Азат Мифтахов, анархист и аспирант, был приговорен к 6 годам за хулиганство в 2021 году, после чего был немедленно повторно арестован сразу после освобождения. Впоследствии он был приговорен к 4 годам за публичное оправдание терроризма на основании поста в социальных сетях.

Мифтахов Азат Фанисович родился 22 марта 1993 года, жил в Москве, аспирант мехмата МГУ, анархист. 18 января 2021 года приговорён к 6 годам колонии общего режима по ч. 2 ст. 213 УК РФ («Хулиганство группой лиц по предварительному сговору»). 4 сентября 2023 отбыл наказание, но на выходе из колонии был задержан и отправлен под стражу по новому делу. 28 марта 2024 года приговорён по ч. 1 ст. 205.2 УК РФ («Публичное оправдание терроризма») к 4 годам лишения свободы с отбыванием первых 2 лет 6 месяцев в тюрьме. Лишён свободы с 1 февраля 2019 года. Полное описание Дело 2019 года Эпизод 1: изготовление взрывного устройства в Балашихе 1 февраля 2019 года в Москве и Московской области были задержаны в общей сложности 12 человек, связанных, по мнению ФСБ, с анархистским общественно-политическим движением «Народная самооборона». В том числе был задержан и аспирант мехмата МГУ Азат Мифтахов. Все они были доставлены в управление МВД по городу Балашиха. Ряд задержанных утверждают, что там они подверглись пыткам и иным формам психологического и физического давления. В тот же день все, кроме Мифтахова, были отпущены. Адвокаты Мифтахова не могли пройти к нему в течение суток, во время которых, по информации задержанных и защиты Мифтахова, он подвергался жестоким пыткам со стороны сотрудников МВД и ФСБ. По их версии, это было связано с тем, что силовики подозревали Мифтахова в изготовлении взрывного устройства, обнаруженного 11 января 2018 года в лесополосе в Балашихе в окрестностях улицы Владимирская, и в том, что он якобы планировал взорвать проходящий поблизости магистральный газопровод. В материалах уголовного дела, с которыми смог ознакомиться ПЦ «Мемориал», говорится об обмотанном скотчем пластиковом контейнере, внутри которого было порошкообразное вещество серого цвета, которое «относится к типу окислителя горючего», металлические болты, гайки и металлические шарики от подшипников. Адвокат Мифтахова Светлана Сидоркина в заявлении в СК РФ по факту пыток в отношении её подзащитного утверждает, что «Мифтахова били ладонями по лицу, ударяли кулаком в грудь, пинали ногами по различным частям тела, что причиняло физические страдания. Один из сотрудников приставил к груди Мифтахова А.Ф., предмет, похожий на электрический шуруповёрт, от соприкосновения с которым он испытал сильную физическую боль и на грудной клетке снизу, справа, остался след с кровоподтеком». Помимо этого силовики обещали, что изнасилуют задержанного с помощью шуруповёрта, если он откажется дать признательные показания. Мифтахов был вынужден вскрыть вены для того, чтобы его хотя бы временно перестали пытать и отвезли в больницу. Только 3 февраля его адвокат Светлана Сидоркина смогла пройти в здание отдела полиции, где его незаконно удерживали более суток. Всё это время сотрудники полиции категорически отказывались признавать факт нахождения Мифтахова в отделе полиции или в ИВС. При этом, например, телеканал РЕН ТВ со ссылкой на силовиков сообщал о его задержании ещё 1 февраля 2019 года в 13:33, заявив, что Мифтахов «признался, что готовил так называемую “кису” (жидкое нестабильное взрывчатое вещество) и трижды испытывал её в парке вуза в сентябре 2018 года», а также «планировал изготовить ещё одно взрывное устройство, но не успел». В свою очередь в провластных Telegram-каналах было размещено видео, в котором силовики во время обыска обсуждали с Мифтаховым пероксид ацетона, т.