Vladimir Zhuravlev, a local historian and activist, is under house arrest for allegedly spreading false information about the Russian Armed Forces. The charges stem from three posts made on the social network VK in a group called "City of Oranienbaum" between April 3-6, 2022.

Журавлёв Владимир Васильевич родился 6 марта 1960 года, гражданин России, житель города Ломоносова в составе Санкт-Петербурга, краевед, градозащитник, бывший депутат муниципального совета МО Ломоносов, женат. Обвиняется по п. «д» ч. 2 ст. 207.3 УК РФ («Публичное распространение заведомо ложной информации об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации по мотивам политической ненависти», до 10 лет лишения свободы). Находится под домашним арестом с 27 июня 2025 года. Полное описание 26 июня 2025 года силовики пришли с обыском к известному в Санкт-Петербурге градозащитнику, историку и общественному активисту Владимиру Журавлёву. В ходе обыска у него изъяли технику. На следующий день судья Петродворцового районного суда города Санкт-Петербурга Карасева Валерия Владимировна рассмотрела ходатайство следствия об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Как сообщила Объединённая пресс-служба судов Санкт-Петербурга, Владимир Журавлёв обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. д ч. 2 ст. 207.3 УК РФ («Публичное распространение заведомо ложной информации об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации по мотивам политической ненависти»). «Следствие полагает, что с 03.04.2022 по 06.04.2022 Журавлев, руководствуясь мотивами политической, идеологической ненависти и вражды к лицам из числа представителей Вооружённых сил РФ, представителей государственных органов и т.д., разместил в социальной сети в группе «Город Ораниенбаум» три записи, в которых под видом достоверной информации представлена заведомо ложная».  Суд учёл, что Владимир Журавлев имеет постоянное место жительства в Санкт-Петербурге, трудоустроен, «принимает активное участие в жизни города Ломоносов и занимается краеведческой деятельностью» и отказал следствию в помещении Журавлёва в СИЗО, отправив его под домашний арест на 2 месяца. Сообщество в сети VK «Город Ораниенбаум» не обновляется с 25 июня 2025 года, с момента задержания Журавлёва. Ранее посты там появлялись регулярно и были посвящены в основном истории и проблемам города, его архитектуре, паркам и культурным событиям. Всего в сообществе состоит 4149 подписчиков. В период, указанный следствием – с 3 по 6 апреля 2022 года в сообществе «Город Ораниенбаум» было размещено несколько постов, посвящённых местным паркам и приглашающих на экскурсии. 3 апреля появился пост с фотографией белки и подписью «Мася выступает за мир!» (фото и видео белочки Маси из местного парка постоянно появлялись в сообществе), 6 апреля — запись церковной музыки с подписью «Помолимся о мире, братья и сестры! Нет — войне!». Других сообщений за указанный период, как-либо связанных с войной, в настоящий момент в сообществе найти не удаётся – возможно, они были удалены. Основания признания политзаключённым Через неделю после начала полномасштабного российского вторжения в Украину, 4 марта 2022 года, Государственная Дума РФ в чрезвычайном порядке (не в виде отдельных законопроектов, а путём внесения поправок в другие, уже принятые в первом чтении) приняла законы о внесении изменений в Кодекс об административных правонарушениях и Уголовный кодекс. Эти законы запрещают призывы к санкциям, распространение фейков о российских вооружённых силах, их дискредитацию, а также призывы к «воспрепятствованию их использования». В тот же день законы одобрил Совет Федерации РФ, и уже вечером их подписал президент. Поправки вступили в силу со дня официального опубликования — 4 марта 2022 года. Впоследствии формулировка статьи неоднократно менялась, и, согласно редакции от 25 декабря 2023 года, состав преступления, предусмотренного ст. 207.3 УК РФ, сформулирован следующим образом: «Публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности либо об исполнении государственными органами Российской Федерации своих полномочий за пределами территории Российской Федерации в указанных целях, а равно содержащей данные об оказании добровольческими формированиями, организациями или лицами содействия в выполнении задач, возложенных на Вооружённые Силы Российской Федерации или войска национальной гвардии Российской Федерации». Мы полагаем, что эта статья противоречит как российской Конституции и международным обязательствам РФ, так и базовым принципам права. Согласно ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений, <…> имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения или иными способами по своему выбору». Ограничения пользования этими правами «должны быть установлены законом и являться необходимыми: для уважения прав и репутации других лиц; для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения». Аналогичные гарантии содержатся в ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей свободу мысли и слова. Ограничения этих свобод связаны с запретом пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, а также с государственной тайной. