Rustem Gugurik, a Crimean Tatar and Ukrainian citizen, was sentenced to 8 years and 6 months in a strict regime penal colony for allegedly participating in the Crimean Tatar Volunteer Battalion named after Noman Chelebidzhikhan. He denies the charges, stating he worked as a taxi driver.

Гугурик Рустем Сейдалиевич родился 30 ноября 1971 года, крымский татарин, житель посёлка Новоалексеевка, Генического района Херсонской области Украины, гражданин Украины. Женат, имеет пятерых детей, работал таксистом. По обвинению в преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 208 УК РФ («Участие на территории иностранного государства в вооруженном формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации»), приговорён к 8 годам 6 месяцам лишения свободы в колонии строгого режима. Находится под стражей с 27 марта 2022 года. Полное описание В марте 2022 года, после начала российского вторжения в Украину, семья Гугуриков приняла решение вывезти младшую дочь из Херсонской области в более безопасное, как им казалось, место – к родственникам в Бахчисарай. 27 марта 2022 года Рустем Гугурик выехал вместе с женой и 6-летней дочерью из села Новоалексеевка Херсонской области в Крым. На паспортном контроле Рустема Гугурика задержали пограничники, после задержания он был доставлен в Симферополь в здание крымского УФСБ. Постановление о возбуждении уголовного дела следователь следственного отдела крымского управления ФСБ Александр Абрамов подписал утром 29 марта 2022 года. В этот же день он направил его прокурору, а вечером, в присутствии адвоката по назначению Александра Полянского оформил протокол задержания. Рустема Гугурика обвинили в причастности к деятельности «Крымскотатарского добровольческого батальона имени Номана Челибиджихана», который Россия считает незаконным вооруженным формированием. Обвинение было основано на показаниях тайных свидетелей, якобы, видевших Рустема Гугурика в расположении батальона. Суд отправил Гугурика под арест, срок ареста неоднократно продлевался. 25 октября 2022 года судья Киевского районного суда города Симферополя Кузнецова О.П. приговорила Рустема Гугурика к 8 годам 6 месяцам колонии строгого режима. Верховный Суд Республики Крым 6 декабря 2022 года рассмотрел апелляцию о ставил приговор без изменения. Рустем Гугурик вины не признаёт, заявляет, что в «Батальоне имени Номана Челибиджихана» не состоял, о его существовании не знал, продовольствие и обмундирование туда не привозил, а работал в Херсонской области таксистом, возил людей за оплату, в том числе, на границу с Крымом и в Крым. Основания признания политзаключённым Контекст появления уголовного дела Дело Рустема Гугурика стало очередным в череде дел, возбуждённых по ч. 2 ст. 208 УК РФ против граждан, якобы причастных к деятельности «Батальона имени Номана Челебиджихана». По версии российского ФСБ, члены батальона принимали участие в так называемой «гражданской продовольственной блокаде Крыма», которая была организована в конце 2015 года на образовавшейся после оккупации полуострова границе между ним и материковой Украиной. Нам известно о не менее чем четырнадцати обвинительных приговорах реальным или мнимым участникам добровольческого формирования «Батальон имени Номана Челебиджихана», по которым осуждённые уже находятся в местах лишения свободы. Сколько дел возбуждено против участников блокады, находящихся в настоящий момент на территории Украины, сказать сложно. Однако периодически появляются сообщения об обысках в Крыму у родственников граждан Украины по уголовным делам, возбуждённым по указанной статье, а также о вынесении судами в Крыму заочных обвинительных приговоров по ней. Подавляющее большинство арестованных и осуждённых по делам, связанным с деятельностью «Батальона имени Номана Челебиджихана», являются крымскими татарами. В сентябре 2015 года народный депутат Украины Мустафа Джемилев, председатель Меджлиса крымскотатарского народа, народный депутат Украины Рефат Чубаров и вице-президент Всемирного конгресса крымских татар предприниматель Ленур Ислямов на пресс-конференции в Киеве объявили о старте инициативы по организации гражданской блокады Крыма и выдвинули политические требования к властям Российской Федерации. Среди этих требований было освобождение украинских и крымскотатарских активистов, задержанных российскими властями, таких как Надежда Савченко, Олег Сенцов, Ахтем Чийгоз, Мустафа Дегерменджи и других, прекращение преследования крымских татар, создание свободных условий для работы в Крыму украинских СМИ и иностранных журналистов, а также снятие запрета на въезд в Крым для лидеров крымскотатарского народа. Одновременно Ленур Ислямов заявил о создании добровольческого формирования – «Батальона имени Номана Челебиджихана». Конечной целью создания этого подразделения, по словам Ислямова, было участие в освобождении Крыма от российских захватчиков. Однако на начальном этапе участники батальона активно включились в прямые действия на границе с Крымом по обеспечению