Vladimir Bayramov was sentenced to 2 years in a general regime colony for public calls to terrorism made online. He posted comments on VK in 2018 and 2022 that were deemed to be calls for violence against Vladimir Putin.

Байрамов Владимир Вячеславович родился 9 декабря 1994 года, гражданин РФ, житель Самары, образование среднее профессиональное — электромонтажник, работал инспектором по досмотру в международном аэропорту Курумоч. 9 декабря 2024 года приговорён по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, совершённые с использованием сети “Интернет”») к 2 годам колонии общего режима. Лишён свободы с 9 декабря 2024 года. Полное описание Основанием для возбуждения уголовного дела по статье о публичных призывах к терроризму стали два комментария Владимира Байрамова в социальной сети VK, которые он оставил в 2018 и 2022 годах. Дело возбудили 14 мая 2024 года. В тот же день у Байрамова дома прошёл обыск, у него изъяли телефон и взяли с него подписку о невыезде. Следствие установило, что не позднее 24 ноября 2018 года у Владимира Байрамова «возник преступный умысел, направленный на побуждение неограниченно широкого круга лиц к осуществлению террористической деятельности, путём совершения публичных призывов к посягательству на жизнь государственного деятеля, а именно Президента Российской Федерации В. В. Путина, в целях прекращения его государственной деятельности». Якобы для реализации своего умысла 24 ноября 2018 года Байрамов прокомментировал публикацию в группе MRZLK в социальной сети VK, посвящённую беспорядкам во Франции: «с*** (нец.) последняя фраза п*** (нец.) про газели и плати, е*** (нец.) пыня и его банда единая Россия а*** (нец.) каждую мразь бы пристрелить». Следствие утверждает, что с «данным комментарием ознакомилось неустановленное число пользователей сети “Интернет”». В феврале 2025 года обнаружить указанный комментарий в группе не удалось.  Следующий вменяемый Владимиру Байрамову эпизод, по версии обвинения, имел место уже в 2022 году. 22 сентября 2022 года он прокомментировал в VK публикацию в сообществе «Подслушано Самара», посвящённую объявленной мобилизации. Как утверждает следствие, Байрамов, «являлся противником проведения Россией специальной военной операции на территории Украины» и написал: «Пиздец они быстренько закон состряпали не хочешь воевать тюрьма, ебаная мобилизация, ебаный пиздец, вот против кого нам нужно воевать, против Путина и его пидоров ручных».  По утверждению следствия, оба комментария содержали «призыв к посягательству на жизнь государственного деятеля Президента Российской Федерации В. В. Путина, по мотивам политической ненависти, то есть к совершению преступления, предусмотренного ч.2 ст.277 УК РФ». Следствие привлекло к участию в деле специалиста и эксперта, которые подготовили заключения по обоим комментариям Байрамова, указав, что они «допускают интерпретацию в качестве призыва к посягательству на жизнь государственного деятеля Президента РФ В. В. Путина в целях прекращения его государственной, политической деятельности либо из мести за такую деятельность». Владимир Байрамов признал свою вину и подтвердил, что является автором комментариев. Также пояснил, что «под “пыней” имел в виду Президента России Путина В.В.», а под «“бандой единая Россия” он имел в виду политическую партию “Единая Россия”, председателем которой являлся В.В. Путин». Также Байрамов объяснил по поводу первого комментария, что его «крайне не устраивала политика Президента России В.В. Путина, он считал её преступной и думал, что только путём, описанным им в комментарии, можно остановить страну от разворовывания». По поводу второго: «хотел выразить читающим его людям свою позицию по поводу проведения Россией специальной военной операции, и объявления в России частичной мобилизации, так как он на тот момент считал, что Президент России Путин В.В. начал полномасштабные военные действия против Украины, где гибнут невинные люди». Доказательствами по делу стали показания свидетелей, якобы ознакомившихся с комментариями в социальной сети VK. Следствию удалось выявить по два таких читателя на каждый комментарий. Кроме того, по обоим эпизодам свидетелями стали оперуполномоченный ФСБ, который и выявил в сети указанные комментарии, а также коллега Байрамова по работе — Дарья Зотова. Последняя рассказала, что её коллега «постоянно высказывался против российской власти и Президента РФ В.В. Путина, часто заводил с Зотовой Д.