Osman Kadyrov, a Crimean Tatar and former village head, was sentenced to 5 years in prison for allegedly participating in the Crimean-Tatar Volunteer Battalion named after Noman Chelebidzhikhan. He was accused of providing food to the battalion between 2016 and 2022.

Кадыров Осман Рефатович родился 4 июня 1963 года, гражданин России, житель села Яркое Поле в Крыму. Пенсионер, в течение многих лет до 2015 года — глава села Яркое Поле, инвалид II группы, женат. 1 июня 2023 года приговорён по ч. 2 ст. 208 УК РФ («Участие на территории иностранного государства в вооружённом формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации») к 2 годам колонии общего режима. 17 августа 2023 года апелляционный суд увеличил наказание до 5 лет лишения свободы в колонии общего режима с отбыванием первого года в тюрьме. Лишён свободы с 19 января 2023 года, до приговора находился под домашним арестом. Полное описание Осман Кадыров был задержан 19 января 2023 года и на следующий день отправлен под домашний арест. Согласно приговору суда, в 2016 году Осман Кадыров «по мотивам политической вражды по отношению к Российской Федерации и факту вхождения в её состав Республики Крым добровольно прибыл в расположенный вблизи населённого пункта Чонгар Украины лагерь незаконного вооружённого формирования “Крымско-татарский добровольческий батальон имени Номана Челебиджихана”». Там Осман Кадыров, «осуществляя передачу продуктов питания участникам НВФ, добровольно вступил в его состав, который имел военную организацию, а на вооружении своих членов — различные виды огнестрельного и иного оружия. После чего, с января 2016 года по май 2022 года, принимал активное участие в его деятельности, выполнял функциональные обязанности по обеспечению деятельности участников указанного НВФ, обеспечивая его участников различными продуктами питания». В суде первой инстанции Кадыров свою вину признал. В соответствии с его показаниями, он периодически помогал участникам Батальона продуктами питания, в чём раскаивается.  1 июня 2023 года судья подконтрольного РФ Кировского районного суда Крыма Дегтярёв Игорь Александрович приговорил Османа Кадырова к 2 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии общего режима. Обвинение представлял прокурор Пряхин Александр Викторович. В суде против обвиняемого свидетельствовали трое якобы бывших члена Батальона: «серийный свидетель» Зайтуллаев Сеит-Ибрам Эскендерович, выступивший в такой роли уже в десятке уголовных дел, а также два засекреченных свидетеля, чьи имена скрыты из материалов дела и приговора. Эти же свидетели в ходе оперативно-розыскного мероприятия «отождествление личности» опознали Кадырова как участника Батальона. Вынося приговор, судья принял во внимание «фактические обстоятельства совершённого преступления, а именно, роль и участие подсудимого в деятельности НВФ, в частности передача им только продуктов питания в незначительном размере переносимой ручной кладью, отсутствия доказательств личного участия осуждённого в отдельных противоправных по отношению к России со стороны НВФ мероприятиях» и счёл, что «степень общественной опасности преступления со стороны подсудимого свидетельствует о меньшей степени тяжести преступления и позволяет применить положения части 6 статьи 15 УК РФ, изменив категорию преступления на менее тяжкую, то есть на тяжкое преступление». 17 августа 2023 года судья подконтрольного РФ Верховного суда Крыма Чернецкая Валерия Валериевна рассмотрела апелляционную жалобу прокуратуры и ужесточила приговор. Наказание было увеличено до 5 лет лишения свободы, с отбыванием первого года в тюрьме и оставшегося срока в исправительной колонии общего режима. Обвинение представлял прокурор Туренко А. А. 16 мая 2024 года судья Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции Лоншаков Герман Николаевич рассмотрел кассационную жалобу Кадырова и оставил решение суда апелляционной инстанции без изменения, а жалобу — без удовлетворения. 