Yuriy Belenky, an IT director, was arrested in Moscow on September 29, 2025, and accused of financing terrorism for allegedly donating to Ukrainian causes via cryptocurrency. He reports being beaten during his arrest, and his defense disputes the charges, arguing that donations were for humanitarian aid, not terrorism.

Беленький Юрий Михайлович родился 24 апреля 1977 года, гражданин России, житель Москвы, работал IT директором ООО «DiHouse», женат, имеет на иждивении малолетнего ребенка. Обвиняется по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ («Финансирование терроризма», до пожизненного лишения свободы). Лишён свободы с 29 сентября 2025 года. Полное описание 29 сентября 2025 года Юрий Беленький прилетел в Москву из Болгарии, где проживал с семьёй (женой и сыном) с 2015 года. В аэропорту Шереметьево он был задержан полицией якобы за то, что «находясь в общественном месте — в зале “Прилёт” “Терминала С” аэропорта Шереметьево, выражался нецензурной бранью в общественном месте, на неоднократные замечания граждан прекратить нарушение общественного порядка не реагировал, таким образом, выражая явное неуважение к обществу». Судья Химкинского городского суда Московской области Пожарская Ольга Игоревна назначила ему административный арест на 13 суток по ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ («Мелкое хулиганство»). Мужчина свою вину не признал и заявил, что нецензурной бранью не выражался.10 октября следователь следственного управления по Северному административному округу ГСУ СК РФ по г. Москве Москалец Кристина Сергеевна возбудила в отношении Юрия Беленького уголовное дело на основании рапорта об обнаружении признаков преступления и неких материалов Управления «М» ФСБ России. 12 октября 2025 года, по окончании срока ареста, на выходе из спецприемника его без объяснений снова задержали полицейские, затолкали в автобус и повезли в неизвестном направлении. По словам Беленького, в автобусе его избивали, в том числе ногами, в результате чего у него был сильно повреждён глаз. После избиений его высадили из автобуса и инсценировали задержание, после чего доставили в Следственный комитет (который отчитался об этом на следующий день, опубликовав видео «задержания»). В тот же день Беленькому было предъявлено обвинение по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ («Финансирование терроризма»). По версии следствия, с января 2023 года по январь 2024 года Беленький сделал шесть переводов в криптовалюте на общую сумму 742.26 USDT (62 тысяч рублей по курсу ЦБ РФ) на счета, указанные Аркадием Бабченко в его Telegram-канале, «в целях финансирования Вооружённых Сил Украины, а также· Украинского военизированного националистического объединения “Азов” (батальон “Азов”, полк “Азов”), признанного решением Верховного Суда Российской Федерации террористической организацией». Следствие утверждает также, что Беленький, «используя свой личный аккаунт в мессенджере Телеграмм, уведомил Бабченко А.А. о переведённых денежных средствах». 13 октября 2025 года судья Савёловского районного суда Москвы Зозуля Дмитрий Владимирович в заседании с участием Савёловского межрайонного прокурора Логачёвой И. О. удовлетворил ходатайство следователя Москалец о заключении Юрия Беленького под стражу сроком на два месяца. Впоследствии судья того же суда Карамышева Ольга Павловна продлевала срок содержания под стражей. 14 октября 2025 года в Telegram-канале Бабченко было опубликовано заявление о том, что на указанные им криптосчета не приходили пожертвования от Юрия Беленького, а также, что «на криптосчета собираются пожертвования ТОЛЬКО И ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО на гуманитарные нужды, а именно на средства медицинской помощи: носилки, турникеты, сумки, эвакуационные тележки. Никаким террористическим организациям они не отправляются — отправляются спасателям и парамедикам, сотрудникам ДСНС, чтобы извлекать из-под завалов от российских ракет женщин, детей, стариков». Защиту Юрия Беленького осуществляет адвокат Алексанян Геворг Айкович. 