С. разговоры на эту тему, в том числе писал всякого рода антироссийские сообщения в социальных сетях, неоднократно повторял, что Президента РФ В.В. Путина необходимо свергнуть и “устранить”, что при нём Россия находится в рабстве и т.д. При этом из общения с Байрамовым В.В. Зотовой Д.С. было ясно, что он не просто хотел сменить Президента в ходе выборов, а именно убить его или незаконно свергнуть». В протоколе осмотра телефона Байрамова указано, что «обнаружены подписки обвиняемого <…> в мессенджере “Telegram” на ряд признанных в Российской Федерации и Белоруссии экстремистских сообществ, в том числе “Nexta Live”, “Nexta”, “Навальный LIVE”, “Команда Навального”, подтверждающие его умысел на совершение публичных призывов к осуществлению террористической деятельности». Предварительное расследование уголовного дела вёл следователь второго отделения СО УФСБ России по Самарской области Логинов К. С., обвинительное заключение утвердил заместитель прокурора Самарской области Маслов Тимур Валерьевич. Уголовное дело Владимира Байрамова слушалось в постоянном представительстве Центрального окружного военного суда в Самаре с августа 2024 года. Прокурор требовал для подсудимого наказания в виде 6 лет лишения свободы. Владимира Байрамова защищал адвокат по назначению. По сообщению «Медиазоны», он не предоставил следствию никаких доказательств невиновности своего подзащитного. 9 декабря 2024 года судья Центрального окружного военного суда в Самаре Белкин Игорь Викторович вынес обвинительный приговор и приговорил Владимира Байрамова к 2 годам лишения свободы в колонии общего режима. На время следствия Байрамов находился под подпиской о невыезде, после оглашения приговора мужчину взяли под стражу в зале суда. Приговор был обжалован стороной защиты, 25 июня 2025 года жалобу рассмотрел судья Апелляционного военного суда Дарницын Александр Георгиевич, приговор был оставлен без изменения. 29 мая 2024 года Росфинмониторинг добавил Владимира Байрамова в список экстремистов и террористов с пометкой о принадлежности к терроризму. Основания признания политзаключённым Статья 205.2 УК РФ зачастую используется властью не для предотвращения общественно опасных последствий, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою точку зрения.  Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 N 1 (ред. от 3 ноября 2016 г.), под публичными призывами к осуществлению террористической деятельности в ст. 205.2 УК РФ следует понимать выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению террористической деятельности, то есть к совершению преступлений, предусмотренных соответствующими статьями УК РФ. В соответствии с Примечанием 2 к ст. 205.2 УК РФ, под террористической деятельностью понимается совершение «хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205 — 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360, 361» УК. Преступление по этой статье считается совершённым с момента высказывания. При этом не рассматривается, побудило ли оно кого-то к реальным действиям, могли ли наступить общественно опасные последствия и наступили ли они, хотя это должно учитываться при рассмотрении уголовных дел в связи такого рода обвинениями.При оценке реальной общественной опасности тех или иных высказываний мы считаем возможным применять по аналогии подходы Рабатского плана действий по запрещению пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, выработанного экспертами Управления Верховного комиссара Организации Объединённых Наций по правам человека. Рабатский план призывает установить высокий порог для введения ограничений на свободу выражения мнения при определении возбуждения ненависти. Он призывает рассматривать ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП) 1966 года (о необходимости запрета подстрекательства к насилию) только в пропорциональном сочетании со ст. 19 этого же пакта, которая декларирует: «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений», а также «имеет право на свободное выражение своего мнения; которое включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору». Аналогичные гарантии свободы мысли и слова содержатся в ст. 29 Конституции РФ. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Исходя из этого, исключительно важно определить упомянутую выше меру и критерии, необходимые для оценки угроз, создаваемых теми или иными высказываниями для нравственности, здоровья, прав других лиц, безопасности государства и пр. Мы полагаем, что для рассматриваемой статьи в полной мере применимы критерии определения опасности деяния, которые были сформулированы Пленумом Верховного суда России в п. 8 Постановления от 28 июня 2011 г. «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности»: «При решении вопроса о наличии или об отсутствии у лица прямого умысла и намерения побудить других лиц к осуществлению экстремистской деятельности, совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, либо цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов в сети «Интернет» или иной информационно-телекоммуникационной сети суду следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать в том числе форму и содержание размещенной информации, её контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней, факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения, содержание всей страницы данного лица, сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в частности, о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и расширение пользовательской аудитории, данные о его личности (например, приверженность радикальной идеологии, участие в экстремистских объединениях, привлечение ранее лица к административной и (или) уголовной ответственности за правонарушения и преступления экстремистской направленности), объём подобной информации, частоту и продолжительность её размещения, интенсивность обновлений». Аналогично предлагает оценивать высказывания и призывы, которые могут потенциально иметь негативные и опасные для общества последствия, Рабатский план. С точки зрения оценки реальной опасности призывов к тем или иным действиям по международным критериям Рабатского плана необходимо оценивать контекст высказываний («контекстуальный анализ должен поместить высказывание в социальный и политический контекст, преобладавший в тот момент, когда это высказывание было сделано или распространялось»), реальное влияние автора высказывания на свою аудиторию, наличие умысла, степень публичности высказывания, а также его содержание. Наконец, крайне важно оценить вероятность реализации призыва, включая неотвратимость: «суды должны будут установить, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие». Два комментария Владимира Байрамова, ставшие основанием для уголовного преследования, сделаны с разницей в четыре года. Они были написаны в разных контекстах, посвящены разным событиям. Общим для этих высказываний, если верить следствию, является преступный умысел автора. Именно его мы и предлагаем оценить прежде всего. По версии обвинения, один и тот же преступный умысел формировался у Владимира Байрамова два раза. Первый раз — в неустановленное время, но не позднее 24 ноября 2018 года, то есть до момента публикации первого из инкриминируемых ему комментариев. Второй раз тот же самый преступный умысел сформировался у Байрамова уже не позднее 13 часов 49 минут 22 сентября 2022 года.  Оба этих умысла якобы были совершенно одинаковы и направлены «на побуждение неограниченно широкого круга лиц к осуществлению террористической деятельности». Якобы Байрамов в конечном итоге хотел сподвигнуть своих читателей на действия, связанные с «посягательством на жизнь государственного деятеля, а именно Президента Российской Федерации В. В. Путина, в целях прекращения его государственной деятельности», «то есть к совершению преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 277 УК РФ». Это утверждение представляется нам сомнительным. Прежде всего потому, что действуя якобы в соответствии с этими преступными умыслами, начиная с 2018 года, Байрамов за пять с половиной лет до момента своего ареста оставил только два коротких маловразумительных комментария в общей ленте под новостными заметками, найти которые в настоящий момент уже практически не представляется возможным. Оперативный сотрудник ФСБ Дьяков Алексей Николаевич изучил социальные сети Владимира Байрамова и в своих показаниях он высказал личное мнение, что Байрамов «размещает комментарии антироссийского содержания». Однако найти хоть что-то криминальное с точки зрения следствия удалось только в двух из них.  