27 января 2023 года Росфинмониторинг включил Османа Кадырова в перечень террористов и экстремистов. Основания признания политзаключённым Контекст появления уголовного дела Дело Османа Кадырова — очередное в потоке дел, возбуждаемых по ч. 2 ст. 208 УК РФ против граждан, якобы причастных к деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана. Нам известно о более чем тридцати обвинительных приговорах реальным или мнимым участникам этого добровольческого объединения, по которым осуждённые уже находятся в местах лишения свободы. Сколько дел возбуждено против участников блокады, находящихся в настоящий момент на подконтрольной Украине территории, сказать сложно. Однако периодически появляются сообщения об обысках на оккупированных территориях у родственников граждан Украины по уголовным делам, возбуждённым по указанной статье, а также о том, что суды в Крыму выносят по ней заочные обвинительные приговоры. Подавляющее большинство арестованных и осуждённых по делам, связанным с деятельностью Батальона имени Номана Челебиджихана, — крымские татары. По версии российского ФСБ, члены этого объединения принимали участие в так называемой гражданской продовольственной блокаде Крыма, которая была организована в конце 2015 года на образовавшейся после оккупации полуострова границе между ним и материковой частью территории Украины. Кроме того, в приговоре Осману Кадырову суд без ссылок на какие-либо источники утверждает, что Батальон владеет различными видами оружия и его целью является «насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, в том числе путём осуществления вооружённой борьбы, направленной на отторжение Республики Крым из состава Российской Федерации». В качестве единственного примера такой деятельности суд приводит подрыв его членами опор линий электропередач, идущих в Крым из других регионов Украины (об этом эпизоде будет подробнее рассказано ниже). В сентябре 2015 года народный депутат Украины Мустафа Джемилев, председатель Меджлиса крымскотатарского народа, народный депутат Украины Рефат Чубаров и вице-президент Всемирного конгресса крымских татар предприниматель Ленур Ислямов на пресс-конференции в Киеве объявили о старте инициативы по организации гражданской блокады Крыма и выдвинули политические требования к властям Российской Федерации. Среди этих требований было освобождение украинских и крымскотатарских активистов, задержанных российскими властями, таких как Надежда Савченко, Олег Сенцов, Ахтем Чийгоз, Мустафа Дегерменджи и других, прекращение преследования крымских татар, создание свободных условий для работы в Крыму украинских СМИ и иностранных журналистов, а также снятие запрета на въезд в Крым для лидеров крымскотатарского народа. Одновременно Ленур Ислямов заявил о создании Батальона имени Номана Челебиджихана. Конечной целью этого добровольческого объединения, по словам Ислямова, было участие в освобождении Крыма от российских захватчиков. Однако на начальном этапе участники Батальона активно включились в прямые действия на границе с Крымом по обеспечению продовольственной блокады.  Эта блокада началась как гражданская инициатива и представляла собой действия активистов по недопущению грузового транспорта для пересечения образовавшейся после захвата полуострова «границы» и торговли с предприятиями в оккупированном Крыму. Однако уже 23 ноября 2015 года президент Украины Пётр Порошенко обратился к правительству страны с предложением изучить вопрос о прекращении грузового транспортного сообщения и товарооборота с Крымом. В тот же день премьер-министр Украины Арсений Яценюк созвал внеочередное заседание правительства, на котором рассматривались вопросы энергообеспечения, а также поставок продовольствия в Крым, и в итоге правительство Украины временно запретило перемещение грузовых потоков через границу с Крымом. 16 декабря 2015 года правительство Украины приняло решение о запрете поставок работ, товаров и услуг в Крым и из Крыма. Действие постановления не распространялось на поставку из Крыма в Украину товаров, имеющих стратегическое значение для отраслей экономики и безопасности государства, при подтверждении Министерства экономического развития и торговли, а также на ввоз в Крым гуманитарной помощи, поставляемой международными гуманитарными организациями в соответствии с перечнем, утверждённым Министерством социальной политики. Соответственно, блокада Крыма как гражданская инициатива осуществлялась непродолжительный период времени с сентября по декабрь 2015 года, после чего ситуация и правила пересечения границы уже регулировались властями Украины. Батальон имени Номана Челебиджихана получил известность именно благодаря своему активному участию в блокаде Крыма на этом первом этапе. При этом позднее участники Батальона (а точнее — созданного на его основе и официально зарегистрированного Общественного объединения «Аскер») осуществляли совместное с Погранслужбой Украины патрулирование границы и пунктов пропуска. Базировался Батальон на границе материковой Украины с Крымом