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Ограничения свободы выражения, установленные ст. 207.3 УК РФ, со всей очевидностью не служат тем целям, для достижения которых такие ограничения могли бы быть установлены. Важно отметить, что ограничение свободы выражения не предусмотрено законом даже в условиях военного положения, при котором, согласно пп. 5 и 15 п. 2 ст. 7 ФКЗ «О военном положении», допускается лишь введение «военной цензуры за почтовыми отправлениями и сообщениями, передаваемыми с помощью телекоммуникационных систем, контроля за телефонными переговорами» и «приостановление деятельности политических партий, других общественных и религиозных объединений, ведущих пропаганду и (или) агитацию, а равно иную деятельность, подрывающую в условиях военного положения оборону и безопасность Российской Федерации». Тем более нет оснований для подобных ограничений в ситуации, когда военное положение не введено. Не менее значимо то, что сами по себе формулировки статьи не позволяют заранее определить, какие высказывания являются правомерными, а какие запрещёнными. Гражданин не может заранее знать, какие его высказывания, какая информация могут быть сочтены в данном контексте ложными, подпадающими под действие этой нормы. На этот счёт Конституционный Суд РФ высказывал своё мнение в ряде правовых позиций. Согласно им неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П). Фактически нормы ст. 207.3 УК РФ позволяют преследовать за высказывание любого мнения о использовании Вооружённых Сил РФ и деятельности её государственных органов за границей. Суждения о том, имеют ли упомянутые в статье действия цели «защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности» или нет, по своей природе являются оценочными, то есть выражают мнение. Но даже и применительно к сведениям, т.е. высказываниям о фактах, в условиях ведения военных действий и конкуренции противоречивой информации из разных источников исключительно сложно судить об их правдивости или ложности. Тем более невозможно установление заведомости, т.е. умысла на распространение ложных сведений. Упомянутые органические дефекты ст. 207.3 УК РФ определяют её неправовой характер, вследствие которого даже её добросовестное применение является недопустимым. Однако и сам факт срочного внесения указанной статьи в Уголовный кодекс немедленно после начала полномасштабной вооружённой агрессии против Украины, и сопровождавшая её рассмотрение и принятие риторика официальных лиц, и, главное, контекст её применения — ведущиеся боевые действия и сопутствующая им государственная военная пропаганда — исключают подобную добросовестность. В ситуации, когда единственными правдивыми сведениями и оценками объявляются сведения и оценки официальных российских источников, не только оправдывающих агрессивную войну и отрицающих многочисленные свидетельства гибели мирных жителей в результате российских ударов и военных преступлений, совершаемых российскими силами, но и запрещающих называть события, с любой точки зрения, являющиеся войной, словом «война», применение этой неправовой по своей природе статьи УК также имеет исключительно недобросовестный и неправовой характер. Основанием для уголовного преследования становятся как правомерные мнения, оценивающие войну и связанные с ней обстоятельства, так и утверждения о задокументированных и подтверждённых фактах. Квалифицирующие признаки ч. 2 этой статьи, предусматривающей ужесточение наказания вплоть до 10 лет лишения свободы, зачастую носят субъективный характер, так, п. «д» предусматривает наличие «мотива политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо мотива ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы». В современных условиях доказывание присутствия такого мотива сводится к простой декларации следствием его наличия. Вместе с тем, исходя из того, что любое выступление против войны само по себе является общественно полезным и не имеет вовсе никакой общественной опасности, ни один из квалифицирующих признаков, если он не образует самостоятельного состава преступления, не может рассматриваться как