н. «кису», который он предположительно изготавливал. «Медиазона» отмечает, что диалог Мифтахова с силовиками был показан не целиком, а некоторые его фрагменты были вырезаны. Нам неизвестно, действительно ли Мифтахов изготавливал и испытывал пероксид ацетона, в каком агрегатном состоянии он находился, а также то, насколько добровольно он сообщил вышеуказанную информацию силовикам, но мы считаем необходимым критически относиться к этим сведениям из-за незаконности удержания Мифтахова и того, что к нему применялись пытки. Помимо этого, об отсутствии в действиях Мифтахова состава преступления свидетельствует то, что ему не инкриминировали производство и хранение пероксида ацетона, а исключительно изготовление вышеуказанного СВУ. 4 февраля 2019 года Балашихинский городской суд Московской области продлил срок задержания Мифтахова по делу, возбуждённому в его отношении по ч. 1 ст. 223.1 УК РФ («Незаконное изготовление взрывчатых веществ и взрывных устройств»), на 72 часа в связи с обращением в суд следователя следственного управления МУ МВД России «Балашихинское» Голобородко В.В. Это решение было принято по ходатайству прокуратуры, посчитавшей, что следствие должно представить сведения, подтверждающие необходимость избрания в отношении активиста меры пресечения в виде содержания под стражей. Эпизод 2: нападение на офис «Единой России» в Ховрине 7 февраля 2019 года срок задержания Мифтахова по делу о производстве взрывчатки истёк. Следствие, очевидно, не имевшее достаточных доказательств его вины, не стало повторно выходить в суд с ходатайством о взятии его под стражу. Он был формально освобождён без уведомления адвоката, однако на выходе из ИВС повторно задержан сотрудниками правоохранительных органов и доставлен в здание УВД по САО ГУ МВД по городе Москве. На этот раз Мифтахову было предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 213 УК РФ («Хулиганство группой лиц по предварительному сговору») в связи с нападением на офис «Единой России» 31 января 2018 года. В ходе этого нападения было разбито одно окно и в него была заброшена дымовая шашка. Первоначально дело было возбуждено отделом дознания ОМВД по району Ховрино по ч. 1 ст. 214 УК РФ («Вандализм»), не предусматривающей лишение свободы. Лишь 28 марта 2018 года постановлением зампрокурора города Москвы дело было переквалифицировано на ч. 2 ст. 213 УК РФ, а 7 июня 2018 года — передано в следственную часть следственного отдела УВД по САО ГУ МВД по городе Москве. В рамках данного дела тоже ранее задерживались анархисты, и к ним, по их свидетельствам, аналогичным образом применялись пытки. 9 февраля 2019 года Головинский районный суд города Москвы рассмотрел ходатайство начальника 2 отдела следственного управления следственной части УВД по САО Иванова И.С. об избрании в отношении Мифтахова меры пресечения в виде заключения под стражу и принял решение продлить срок задержания на 72 часа из-за недостатка доказательств вины обвиняемого. Только 12 февраля 2019 года судья Головинского районного суда Базаров С. Н. смог избрать в отношении Мифтахова меру пресечения в виде заключения под стражу. Это было сделано с третьей попытки, при том что Мифтахов формально находился под стражей со 2 февраля, а фактически — с 1 февраля 2019 года. В качестве одного из аргументов при избрании меры пресечения следствием был представлен билет в Республику Беларусь, приобретённый на имя Мифтахова 11 февраля 2019 года, т.е. в то время, когда он находился в ИВС после продления в его отношении меры пресечения. Рассмотрение дела о нападении на офис «Единой России» началось в Головинском районном суде в июле 2020 года. Кроме Мифтахова, подсудимыми были Елена Горбань и Андрей Ейкин. Азат Мифтахов себя виновным не признал, Елена Горбань признала вину частично, Андрей Ейкин — полностью. При этом оба они отрицали причастность к их действиям Азата Мифтахова. В декабре 2020 года обвинение потребовало для Мифтахова 6 лет колонии общего режима. Доказательством причастности Азата Мифтахова к нападению на офис «Единой России» стали показания засекреченного свидетеля, который якобы видел Мифтахова рядом с местом событий; тот был в маске, но свидетель опознал его по бровям. 