в посёлке Чонгар. Некоторые источники, прежде всего российские, указывают, что на начало 2016 года в нём насчитывалось до 250 участников, он принимал участие в диверсионных действиях в Донбассе, а содействие ему оказывали власти Турции. Однако каких-либо доказательств достоверности этой информации на данный момент нет, как нет и достойной доверия информации о вооружении участников объединения (в том числе мы не считаем убедительным голословное утверждение об этом вооружении, содержащееся в приговоре Осману Кадырову). Вообще упоминания о деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана после окончания гражданской блокады Крыма практически отсутствуют. Таким образом, насколько можно судить на основании более или менее подтверждённой информации, Батальон имени Номана Челебиджихана — это не столько вооружённое формирование, сколько, по сути, общественное объединение (вероятно, парамилитарного характера), которое в течение короткого времени действовало на границе с Крымом — самостоятельно, однако с ведома государственных властей Украины и во взаимодействии с ними. Позднее оно было зарегистрировано как Общественное объединение «Аскер».При этом 1 июня 2022 года Верховный суд РФ удовлетворил иск Генеральной прокуратуры о признании «Крымскотатарского добровольческого батальона им. Номана Челебиджихана» террористической организацией и запрете его деятельности на территории РФ.В ноябре 2023 года Рефат Чубаров сообщил, что «на базе роты имени Номана Челебиджихана, бойцы которой закалились в боях под Бахмутом, формируется особый штурмовой батальон». Новое подразделение в течение некоторого времени носило название 48-й отдельный штурмовой батальон им. Номана Челебиджихана и входило в состав Сил территориальной обороны. Позднее оно было переведено в состав Сухопутных войск ВСУ. Весной 2025 года подразделение получило новый номер, по состоянию на июнь 2025 года это 426-й отдельный стрелковый батальон. На сайте подразделения больше не упоминается ни имя Номана Челебиджихана, ни крымские татары, изменена также эмблема подразделения. Несмотря на то, что у истоков как военного подразделения ВСУ, так и одноимённого общественного объединения стоял Ленур Ислямов, между ними нет тождества. В отличие от подразделения ВСУ, Батальон имени Номана Челебиджихана, действовавший в 2015-2016 годах на административной границе с Крымом, по сути представлял собой отдельное общественное объединение, не являвшееся частью государственных структур. Он не являлся официальным воинским формированием и не входил в состав ВСУ. Тем самым, достоверных оснований считать их одной и той же структурой не имеется. Обвинения, выдвинутые в отношении Османа Кадырова, касаются участия в деятельности именно общественного объединения, а не вооружённого подразделения ВСУ. Большинство известных нам лиц, преследуемых по ч. 2 ст. 208 УК РФ за участие в деятельности этого объединения, обвиняются исключительно в том, что они находились в месте расположения Батальона на границе с Крымом в 2016 или 2017 годах, выполняли хозяйственные задачи, охрану, досмотр транспортных средств, осуществляли снабжение и строили жильё. Насколько нам известно, никто из них не обвиняется в участии в реальных боевых действиях или диверсиях, за исключением основателя этого образования Ленура Ислямова, который 10 декабря 2020 года был заочно приговорён Верховным судом Крыма к 19 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Ислямова обвинили в создании вооружённого формирования, не предусмотренного законом (ч. 1 ст. 208 УК РФ), в совершении диверсии организованной группой с причинением значительного имущественного ущерба (п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 281 УК РФ), а также в шести эпизодах публичных призывов к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности России с использованием средств массовой информации (ч. 2 ст. 280.1 УК РФ). Диверсия, в осуществлении которой был признан виновным Ислямов, заключалась в подрыве линий электроснабжения, в результате которой была приостановлена подача электричества в Крым. Эта диверсия — единственный пример якобы противоправной деятельности Батальона и его попыток «насильственного изменения основ конституционного строя и нарушения целостности Российской Федерации, в том числе путём осуществления вооружённой борьбы», направленной на отторжение «из состава Российской Федерации» аннексированного Крыма.  