Практически единственным доказательством наличия преступного умысла склонить кого-либо к убийству политического деятеля — Путина В. В. являются собственные признательные показания Владимира Байрамова, в которых он якобы заявляет, что не видел иного пути «спасти страну от разворовывания» (относительно комментария 2018 года) и хотел остановить гибель невинных людей в ходе войны (относительно комментария 2022 года). Мы предлагаем критически относиться к показаниям Владимира Байрамова, поскольку, с одной стороны, невозможно оценить, насколько он понимал смысл и значение таких показаний для его уголовного преследования, а с другой стороны — более важным представляется объективное значение написанных комментариев. При этом мы не видим оснований предполагать реальное наличие у Байрамова преступного умысла. Содержание, выбранная форма высказываний и количество читателей комментариев не указывают на то, что Байрамов предвидил реальную возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал их наступления.  Рассмотрим характеристики обоих высказываний в соответствии с Рабатским планом.  Контекст комментария, сделанного Байрамовым в 2018 году, — очередной этап ужесточения авторитарного политического режима в России. В 2018 году прошли выборы президента Российской Федерации, на которые не был допущен главный критик и конкурент действующего президента — Алексей Навальный. После выборов проходили митинги оппозиции, заканчивавшиеся задержаниями, во второй половине года проходили массовые митинги против пенсионной реформы. За партией «Единая Россия» к тому моменту уже закрепилась характеристика её как «партии жуликов и воров», кроме того, партия была главным участником принятия различных антидемократических и несправедливых с точки зрения граждан России законов. К 2018 году выборы в России практически полностью контролировались действующей властью, а в СМИ была выстроена система пропаганды и оболванивания населения — всё это делалось с целью удержания власти и делало невозможным её смену. Группа MRZLK в социальной сети VK создана в 2012 году и по состоянию на февраль 2025 года имеет 1 миллион подписчиков. Сколько их было в ноябре 2018 года, сейчас сказать сложно. Также невозможно оценить, сколько человек просмотрели комментарии под новостью о беспорядках во Франции.  Следствию якобы удалось установить двух читательниц, которые увидели не только новость 2018 года, но и комментарий Владимира Байрамова под ней. Обе женщины выступили свидетелями в уголовном деле. Однако их показания вызывают обоснованные сомнения в своей достоверности. Одна из них утверждает, что в январе 2024 года она просматривала «одну из “либерально” настроенных групп» — MRZLK и случайно увидела там «видео с протестов в какой-то стране с уничижительной в адрес России надписью». Комментарии к новости женщину крайне возмутили, она свидетельствует: «под записью было много негативных комментариев по отношению к власти и лично Президенту РФ В.В. Путину. Один из комментариев гласил о том, Президента России нужно убить». Вторая «свидетельница» обнаружила видео про беспорядки во Франции в конце 2023 года, якобы ссылку на новость пятилетней давности ей прислал знакомый. В группе MRZLK в день появляется по несколько десятков новостей. Случайно обнаружить в 2023-2024 году новость от 2018 года практически невозможно. Для этого нужно было бы «отматывать» назад тысячи экранных страниц за много лет. Свидетели не поясняют, зачем они читали неприятный им лично «либеральный» контент, с какой целью они знакомились в 2023-2024 году с новостями о событиях во Франции в 2018 году, зачем обменивались ссылками на них. Есть основания полагать, что следствию не удалось установить реальную аудиторию оставленного Владимиром Байрамовым комментария и найти хоть кого-то, кто действительно видел этот комментарий в 2018 году.Нам также затруднительно пять с половиной лет спустя после высказывания оценить его аудиторию, но можно предполагать, что аудитория одного из многочисленных в этой группе комментариев под постами, не могла быть действительно массовой. Само обвинение скромно оценивает эту аудиторию как «не менее двух», имея в виду «свидетельниц», якобы увидевших текст пятью годами позже. Также нам не удалось обнаружить ни комментариев, ни упоминаний Владимира Байрамова в группе MRZLK. Ничто не свидетельствует об особом статусе этого человека среди читателей этой страницы. Высказывания Байрамова не привлекали чьего-либо внимания, не цитировались, не обсуждались, найти ссылки на них в других источниках не удаётся, то есть реальное влияние Байрамова на аудиторию стоит признать отсутствующим. С точки зрения содержания написанное Байрамовым в 2018 году в принципе сложно воспринимать как призыв. Текст в уголовном деле