продовольственной блокады. Таким образом, «продовольственная блокада Крыма» началась как гражданская инициатива и вылилась в прямые действия гражданских активистов по недопущению грузового транспорта для пересечения образовавшейся после захвата полуострова «границы» и торговли с предприятиями в оккупированном Крыму. Однако уже 23 ноября 2015 года президент Украины Пётр Порошенко обратился к правительству страны с предложением изучить вопрос о прекращении грузового транспортного сообщения и товарооборота с Крымом. В тот же день премьер-министр Украины Арсений Яценюк созвал внеочередное заседание правительства, на котором рассматривались вопросы энергообеспечения, а также поставок продовольствия в Крым, и в итоге правительство Украины временно запретило перемещение грузовых потоков через границу с Крымом. 16 декабря 2015 года правительство Украины приняло решение о запрете поставок работ, товаров и услуг в Крым и из Крыма. Действие постановления не распространяется на поставку из Крыма на Украину товаров, имеющих стратегическое значение для отраслей экономики и безопасности государства, при подтверждении Министерства экономического развития и торговли, а также на ввоз в Крым гуманитарной помощи, оказываемой международными гуманитарными организациями в соответствии с перечнем, утверждённым Министерством социальной политики. Соответственно, «блокада Крыма» как гражданская инициатива осуществлялась непродолжительный период времени с сентября по декабрь 2015 года. После чего ситуация и правила пересечения границы уже регулировались властями Украины. При этом, участники Батальона, а точнее – созданного на его основе и официально зарегистрированного Общественного объединения «Аскер», осуществляли совместное с Погранслужбой Украины патрулирование границы и пунктов пропуска. Принимавший активное участие в блокаде Крыма «Батальон имени Номана Челебиджихана» получил свою известность именно благодаря этой своей деятельности. Базировался батальон на границе Украины с Крымом в посёлке Чонгар. Некоторые источники, прежде всего российские, указывают, что на начало 2016 года в батальоне насчитывалось до 250 бойцов, содействие батальону оказывали власти Турции, а сам батальон принимал участие в диверсионных действиях в Донбассе. Однако каких-либо доказательств достоверности этой информации на данный момент нет, как нет и достойной доверия информации о вооружении участников батальона. Вообще практически отсутствуют упоминания деятельности «Батальона имени Номана Челебиджихана» после окончания «гражданской блокады Крыма». При этом, 1 июня 2022 года Верховный суд РФ удовлетворил иск Генеральной прокуратуры о признании «Крымскотатарского добровольческого батальона им. Номана Челебиджихана» террористической организацией и запретил его деятельности на территории РФ. В уголовном деле Рустема Гугурика содержится оценка численности батальона в 150 человек на начало 2016 года, а наличие в батальоне оружия следствие подтвердило приобщёнными видеозаписями тренировок участников батальона и показаниями свидетелей, о которых речь пойдёт далее. Большинство преследуемых по ч. 2 ст. 208 УК РФ обвиняются в том, что они находились в месте расположения батальона на границе с Крымом, выполняли хозяйственные задачи, охрану, досмотр транспортных средств, осуществляли снабжение и строили жилища для членов батальона. Насколько нам известно, никто из них не обвиняется в участии в реальных боевых действиях или диверсиях, за исключением самого основателя добровольческого батальона Ленура Ислямова, который 10 декабря 2020 года был заочно приговорён Верховным судом Крыма к 19 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Ислямова обвинили в создании вооруженного формирования, не предусмотренного законом (ч. 1 ст. 208 УК РФ), в совершении диверсии организованной группой с причинением значительного имущественного ущерба (п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 281 УК РФ), а также в шести эпизодах публичных призывов к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности России с использованием средств массовой информации (ч. 2 ст. 280.1 УК РФ). Диверсия, в осуществлении которой был признан виновным Ислямов, заключалась в подрыве линий электроснабжения, в результате которой была приостановлена подача электричества в Крым. Рустема Гугурика обвинили в «ведении подсобного хозяйства» в месте расположения вооружённого формирования и снабжении участников «Батальона имени Номана Челебиджихана» продуктами питания, а также форменной одеждой. Доказательства вины Доказывая вину Рустема Гугурика в инкриминируемом ему преступлении, следствие опирается исключительно на свидетельские показания. Вещественные доказательства причастности Гугурика к деятельности батальона в деле отсутствуют. Исследованные судом письменные доказательства сводятся к протоколам осмотра различных интернет-страниц, где расположены видео и текстовые файлы, рассказывающие с различной степенью достоверности о деятельности «Батальона