Таким образом, в распоряжении российских властей отсутствуют надлежащие доказательства того, что Батальон как организация участвовал в диверсиях или вооружённой борьбе. Единственное судебное решение, в котором такие действия фигурируют, — это приговор Ислямову, вынесенный в условиях отсутствия независимости и прозрачности судом, учреждённым на территории незаконно аннексированного Крыма. При этом, согласно принципу индивидуальной уголовной ответственности, сам факт осуждения Ислямова не может служить основанием для автоматического обвинения всех бывших участников Батальона в аналогичных действиях. Более того, в российских источниках практически нет упоминаний о какой-либо активности Батальона после завершения гражданской блокады Крыма в конце 2015 года. Необоснованность применения ст. 208 УК РФ к участникам Батальона имени Номана Челебиджихана Мы заявляем о недопустимости применения ст. 208 УК РФ ко всем участникам так называемого Батальона имени Номана Челебиджихана в целом. В приговоре Осману Кадырову указывается, что Батальон не входит в структуру Министерства обороны, Министерства внутренних дел или Национальной гвардии Украины и не имеет правовых оснований функционирования на территории страны. Однако мы считаем, что, несмотря на то, что создание Батальона не было закреплено законодательно, а добровольческому объединению не был присвоен номер воинской части, его деятельность в Украине нельзя считать нелегальной, поскольку государство, будучи на протяжении длительного времени осведомлённым о наличии этого объединения и его активной деятельности, не предпринимало никаких мер к её прекращению. В любом случае, оформление статуса добровольческого батальона, действующего на территории Украины, является внутренним делом этого государства. Смысл ст. 208 УК РФ предполагает наказание за участие в антигосударственном вооружённом формировании, действующем вопреки законодательству того государства, на территории которого оно образовано. Это очевидно не применимо к деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана, чья деятельность не только не пресекалась украинским государством, но и имела ярко выраженную проукраинскую и патриотическую окраску. Следствие не предоставило никаких доказательств нарушения законодательства Украины при создании и деятельности Батальона.Также стоит критически отнестись к тому, что, по утверждению следствия, деятельность Батальона имени Номана Челебиджихана имела цели, противоречащие интересам Российской Федерации. С нашей точки зрения, аннексия Крыма, а также прямое вооружённое вмешательство России в конфликт на востоке Украины, очевидно противоречащие международному законодательству и обязательствам России, повлекли прямые негативные последствия для многих сфер жизни страны. Следствием агрессивных действий, предпринятых руководством Российской Федерации по отношению к Украине, стали многочисленные человеческие жертвы, военные преступления, преступления против личности и собственности на оккупированных территориях. Долговременные негативные последствия преступных решений руководства РФ, связанные с вооружённой агрессией против Украины начиная с 2014 года, позволяют охарактеризовать именно эти действия как противоречащие интересам Российской Федерации. В то же время, меры по противодействию агрессивной внешней политике нынешнего руководства Российской Федерации можно расценивать как направленные на её благо. Кроме того, утверждение суда в приговоре Кадырову о том, что целью Батальона являлось «насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение территориальной целостности Российской Федерации, в том числе путём осуществления вооружённой борьбы, направленной на отторжение Республики Крым из состава Российской Федерации», представляется абсурдным и юридически несостоятельным. Согласно международному праву, Крым является оккупированной территорией Украины, а не частью Российской Федерации. Таким образом, никакие действия, направленные на прекращение оккупации и восстановление контроля Украины над своей территорией, не могут рассматриваться как посягательство на территориальную целостность России, поскольку речь идёт не об «отторжении» её региона, а о восстановлении международно признанных границ Украины. Следовательно, попытка квалифицировать деятельность Батальона как незаконную только на этом основании не выдерживает критики. Кроме того, необходимо учитывать тот факт, что Батальон имени Номана Челебиджихана был образован крымскими татарами для защиты права жить на своей исторической родине в том государстве, гражданами которого они в большинстве своём являлись. Все предпринимаемые ими для этого действия, во-первых, имели своей целью защиту прав, гарантированных Конституцией Украины, а во-вторых, совершались на территории Украины и имели последствия также для территории Украины — Крыма, но никак не России.  