передан следующим образом: «с*** (нец.) последняя фраза п*** (нец.) про газели и плати, е*** (нец.) пыня и его банда единая Россия а*** (нец.) каждую мразь бы пристрелить». Очевидно, этот комментарий является частью какой-то дискуссии, видимо, между комментаторами новости о беспорядках во Франции. Сложно сказать, какая «последняя фраза» вызвала возмущение автора высказывания, а также с чем связаны слова «про газели и плати». Очевидно, что автор высказывания крайне недоволен «пыней» и его «бандой», каковой он считает партию «Единая Россия». Вместе с тем, возглас в их отношении «каждую мразь бы пристрелить» в принципе нельзя трактовать как побуждение, оно является речевым оборотом, выражающим крайне негативное отношение автора к обсуждаемым субъектам. В этом высказывании нет обращения к адресату, не употребляется повелительное наклонение, отсутствует речевая цель в виде побуждения. Цель высказывания, скорее, не сподвигнуть к действиям, а продемонстрировать крайне критическое отношение, отсутствие у автора надежды наладить коммуникацию между обществом и «бандой», каковой он считает правящую партию. Специалист, составивший справку №55 от 29.02.2024 высказывается неопределённо. По его мнению, комментарий Владимира Байрамова «содержит высказывание, допускающее интерпретацию в качестве призыва к посягательству на жизнь государственного деятеля — Президента РФ В.В. Путина». Совершенно непонятно, как подобное заключение может быть положено в основу обвинения гражданина в тяжком преступлении. Однако и с подобной оценкой сложно согласиться: при комплексной оценке высказывания — в описанном контексте, при выбранной форме и месте высказывания — вероятность такой интерпретации лицами, располагающими реальной возможностью «пристрелить» Владимира Путина, крайне невелика. Второе инкриминируемое Байрамову высказывание сделано 22 сентября 2022 года в сообществе «Подслушано Самара». Молодой человек прокомментировал новость про объявленную в России мобилизацию: «Пиздец они быстренько закон состряпали не хочешь воевать тюрьма, ебаная мобилизация, ебаный пиздец, вот против кого нам нужно воевать, против Путина и его пидоров ручных». Контекстом этого высказывания является полномасштабная война в Украине, развязанная руководством Российской Федерации. К этому моменту в РФ был принят целый ряд новых репрессивных законов, направленных на подавление свободы слова, мысли и других прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ. Естественно, что не только война, но и объявленная принудительная мобилизация вызывали в части общества протест. Однако пространства для общественной дискуссии в обществе уже фактически не осталось. Любые мнения, отличные от пропагандируемой официальной точки зрения, подвергались и подвергаются преследованию со стороны государства.  С этой точки зрения интересно взглянуть на свидетельские показания Зотовой Дарьи Сергеевны. Она рассказала, что работает вместе с Байрамовым в аэропорту Курумоч с 2020 года, за эти годы он якобы многократно заводил с ней разговоры на политические темы, «из общения с Байрамовым В.В. Зотовой Д. С. было ясно, что он не просто хотел сменить Президента в ходе выборов, а именно убить его или незаконно свергнуть». Также Дарья Зотова рассказала, что Байрамов именно её обвиняет в том, что против него возбуждено уголовное дело. Также женщина представила следователям ФСБ переписку с Байрамовым, где она спорила с ним на политические темы. Эта переписка, хоть и была изучена сотрудниками ФСБ, но в обвинение по уголовному делу не вошла. Нам неизвестно, было ли причиной возбуждения уголовного дела обращение в ФСБ Дарьи Зотовой или сотрудники ФСБ выявили его комментарий под новостью о мобилизации самостоятельно. Достаточно очевидно, однако, что комментарий 2018 года был обнаружен уже после того, как Владимир Байрамов попал в поле зрения сотрудников ФСБ, занявшихся сбором информации против него.  Оценка аудитории высказывания и влиятельности в ней автора высказывания в целом совпадают с оценкой предыдущего комментария Байрамова — за тем исключением, что аудитория паблика «Подслушано Самара» на февраль 2025 года составляет примерно 440 тысяч человек. Здесь также публикуется по несколько десятков новостей в день, многие из них активно комментируются пользователями. Обнаружить посты или комментарии Владимира Байрамова, его упоминания другими пользователями, цитирования его высказываний не удаётся. Очевидно, что комментарий Байрамова был всего лишь одним из многих, посвящённых этой теме. Следствию в качестве аудитории удалось лишь установить двоих возмущённых читателей, ставших свидетелями в уголовном деле (по второму эпизоду оба свидетеля — мужчины).  