитник повторил тезисы о недопустимости цензуры. Никулин ещё раз оштрафовал Багирову на 30 тысяч рублей. Известно об ещё одном преследовани Багировой по административной статье. 3 июля 2024 года судья того же Ухтинского городского суда Костич Светлана Фёдоровна рассмотрела административные материалы в отношении Оксаны Багировой по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ («Неповиновение законному требованию сотрудника полиции»). Из постановления суда следует, что, согласно рапорту полицейского, Багирова, «находясь в общественном месте в здании ОМВД России по г. Ухта <…> схватила изъятый у неё мобильный телефон и самостоятельно покинула кабинет №65 ОМВД России по г. Ухта, вышла в коридор Отдела Дознания, в связи с чем ей было предъявлено законное требование зайти обратно в кабинет и передать обратно ранее изъятый у неё мобильный телефон, однако Багирова законные требования не выполнила, предприняла попытку порчи (удаления) данных в телефоне. В связи с изложенным в отношении неё была применена физическая сила». Судья Костич арестовала женщину на 5 суток. В связи с чем Багирова находилась тогда в отделении полиции, неизвестно, однако можно предположить, что она, как и в 2022 году, была задержана за выражение своей позиции, а обвинение по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ было надуманным.Багирова участвовала в выборах в Госсовет в сентябре 2025 года и заняла второе место в своем округе (с результатом 16,3 % голосов), уступив лидерство кандидату от «Единой России». В ходе избирательной кампании Багирова обещала добиваться модернизации медицинских учреждений, ускорения темпов расселения аварийного жилья, выступала за выплату компенсаций жителям экологически неблагополучных населенных пунктов. По некоторым сведениям, до КПРФ активистка сотрудничала с партиями «Яблоко» и «Парнас».Очевидно, главной причиной преследования активистки стала её последовательная и активная гражданская позиция, которую она продолжила выражать публично несмотря на противодействие со стороны властей.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Оксаны Багировой является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т. е. на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к ней в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Оксану Багирову политической заключённой и требует её немедленного освобождения и прекращения её уголовного преследования.  Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Публикации в СМИ 19 сентября 2025 года. ОВД-инфо. В Ухте завели дело об оправдании терроризма против экс-кандидатки в парламент Коми Оксаны Багировой  10 февраля 2026 года. Фонтанка. В Петербурге начали судить экс-кандидата в Госсовет Коми. Её арестовали после выборов 16 марта 2026 года. Медиазона. Экс‑кандидатке в депутаты Коми запросили 6 лет за посты про окончание войны и операцию «Паутина» 16 марта 2026 года. Медиазона. Экс‑кандидатку в депутаты Коми приговорили к 6 годам за посты про окончание войны и операцию «Паутина» Дата обновления справки: 01.04.2026 г.