Доказательства причастности Кадырова к Батальону имени Номана Челебиджихана Наш опыт анализа подобного рода дел свидетельствует об общем низком уровне доказывания обвинений в участии в Батальоне имени Номана Челебиджихана. Зачастую основными доказательствами становятся показания «серийных» и засекреченных свидетелей, дающих их под копирку, сомнительные опознания и ролики из Интернета, на которых до сих пор не обнаруживался ни один из осуждённых. Пример такого рода уголовного дела, о котором известно немного больше, — дело Ленура Халилова. Ознакомиться с этим уголовным делом, как и с другими делами по обвинению в участии в Батальоне имени Номана Челебиджихана, можно на нашем сайте. С нарастанием волны арестов и приговоров свидетельствовать друг против друга всё чаще стали односельчане или родственники, задержанные на новых оккупированных территориях или в Крыму.  Такая же ситуация фактической недоказанности обвинений имеет место и в деле Османа Кадырова. Его обвинили в том, что с января 2016 года по май 2022 года он несколько раз приезжал в Батальон и привозил его участникам продукты питания. При вынесении приговора суд опирался на признательные показания обвиняемого, а также трёх свидетелей, двое из которых засекречены. Сам Кадыров рассказал суду, что «с начала 2016 года по март 2020 года он периодически выезжал на территорию Украины, через пункт пропуска Чонгар, с целью приобретения нужных лекарств. <…> Когда он возвращался на территорию России в Крым, то он каждый раз приобретал продукты питания (крупы, сахар, прочее), которые передавал вышеуказанным вооружённым людям вместе с чеком на приобретение товаров, после чего ему возвращали деньги, забирали чеки и товары. Осознаёт, что помогал продуктами питания НВФ, в чём раскаивается». Схожие показания в суде дали якобы бывшие его «сослуживцы»: это «серийный свидетель» Зайтуллаев Сеит-Ибрам Эскендерович, выступивший в такой роли уже в десятке уголовных дел, а также два засекреченных свидетеля, чьи имена скрыты из материалов обвинения и приговора. Зайтуллаев Сеит-Ибрам Эскендкрович, выступал в этой роли в десятках дел против обвиняемых по ст. 208 УК РФ, в частности, в уголовных делах в отношении других предполагаемых участников Батальона, признанных нашим Проектом политзаключёнными — Арсена Ибраимова, Алексея Киселёва, Рустема Гугурика, Руслана Абдурахманова и других. Зайтуллаев якобы прекратил своё участие в Батальоне несколько лет назад, обратившись с соответствующим заявлением к властям РФ.  И Зайтуллаев, и засекреченные свидетели примерно одними и теми же словами рассказали, что, начиная с марта 2016 года они несколько раз видел Османа Кадырова в расположении Батальона. Он «привозил один-два пакета с продуктами питания и передавал их им, после чего указанные продукты передавались на кухню батальона с целью приготовления пищи для личного состава». Исследованные судом письменные доказательства сводятся к протоколам осмотра различных интернет-страниц, где расположены видео- и текстовые файлы, с различной степенью достоверности рассказывающие о деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана в 2015-2016 годах. Суд не зафиксировал появление Османа Кадырова ни на одной из этих видеозаписей, в текстах его имя также не упоминается. Согласно показаниям сотрудника УФСБ, чьё имя также скрыто, им «была получена информация об участии Кадырова в преступной деятельности НВФ». После этого он провёл опознание по фотографии с участием троих так называемых свидетелей. Таким образом, обвинение даже и не пыталось доказать, что Осман Кадыров участвовал в каких-то боевых действиях, устраивал диверсии, обучался военному делу. Напротив, суд первой инстанции в своём приговоре прямо говорит об «отсутствии доказательств личного участия осуждённого в отдельных противоправных по отношению к России со стороны НВФ мероприятиях». Всё, что вменяется Кадырову, — несколько сумок с продуктами, которые он якобы передавал участникам Батальона. Эти действия судом совершенно безосновательно трактуются как вступление в вооружённое формирование участие в нём. Даже если исходить из того, что передача продуктов могла бы рассматриваться как форма материальной поддержки