15 октября 2025 года Юрия Беленького включили в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга с пометкой о причастности к терроризму. Основания признания политзаключенным Необоснованность обвинения по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ Предполагаемые действия Юрия Беленького по переводам в криптовалюте следствие квалифицирует по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ как «содействие террористической деятельности — финансирование терроризма, то есть предоставление денежных средств», предназначенных для «финансирования совершения преступлений, предусмотренных ст. 205.2, 205.5 УК РФ». Таким образом, следствие обвиняет Беленького в финансировании «публичных призывов к осуществлению террористической деятельности, публичной пропаганды терроризма или его оправдании» (ст. 205.2 УК РФ) и «организации деятельности террористической организации и участии в деятельности такой организации» (ст. 205.5 УК РФ). Доказанность обвинения в принципе вызывает большие сомнения, особенно же — в том случае, если оно действительно ограничивается вменением переводов именно на счета криптокошельков, управляемых Бабченко, а не какого-либо украинского фонда, который он рекомендовал публично. Хотя Бабченко и сам внесён в список экстремистов и террористов Росфинмониторинга, Беленькому вменяется финансирование не его лично, а «Вооружённых сил Украины и националистического объединения “Азов”». При этом Бабченко регулярно публиковал реквизиты для сбора средств на медоборудование, медикаменты, средства защиты и технику для медиков и спасателей. Нам сложно вообразить, какие доказательства могло представить обвинение в подтверждение того, что Беленький переводил деньги на счета Аркадия Бабченко, осознавая, что они предназначены именно для совершения «публичных призывов к осуществлению террористической деятельности, публичной пропаганды терроризма или его оправдании» и тем более для нужд ВСУ и полка «Азов». Но даже в том случае, если Юрий Беленький действительно переводил деньги с целью использования их для повышения боеспособности ВСУ (включая подразделение «Азов»), мы считаем неверной квалификацию таких действий как финансирования терроризма. В соответствии с Примечанием 1 к ст. 205.1 УК РФ «под финансированием терроризма <….> понимается предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки или совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4, 205.5, 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279 и 360 <….>, либо для финансирования или иного материального обеспечения лица в целях совершения им хотя бы одного из этих преступлений, либо для обеспечения организованной группы, незаконного вооружённого формирования, преступного сообщества (преступной организации), созданных или создаваемых для совершения хотя бы одного из этих преступлений». При это стоит отметить, что контекстом вменённых Беленькому действий является преступная война, развязанная Россией против Украины и осуждённая мировым сообществом и многочисленными международными организациями. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Устав ООН относится к международным договорам Российской Федерации, которые, в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, являются составной частью её правовой системы и обладают приоритетом над национальным законодательством. В связи с этим поддержка Вооружённых сил Украины в её действиях, направленных на самооборону от вооружённой агрессии, является правомерной. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. Именно это даёт основания многим зарубежным государствам оказывать Украине военную помощь, передавая ей различные виды вооружений. Также средства для поддержки обороняющегося государства собирают и перечисляют Украине граждане разных государств по всему миру. Многие граждане России, несогласные с преступной войной, также перечисляют средства на помощь Украине и украинцам: как на гуманитарные цели, так и ВСУ для помощи в отражении российской агрессии. Проживающие за границей россияне могут делать это открыто, однако для тех, кто живёт в России или хотя бы приезжает туда, это может повлечь за собой задержание по уголовному делу.  Что же касается обвинения в финансировании конкретно деятельности подразделения «Азов» и квалификации таких действий по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ , то такая квалификация также является необоснованной в силу следующих обстоятельств. Батальон «Азов» был создан весной 2014 года как добровольческое формирование. 5 мая 2014 года на основании решения Министерства внутренних дел Украины он стал батальоном патрульной службы милиции особого назначения. 17 сентября 2014 года приказом главы МВД Украины батальон был реорганизован в полк милиции особого назначения «Азов». 