имени Номана Челебиджихана» в 2015-2016 годах. Ни на одной из этих видеозаписей Рустем Гугурик не появляется, в текстах не упоминается. Показания против Рустема Гугурика дали сразу три тайных свидетеля: «Иванов И. И.», «Сейтосманов Р. М.» и «Степанов Ф. И.». Согласно их показаниям, все они были участниками незаконного вооружённого формирования «Батальона имени Номана Челебиджихана», участвовали в различных хозяйственных работах в расположении батальона, знали, что в батальоне имеется оружие, а также видели в расположении батальона Рустема Гугурика, который привозил туда продукты питания и форменную одежду. Наш Проект давно и последовательно выступает с критикой практики использования тайных свидетелей, всё шире применяющейся в уголовных делах, ведущихся ФСБ. Свидетели дают показания не присутствуя в зале суда, с изменёнными компьютером голосами, их лица не демонстрируются на экране в суде, а личность может быть известна только следователю и суду. Советом Европы на основе прецедентного права ЕСПЧ в Рекомендациях № (2005) 9 «О защите свидетелей и лиц, сотрудничающих с правосудием», пункте № 21 Приложения к ним, говорится: приговор не должен основываться исключительно или в значительной степени на показаниях, данных «анонимными» свидетелями. Согласно п. 19 и 20 того же Приложения, — «…дача показаний под псевдонимом должна являться исключительной мерой безопасности и применяться в случае «серьёзной» угрозы жизни или свободе лица, обладающего «значимой» доказательственной информацией и заслуживающего «доверия»; стороны должны иметь право оспорить правомерность использования данной меры безопасности». Следствие по делу не представило никаких доказательств наличия реальной опасности жизни и здоровью свидетелей «Иванова», «Степанова» и «Сейтосманова», которая могли бы стать причиной для их засекречивания. Мы считаем практику засекречивания свидетелей упрощающей фабрикацию доказательств и ограничивающей право обвиняемых на защиту. Что и было в полной мере продемонстрировано в деле Рустема Гугурика – в судебном заседании свидетели отказывались отвечать на вопросы защиты об обстоятельствах их знакомства с подсудимым, ссылаясь на то, что это может раскрыть их личность. Также свидетельствовали против Рустема Гугурика Зайтуллаев С.-И. Э. и Османов Р. М. Оба эти свидетеля признались в своём участии в деятельности батальона, а также указали, что видели в его расположении Рустема Гугурика, который занимался снабжением участников батальона продуктами питания и одеждой. Свидетель Зайтуллаев С.-И., якобы добровольно прекратил своё участие в незаконном вооружённом формировании в 2017 году, заявив об этом в УФСБ. Свидетель Османов Р. М. заявил о прекращении своего участия в батальоне ещё раньше – в августе 2016 года. В сети Интернет распространялась оперативная видеосъёмка плачущего Рустема Османова, который признаётся в участии в батальоне. На его руках явно видны следы от наручников и ссадины. Зайтуллаев и Османов уже неоднократно выступали свидетелями в делах против крымских татар за участие в «Батальоне имени Номана Челебиджихана». Очевидно, что оба этих свидетеля, активно использующиеся ФСБ в оформлении уголовных дел, находились на момент дачи ими показаний и находятся по сей день в достаточно уязвимом положении – под угрозой возбуждения против них уголовных дел. Оба свидетеля могут быть в любой момент обвинены силовыми структурами по различным статьям УК РФ. Например, по ч. 2 ст. 281 УК РФ («Диверсия, совершённая организованной группой»), поскольку именно по этой статье был заочно осуждён основатель «Батальона имени Номана Челебиджихана» Ленур Ислямов, а в состав «организованной группы» могут быть включены практически все участники батальона. Мы считаем, что к показаниям всех свидетелей обвинения стоит отнестись критически по озвученным выше основаниям. Тем более, что в показаниях свидетеля Османова содержатся существенные противоречия, так на допросе он сообщил, что якобы видел Гугурика в расположении батальона, а позднее на очной ставке с Рустемом сообщил, что впервые его видит, и тот ему не знаком. Отдельно стоит упомянуть нарушения, допущенные следствием при проведении процедуры опознания Гугурика тайными свидетелями «Ивановым», «Степановым» и «Сейтосмановым». В качестве статистов в процедуре принимали участие граждане Усеинов и Аблаев, одному из которых 20 лет, а другому 24 года, в то время как Рустему Гугурику более 50 лет. Очевидно, что такой выбор статистов противоречит требованию законодательства, а именно ч. 4 ст. 193 УПК РФ, которая гласит: «Лицо предъявляется для опознания вместе с другими лицами, по возможности внешне сходными с ним». Следствие никак не обосновало отсутствие у него возможности предъявить для опознания свидетелям людей, не имеющих тридцатилетней разницы в возрасте с опознаваемым. Таким образом, мы считаем, что участие Рустема Гугурика в деятельности «Батальона имени Номана Челебиджихана» следствием не доказано. Отдельно необходимо оценить