деятельности формирования, в случае Кадырова такая интерпретация всё равно была бы лишена оснований. Во-первых, как установил суд первой инстанции, объём переданных продуктов был незначительным. Во-вторых, как следует из показаний свидетелей, Кадыров не предоставлял продукты безвозмездно — ему возвращали деньги за совершённые покупки. Таким образом, его деятельность не была безвозмездной и тем более не может считаться участием в деятельности организации или вкладом в такую деятельность. В-третьих, даже и сам факт передачи продуктов в суде не доказан. Не вызывают доверия ни «признательные показания» Кадырова, которые могли быть получены под давлением, ни показания «серийного» и засекреченных свидетелей.  Наш Проект давно и последовательно выступает с критикой практики использования засекреченных свидетелей, всё шире применяющейся в уголовных делах, ведущихся ФСБ. Свидетели дают показания не присутствуя в зале суда, с изменёнными компьютером голосами, их лица не демонстрируются на экране в суде, а личность может быть известна только следователю и суду. Советом Европы на основе прецедентного права ЕСПЧ в Рекомендациях № (2005) 9 «О защите свидетелей и лиц, сотрудничающих с правосудием», пункте № 21 Приложения к ним, говорится: приговор не должен основываться исключительно или в значительной степени на показаниях, данных анонимными свидетелями. Согласно п. 19 и 20 того же Приложения, «…дача показаний под псевдонимом должна являться исключительной мерой безопасности и применяться в случае серьёзной угрозы жизни или свободе лица, обладающего значимой доказательственной информацией и заслуживающего доверия; стороны должны иметь право оспорить правомерность использования данной меры безопасности». В деле Кадырова суд, вопреки вышеназванным Рекомендациям, обосновал обвинительный приговор в значительной степени показаними «анонимных свидетелей».  Согласно ч. 3 ст. 11 УПК РФ, «при наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности, предусмотренные статьями 166 частью девятой, 186 частью второй, 193 частью восьмой, 241 пунктом 4 части второй и 278 частью пятой настоящего Кодекса, а также иные меры безопасности, предусмотренные законодательством Российской Федерации». Однако суд никак не мотивировал необходимость сохранения в тайне сведений о личности свидетелей. Следствие по делу также не представило доказательств наличия реальной опасности их жизни и здоровью, которая могли бы стать причиной для их засекречивания.  Мы считаем практику засекречивания свидетелей упрощающей фабрикацию доказательств и ограничивающей право обвиняемых на защиту.  Таким образом, мы, во-первых, считаем само по себе уголовное преследование за участие в Батальоне имени Номана Челебиджихана неправомерным, поскольку речь идёт об объединении, в отношении которого нет доказательств его противоправной деятельности и которое функционировало с согласия украинских властей. В любом случае, в контексте обвинения по ч. 2 ст. 208 УК РФ решение о незаконности этого объединения вправе принимать только украинские, а не российские власти. Во-вторых, представленная обвинением доказательная база, якобы подтверждающая участие Османа Кадырова в этом объединении, представляется явно недостаточной. О безосновательности обвинения, на наш взгляд, свидетельствует и приговор суда первой инстанции: в условиях современной российской судебной системы, где вынесение оправдательных приговоров крайне затруднено, суд всё же изменил категорию преступления на менее тяжкую и назначил наказание ниже нижнего предела, фактически признав, пусть и косвенно, отсутствие серьёзных оснований для обвинения. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно  международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Османа Кадырова является политически мотивированным, направленным на упрочение либо удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Международным пактом о гражданских и политических правах, а также в связи с его национальным происхождением.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Османа Кадырова политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокаты — Велиляев Ислям Шевкетович, Мамбетов Константин Константинович Публикации в СМИ: 24 марта 2021 года. ZMINA. Челебиджихановцы: преследование крымскотатарских добровольцев стало новым трендом ФСБ 21 августа 2023 года. Крымский процесс. Апелляция ужесточила приговор пожилому крымскому татарину за участие в добробате Дата составления справки: 06.06.2025 г.