Что касается содержания второго высказывания, то оно является критическим по отношению к политическому руководству и отражает контекст ситуации — ведущиеся боевые действия. Владимир Байрамов пишет: «вот против кого нужно воевать», представляя это как альтернативу описанной им дихотомии «не хочешь воевать — тюрьма». И хотя форма высказывания достаточно эмоциональна, а текст содержит нецензурные слова, интерпретация их в качестве призыва сомнительно. Эмоциональность его реакции на известие о принудительной отправке на войну, которой он может подвергнуться, очевидно говорит о том, что Байрамов выражает своё возмущение. Скорее, смысл комментария в том, что россияне должны обратить внимание на реальный источник проблем — действующую власть и её репрессивный характер, и начать против неё протестовать или хотя бы не поддерживать. Слово «воевать» здесь, скорее всего, использовано в переносном смысле — в значении «выражать протест». То, что речь идёт не о Путине конкретно, а о собирательном образе власти в целом, говорит и формулировка Байрамова, выступающего «против Путина и его пидоров ручных». То есть в комментарии, на наш взгляд, не идёт речь о посягательстве на жизнь Путина. По поводу этого высказывания специалист подготовил справку №155 от 11.08.2023 г., где указал, что комментарий «содержит высказывание, допускающее интерпретацию в качестве призыва к посягательству на жизнь государственного деятеля Президента РФ В.В. Путина в целях прекращения его государственной, политической деятельности либо из мести за такую деятельность». Наша оценка этого заключения также в целом сходна с приведённой выше в отношении комментария 2018 года.  Рабатский план указывает, что «действие, к которому побуждает высказывание, не обязано совершиться для того, чтобы высказывание могло быть признано преступным. Тем не менее, в какой-то степени должен быть определен потенциальный риск причинения вреда. Это означает, что суды должны будут установить, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие против целевой группы, отдавая себе отчёт в том, что в данном случае должна быть указана достаточно прямая причинно-следственная связь». Нам представляется, что суд над Владимиром Байрамовым проигнорировал это требование и не обосновал наличия вероятности того, что высказывания Байрамова возымеют реальные последствия. Ничто не указывает на то, что и сам Владимир Байрамов рассчитывал на исполнение читателями своего комментария в VK якобы имевшегося у него замысла «пристрелить» Путина и каждого члена «Единой России». Привлечённые следствием «свидетели», якобы прочитавшие комментарии, высказываются о прочитанном исключительно негативно. Не представлено каких-либо доказательств реальной возможности формирования вокруг высказываний Байрамова сообщества граждан, готовых на действия по физическому уничтожению политического руководства РФ.  Владимиру Байрамову назначен срок наказания более чем в два раза ниже минимально возможного по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ (от 5 до 7 лет лишения свободы), что, на наш взгляд, в современных российских реалиях правоприменения является подтверждением очевидного отсутствия вины и малозначительности инкриминированных деяний. В такой ситуации, по нашему мнению, суд вполне мог применить ст. 14 УК РФ, указывающую, что «не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности». Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключенных. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Владимира Байрамова является политически мотивированным, направленным на недобровольное прекращение критики государственной власти, а также на устрашение противников агрессивной войны и общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение прав на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Владимира Байрамова политзаключённым, требует его освобождения и прекращения его уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокат — Хожайнова Елена Александровна Публикации в СМИ: 9 декабря 2024 года, Медиазона. Военный суд в Самаре приговорил электромонтажника к двум годам колонии из‑за комментария о том, что «нужно воевать против Путина» Дата обновления справки: 23.07.2025 г.