11 ноября 2014 года в соответствии с приказом министра МВД Украины полк был переведён в состав Национальной гвардии Украины, в которой стал отдельным отрядом специального назначения «Азов», который на момент боёв за Мариуполь в 2022 году входил в состав 12-й бригады оперативного назначения НГУ (войсковая часть № 3057). В феврале 2023 года «Азов» был расширен и фактически заменил собой эту бригаду. В апреле 2025 года на базе 12-й бригады спецназначения «Азов» Национальной гвардии Украины было сформировано новое оперативно-тактическое объединение — 1-й корпус «Азов». Таким образом, «Азов» — это воинское формирование, которое финансируется из бюджета государства, подчиняется единому командованию и выполняет общие с Вооружёнными силами Украины боевые цели и задачи. Всё это не отрицается российскими правоохранительными органами и судами и прямо указывается в известных нам обвинительных заключениях и приговорах по делам против военнослужащих, проходивших службу в этом подразделении, или другим делам, связанным с «Азовом». Так, например, в материалах уголовного дела жителя Новосибирска Ильи Бабурина, обвиняемого в участии в этом формировании, имеется копия сообщения Главного управления Генерального штаба Вооружённых Сил Российской Федерации от 27 апреля 2023 года, согласно которому «полк специального назначения “Азов” в составе национальной гвардии Министерства внутренних дел Украины является вооружённым формированием, непосредственно противостоящим Вооружённым Силам Российской Федерации в зоне боевых действий при проведении специальной военной операции по демилитаризации и денацификации Украины».  Следует отметить, что на начальном этапе существования «Азова» (в 2014–2015 годах) в его рядах было немало выходцев из националистических организаций, кроме того, в тот период к «Азову» примкнули и иностранные добровольцы, в т.ч. российские неонацисты. Однако в последние годы и на настоящий момент «Азов» гораздо менее политизирован, он в целом превратился в ординарное подразделение, подчиняющееся воинскому уставу и полностью интегрированное в структуру Национальной Гвардии Украины. Лица, проходившие в нём воинскую службу по контракту либо работавшие в качестве вольнонаёмных служащих, являются, таким образом, обычными военнослужащими, которые в ситуации вооружённого конфликта имеют статус комбатантов и пользуются при попадании в плен всеми соответствующими правами. «Украинское военизированное националистическое движение «Азов» (батальон «Азов», полк «Азов»)» включено под указанным наименованием в единый федеральный список организаций, признанных в соответствии с законодательством РФ террористическими на основании решения Верховного суда РФ от 2 августа 2022 года, вступившего в законную силу 10 сентября 2022 года. Мы считаем это решение недостаточно обоснованным и законным как по процессуальным, так и по материальным (содержательным) основаниям.  Решение было принято за одно заседание, прошедшее в частично закрытом режиме. Судом была оглашена резолютивная часть решения: «Признать украинское военизированное националистическое объединение «Азов» (другие используемые наименования — батальон «Азов», полк «Азов») террористической организацией и запретить её деятельность на территории РФ». Также для представителей СМИ была организована трансляция части выступлений экспертов с обоснованием необходимости признания «Азова» террористической организацией. Из этих выступлений, а также из заявления ВС РФ можно сделать вывод о том, что в основу решения были положены свидетельства о нарушении прав мирных жителей в 2014–2015 годах со стороны отдельных представителей «Азова» на территории так называемой ДНР. На наш взгляд, даже если подобные нарушения или военные преступления имели место, их совершение отдельными представителями формирования (тем более задолго до рассмотрения дела в Верховном суде РФ) не даёт оснований для признания целой структуры террористической, тем более c учётом того, что за прошедшее с тех пор время «Азов» подвергался неоднократной реорганизации и как юридически, так и фактически является уже иным подразделением.Заседание по делу проходило частично в закрытом режиме, а решение суда не было опубликовано полностью. При этом оно обладает всеми ключевыми характеристиками нормативно-правового акта и, следовательно, должно быть доступно для ознакомления, исходя из следующих обстоятельств. Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 50, нормативный правовой акт должен обладать следующими признаками: Быть изданным в установленном порядке уполномоченным органом государственной власти. Содержать правовые нормы (правила поведения), обязательные для неопределённого круга лиц. Быть рассчитанным на неоднократное применение. Быть направленным на урегулирование общественных отношений или изменение (или прекращение) существующих правоотношений. Указанное решение было вынесено судом, уполномоченным на принятие таких актов. Хотя оно принималось в отношении конкретной организации, последствия его вступления в законную силу затрагивают права, свободы и обязанности неопределённого круга лиц, поскольку на основании этого судебного решения возможно привлечение к уголовной ответственности по различным статьям Уголовного кодекса РФ, в том числе и ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ, которая вменяется Юрию Беленькому. Признание «Азова» террористической организацией влечёт за собой постоянный запрет на осуществление его деятельности как минимум на территории РФ (а сложившаяся правоприменительная практика распространяет этот запрет и за её пределы) и сотрудничество с ним для неопределённого круга лиц. Такой запрет имеет своей целью прекращение и предотвращение любых общественных отношений, связанных с деятельностью «Азова». Это судебное решение уже неоднократно применялось для уголовного преследования лиц по различным статьям УК РФ в связи с обвинениями в сотрудничестве в той или иной форме с «Азовом». Отсутствие публикации этого решения Верховного Суда и его использование для уголовного преследования по делам третьих лиц представляется нам противоречащим ч. 3 ст. 15 Конституции РФ, согласно которой «любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения».Только в июне 2025 года Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» смог получить полный текст решения Верховного суда. Оно содержалось в материалах уголовного дела против руководителя проекта Сергея Давидиса, обвинённого в оправдании терроризма за репост в Facebook сообщения о признании политзаключёнными украинских военнопленных «азовцев».  Анализ текста решения Верховного Суда РФ о признании «Азова» террористической организацией, принятого 2 августа 2022 года, в очередной раз показывает произвол и пренебрежение к праву, лежащие в его основе. Набор бездоказательных утверждений, беззаконное распространение юрисдикции российского суда на территорию Украины, несколько не связанных между собой событий, приговоров и решений по делам об административных правонарушениях стали основанием для абсурдного преследования по террористическим статьям десятков людей — как украинцев, так и россиян. Вопиюще слабая аргументация, содержащаяся в судебном решении, вероятно, и является причиной того, почему оно так долго не было опубликовано.  Как мы обосновывали выше, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованны. Согласно Конституции Украины, территория «ЛНР» и «ДНР» была и остаётся законной территорией Украины, находящейся под российской оккупацией, а действия Вооружённых сил Украины, Национальной гвардии Украины, в том числе подразделения «Азов» и его бойцов, с точки зрения как украинского, так и международного права, — законными действиями по восстановлению конституционного порядка и отражению военной агрессии. Тем самым, нет никаких оснований для объявления террористическим этого официального воинского подразделения Украины, действующего на её территории.  Более того, на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Так, они прямо утверждают: «Действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, как эти термины понимаются в международном гуманитарном праве, которые регулируются этим правом, не регулируются настоящей Конвенцией, как и не регулируются ею действия, предпринимаемые вооружёнными силами государства в целях осуществления их официальных функций, поскольку они регулируются другими нормами международного права». Подобные положения закреплены, например, в Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4).  Тем самым эти договоры исключают квалификацию действий личного состава сторон конфликта, осуществляемых в рамках этого конфликта, на основании норм по борьбе с терроризмом. Такие действия должны быть оценены в соответствии с международным гуманитарным правом, которое, в свою очередь, не предполагает ответственности лишь за обычное участие в боевых действиях. Вменённая Беленькому ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ требует, чтобы финансирование было направлено на организацию, подготовку или совершение преступлений, перечисленных в Примечании 1 к указанной статье. Ни одно из вышеперечисленных преступлений не применимо к деятельности «Азова», поскольку это подразделение Национальной гвардии было создано и действует для решения задач, предусмотренных законодательством Украины, в первую очередь — восстановления конституционного порядка и отражения военной агрессии по отношению к Украине. В настоящее время отсутствуют какие-либо основания полагать, что «Азов» организует или совершает теракты на территории России. Возможные же действия воинских подразделений Украины, в том числе «Азова», против законных военных целей на территории РФ и её вооружённых сил не могут квалифицироваться как терроризм исходя из вышеизложенных аргументов. Таким образом, перечисление средств в пользу «Азова» не могут быть квалифицированы как «финансирование терроризма».  