18 января 2021 года судья Головинского районного суда Москвы Сергей Николаевич Базаров признал Мифтахова виновным по ч. 2 ст. 213 УК РФ («Хулиганство группой лиц по предварительному сговору») и приговорил к 6 годам лишения свободы в колонии общего режима. Горбань и Ейкин получили условные сроки. 9 июня 2021 года Московский городской суд под председательством судьи Алексея Ивановича Мариненко оставил приговор в силе. 21 апреля 2022 года 2-й кассационный суд сократил срок Мифтахову на 3 месяца. Дело 2023 года  17 августа 2023 года Росфинмониторинг внёс Мифтахова в перечень террористов и экстремистов. 4 сентября 2023 года Азат, отбыв назначенное наказание, должен был освободиться из ИК-17 в Омутнинске Кировской области. На выходе из колонии он был задержан. Ему разрешили пятиминутное общение с близкими, пришедшими его встречать, после чего увезли в Киров. Там ему в тот же день было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 205.2 УК РФ («Публичное оправдание терроризма», до 5 лет лишения свободы). Дело вёл следователь УФСБ по Кировской области Пономарёв А. А. В конце февраля Мифтахов был этапирован в Екатеринбург, где рассматривал его дело Центральный окружной военный суд. По версии следствия, в период с 21:00 и до 21:45 21 мая 2023 года у Мифтахова возник умысел на публичное оправдание терроризма в присутствии осуждённых, находившихся вместе с ним в комнате воспитательной работы исправительной колонии. Такой умысел следствие связывает с тем, что Мифтахов является активным участником «межрегионального леворадикального анархистского движения “Народная самооборона”», негативно относится к органам власти РФ и «считает необходимым совершение террористических актов на территории Российской Федерации в целях свержения действующей власти и изменения конституционного строя». «Реализуя свой преступный умысел, в этот же день и в указанное время, находясь в помещении комнаты воспитательной работы <…>, умышленно, с целью признания практики терроризма правильной, нуждающейся в поддержке и подражании, в ходе беседы с осуждённым Трушковым Е. А., в присутствии Гаджимурадова Р. Э. о. и “Наумова Андрея Николаевича”, а также других осуждённых, публично осуществил высказывания…». В вину Азату Мифтахову ставят комментарии, якобы оправдывающие поступок 17-летнего анархиста Михаила Жлобицкого, который подорвал себя на входе в здание ФСБ в Архангельске в октябре 2018 года: «Я давно ждал, что найдётся человек, который подорвёт здание ФСБ, не важно, в каком регионе, это причиняет боль Путину и меня это радует. Это очень тонкая работа профессионала, и это не варварский поступок»; «Я восхищаюсь действиями Михаила Жлобицкого, который не побоялся положить свою жизнь в борьбе с режимом Путина». О том, что Азат Мифтахов произнёс эти слова в комнате воспитательной работы ИК-17, свидетельствуют осуждённый Трушков Евгений Анатольевич (близкий знакомый Мифтахова), осуждённый Гаджимурадов Руфан Элхан оглы, а также тайный свидетель «Наумов Андрей Николаевич». Экспертиза нашла в этих высказываниях Азата Мифтахова «совокупность лингвистических и психологических признаков оправдания практики совершения насильственных (в том числе террористических) действий». Также Трушков показал, что в ходе его личного общения с Мифтаховым тот рассказывал ему, что идеями анархизма он проникся под влиянием преподавателя МГУ Михаила Лобанова, что он состоит в некоем анархистском движении, название которого отказался сообщать, что цель этого движения — «освобождение “простых” жителей страны от гнёта властей и правоохранителей». Кроме того, Мифтахов якобы рассказывал Трушкову, что очень уважает