допустимость применения ст. 208 УК РФ к участникам так называемого «Батальона имени Номана Челебиджихана» в целом. Мы считаем, что, несмотря на то, что создание батальона не было закреплено законодательно, а добровольческому объединению не был присвоен номер воинской части, его деятельность в Украине нельзя считать нелегальной, исходя из того факта, что государство, будучи осведомлённым на протяжении длительного времени о наличии этого объединения и его активной деятельности, не предпринимало никаких мер к прекращению такой деятельности. В любом случае, оформление статуса добровольческого батальона, действующего на территории Украины, является внутренним делом этого государства. Смысл ст. 208 УК РФ должен быть истолкован как наказание за участие в антигосударственном вооружённом формировании, действующем вопреки законодательству того государства, на территории которого оно образовано. Что очевидно не применимо к деятельности «Батальона имени Номана Челебиджихана», чья деятельность не только не пресекалась государством Украина, но и имела ярко выраженную проукраинскую и патриотическую окраску. Никаких доказательств нарушения созданием и существованием батальона законодательства Украины следствие не предоставило. Также стоит критически отнестись к тому, что, по утверждению следствия, деятельность «Батальона имени Номана Челебиджихана» имела цели, противоречащие интересам Российской Федерации. С нашей точки зрения, аннексия Крыма, а также прямое вооружённое вмешательство России в конфликт на востоке Украины, очевидно противоречащие международному законодательству и обязательствам России, имели прямые негативные последствия как для экономики Российской Федерации, так и для международного авторитета и положения нашего государства. Следствием агрессивных действий, предпринятых руководством Российской Федерации по отношению к государству Украина, стали многочисленные человеческие жертвы, военные преступления, преступления против личности и собственности на оккупированных территориях. Долговременные негативные последствия преступных решений руководства РФ в части агрессии по отношению к государству Украина в период с 2014 года и по настоящее время позволяют охарактеризовать эти действия как прямо противоречащие интересам Российской Федерации. В то же время, действия по противодействию агрессивной политике нынешнего руководства Российской Федерации можно расценивать как направленные на её благо. Кроме того, необходимо учитывать тот факт, что «Батальон имени Номана Челебиджихана» был образован крымскими татарами для защиты права жить на своей исторической родине в том государстве, гражданами которого они являлись. Все предпринимаемые ими для этого действия, во-первых, имели своей целью защиту прав, гарантированных конституцией Украины, а во-вторых, совершались на территории Украины и имели последствия также для территории Украины – Крыма, но никак не России. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых ПЦ «Мемориал», согласно Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Рустема Гугурика является политически мотивированным. Лишение его свободы осуществляется по политическим мотивам и применено с целью упрочения либо удержания власти субъектами властных полномочий, а также в связи с его национальным происхождением. Кроме того, лишение свободы Рустема Гугурика было применено в нарушение права на справедливое судебное разбирательство, основано на фальсификации доказательств вменяемого правонарушения при отсутствии события или состава правонарушения. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключенных. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокаты Рустема Гугурика: в первые дни после задержания адвокат по назначению — Полянский А. О., адвокат по соглашению – Марлен Халиков. Рустем Гугурик воспитывает пятерых детей, трое из них несовершеннолетние, один – малолетний, также на иждивении имеет пожилую мать. Как помочь Оказать финансовую помощь можно по номеру карты 2200020704449257 или по номеру телефона + 7(978)065-87-75 (Эльвира С.М.). На нашем сайте вы можете сделать пожертвование для помощи всем политзаключённым. Публикации в СМИ: 24 марта 2021 года. ZMINA. Челебиджихановцы: преследование крымскотатарских добровольцев стало новым трендом ФСБ // http://zmina.info/articles/chelebydzhyhanovczы-kak-presledovanye-krыmskotatarskyh-dobrovolczev-stalo-novыm-trendom-fsb 4 апреля 2022 года. Грати. В Крыму арестовали таксиста из Херсонской области. ФСБ обвиняет его в участии в крымскотатарском добровольческом батальоне, которого давно нет // http://graty.me/news/v-krymu-arestovali-taksista-iz-hersonskoj-oblasti-fsb-obvinyaet-ego-v-uchastii-v-krymskotatarskom-dobrovolcheskom-batalone-kotorogo-davno-net 24 июля 2020 года. Поддержка политзаключённых. Мемориал. Суд в Крыму приговорил местного жителя к 8 годам колонии по обвинению в участии в крымскотатарском добровольческом батальоне // http://memopzk.org/news/11587 Дата обновления справки: 23.01.2023 г.