Обстоятельства преследования Юрия Беленького Обратим внимание, что возбуждению уголовного дела в отношении Юрия Беленького и предъявлению ему обвинения предшествовало отбывание им административного ареста после задержания сразу же по прилете в аэропорт Шереметьево. Такая практика (зачастую следует несколько арестов один за другим, получивших название «карусельных арестов») используется правоохранительными органами как альтернатива заключению под стражу в СИЗО в том случае, когда на человека ещё не заведено уголовное дело: в отношении находящегося в активной оперативной разработке и де-факто подозреваемого лица фабрикуют одно или несколько дел об административных правонарушениях подряд и на этом основании удерживают его в спецприёмнике.  В последние годы такой метод активно используется в преследованиях по политическим делам. Адвокат правозащитного проекта «Первый отдел» Евгений Смирнов считает, что у «карусели» арестов могут быть разные цели. Одна из них — склонить к признательным показаниям. Вторая — «зафиксировать человека» и потянуть время до того момента, когда будет собрано достаточно фактуры для возбуждения уголовного дела. Административный арест в этом случае очень удобен: силовики имеют право изымать у «подозреваемого» и исследовать его телефон, проводить осмотр жилья (по факту — обыск) и «опрашивать» самого человека и его близких. «То есть они готовятся к уголовному делу и одновременно давят на человека, стараются сломить волю», — говорит Смирнов. Известны случаи применения «карусельных арестов» во многих российских регионах — в отношении Александра Крайчика, Ление Умеровой, Николая Онука и многих других. Долгое время рекордным по продолжительности «карусели» являлось дело Дмитрия Полунина, который до предъявления уголовного обвинения провёл под арестом по административным статьям 140 суток подряд, однако, с большой долей вероятности, ещё больше времени провёл под такими арестами Николай Еланкин. Возможно, он находился в спецприёмниках, не выходя на свободу, с конца декабря 2024 года по июль 2025 года и провёл там суммарно более 170 дней.  Это лишь единичные примеры из практики, которая получила широкое распространение. Безусловно, мы критически относимся к доказательствам, полученным с помощью превентивных административных арестов по сфабрикованным обвинениям. Описание Беленьким обстоятельств его задержания после отбытия административного ареста дают основания подозревать силовиков в применении к нему пыток, прямо запрещённых в ч. 2 ст. 9 УПК РФ. Их использование должностными лицами с целью получения показаний квалифицируется как преступление в соответствии со ст. 286 УК РФ. Насколько известно, Беленький не подписывал каких-либо признательных показаний, но если таковые и обнаружатся в деле, любые показания, данные в таких обстоятельствах, в соответствии со ст. 75 УПК РФ не должны считаться допустимыми доказательствами, а тем более — ложиться в основу обвинительного приговора, как полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона.Насколько известно, проживая в последние годы с семьёй в Болгарии, Беленький не раз приезжал в Москву по рабочим делам, в том числе минимум дважды — в 2025 году. Уголовные преследования россиян, которые проживают за границей, однако в какой-то момент возвращаются в Россию или приезжают туда на время по личным или рабочим обстоятельствам, стали заметным трендом политических репрессий. Подробнее об этом можно почитать в нашем обзоре.Стоит также отметить, что Юрий Беленький — не первый россиянин, преследуемый за поддержку Украины в связи с предполагаемым переводом на счёт Аркадия Бабченко. Ранее мы признали политзаключённой сотрудницу Центробанка из Ростова-на-Дону Елену Попову, приговорённую за перевод блогеру 7 тысяч рублей к 12 годам колонии по ст. 275 УК РФ («Государственная измена»).  Проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Юрия Беленького является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и других прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Юрия Беленького политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Публикации о деле: 13 октября 2025 г. Медиазона. Жителя Москвы обвинили в финансировании терроризма из-за перевода криптовалюты на счёт, который опубликовал Аркадий Бабченко Дата обновления справки: 04.03.2026 г.