усиливающий общественную опасность деяния. Исходя из изложенного, Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает, что ст. 207.3 УК РФ носит антиправовой характер, создана для осуществления политических репрессий против критиков власти и должна быть отменена. Любые преследования по этой статье являются неправомерными и должны быть прекращены. В настоящий момент нам неизвестно, какие именно высказывания, якобы сделанные Владимиром Журавлёвым в сообществе «Город Ораниенбаум», стали основанием для его преследования. Нам кажется не слишком вероятным, что следствие сочло криминальными выступление белки Маси за мир и предложение помолиться о мире. Возможно, поводом стали иные, теперь удалённые высказывания.  Также нам неизвестно, каким образом следствие доказывает авторство Владимира Журавлёва, так как публикации в канале делались не от его лица, а от лица сообщества «Город Ораниенбаум». Знакомство с публикациями в этом сообществе заставляет усомниться, что какие-либо из них могли быть оставлены под влиянием политической или какой-либо другой ненависти и вражды, настолько спокойный тон у всех доступных сейчас публикаций — даже тех немногих, где модератор выражает свою общественно-политическую позицию. Обвиняемый Владимир Журавлёв — известный краевед, посвятивший свою жизнь истории и современности города Ораниенбаума и Ломоносовского района, председатель общественной организации «Город Ораниенбаум», активист Ораниенбаумского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИК). Журавлёв является членом секции истории авиации и космонавтики и Комиссии воздухоплавания Российского географического общества, он автор множества публикаций по темам градозащиты, экологии и культуры Ораниенбаума, в т. ч. серии статей «Воинская слава Ораниенбаума», соавтор книги «Офицерская стрелковая школа» о первом испытательном центре стрелкового оружия в России. Кроме того, Владимир Журавлёв избирался депутатом муниципального совета Ломоносова (Ораниенбаума) 5 созыва (2010–2015 гг.) В рамках Совета он входил в состав постоянной комиссии по социальной защите, здравоохранению, образованию, культуре и спорту. Журавлёв избирался в Совет от КПРФ и составлял оппозицию большинству в Совете, представленному «Единой Россией». Во время своего депутатства он боролся за сохранение архитектурного наследия Ораниенбаума. В это время и после прекращения полномочий он выступал с резкой критикой местной исполнительной власти, некоторых, как он считал, коррупционных сделок, и разрушения памятников архитектуры в области. Нельзя исключать, что первоочередной причиной преследования Журавёва стала именно его общественная и градозащитная деятельность на местном уровне, а его антивоенная позиция, выраженная в паблике в VK, стала лишь удобным предлогом вписать это преследование в общероссийскую репрессивную кампанию. В любом случае кажется удивительным, что основанием для его преследования стали публикации трёхлетней давности в небольшом городском неполитическом сообществе. Представляется вероятным, что эти публикации специально искали, чтобы найти повод для преследования Журавлёва. Дело Владимира Журавлёва является продолжением линии властей на подавление активности всех граждан России, несогласных с войной в Украине и осуждающих её. В настоящее время независимому правозащитному проекту «Поддержка политзаключённых. Мемориал» известно не менее чем о 120 случаях неправомерного лишения свободы по ст. 207.3 УК РФ (в том числе по совокупности с другими обвинениями). Всего же в наших списках политзаключённых на момент подготовки настоящей справки более 280 человек, лишённых свободы за антивоенную позицию. Обратим внимание, что это уже второе дело против историков и краеведов, возбуждённое в Санкт-Петербурге. Ранее по статье о реабилитации нацизма из-за публикации в сообществе «Ингерманландия» был осуждён краевед Дмитрий Витушкин. Наш проект признал его политическим заключённым. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключенных Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Владимира Журавлёва является политически мотивированным, направленным на устрашение общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Владимира Журавлёва политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Публикации в СМИ: 27 июня 2025 года, Фонтанка. В Петербурге суд отказался отправлять в СИЗО краеведа, обвиняемого в распространении фейков 24 декабря 2015 года, ЗАКС.ру. Владимир Журавлев: Инвесторы жаловались, что 70% приходилось отдавать заместителю главы 29 апреля 2011 года, Фонтанка. Муниципалам не нужна переписка с Медведевым Дата составления справки: 22.08.2025 г.