Жлобицкого и считает его «народным героем». По мнению Трушкова, во время просмотра новостей 21 мая 2023 года Мифтахов был расстроен увиденной новостью о гибели некоего «Димы Эколога», который был его личным знакомым (по всей видимости, речь идёт о воевавшем на стороне Украины анархисте Дмитрии Петрове). Тогда же, со слов Трушкова, Мифтахов сказал, что «войну с русскими оккупантами можно вести не только в зоне боевых действий, но и на территории России, подобно тому, как это сделал Жлобицкий Михаил». Мифтахов категорически отрицает свою причастность к вменяемому преступлению. Он заявил, что рассматривает новое уголовное дело как месть и последовательное преследование за гражданскую позицию и анархистскую деятельность. Выступая в суде, Мифтахов отметил, что спорил с другими заключенными о взятии города Бахмут, однако про Жлобицкого ничего не говорил. Представитель гособвинения просил назначить Мифтахову 3 года в колонии строгого режима. 28 марта 2024 года судья Центрального окружного военного суда Екатеринбурга Алексей Валерьевич Колесников признал Азата Мифтахова виновным в оправдании терроризма (ч. 1 ст. 205.2 УК РФ) и приговорил к 4 годам лишения свободы с отбыванием первых 2 лет и 6 месяцев — в тюрьме, а остального срока — в колонии строгого режима. Основания признания политзаключённым Дело 2019 года. Приговор по ч. 2 ст. 213 УК РФ В марте 2019 года Правозащитный центр «Мемориал» признал Азата Мифтахова политическим заключённым по следующим основаниям. С точки зрения ПЦ «Мемориал», дело Мифтахова является одним из наиболее ярких и откровенных примеров использования «юридических» процедур для подавления неугодной властям общественной активности. Мы не давали оценок информации об общественно-политической активности Мифтахова и о том, действительно ли он участвовал в деятельности анархистского движения. Тем не менее, фактически обстоятельства дела позволяют с уверенностью говорить о том, что его преследуют именно в связи с этими формами активности. Доказанным, с нашей точки зрения, является то, что в отношении Мифтахова и других фигурантов дела о взрывчатке в Балашихе применялись пытки. Именно в то время, когда они применялись, адвокат Сидоркина пыталась пройти в МУ МВД «Балашихинское», где незаконно удерживали задержанных. Мифтахов утверждает, что в его отношении применялась пытка шуруповёртом (следы на теле зафиксированы членами Общественной наблюдательной комиссии и его защитой), при этом ему угрожали, что подвергнут сексуальному насилию с использованием этого инструмента. Факт пыток подтвердили и задержанные 1 февраля 2019 года Илья Губский и Даниил Галкин, рассказавшие о них «Медиазоне». В сентябре 2023 года стало известно, что Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) присудил Азату Мифтахову 26 тысяч евро компенсации из-за избиения силовиками. Впрочем, даже использование пыток не помогло силовикам осуществить правдоподобную фабрикацию уголовного дела. Мифтахов был дважды задержан по не связанным друг с другом уголовным делам. Аргументы следствия о причастности активиста к инкриминируемым преступлениям были при этом настолько несостоятельны, что его взяли под стражу только с третьей попытки, что является практически уникальным. По делу об изготовлении взрывного устройства следствие не представило вообще никаких доказательств причастности Мифтахова к изготовлению взрывного устройства, имевшему место за год до его задержания. Единственный свидетель, чьи показания были приобщены к делу, Даниил Галкин, не сообщил никаких сведений про якобы изготовление Мифтаховым взрывных устройств или взрывчатки (от соответствующих показаний, данных под пытками, он отказался сразу после освобождения). По второму же уголовному делу практически единственным аргументом в пользу заключения под стражу стали показания засекреченного свидетеля «Петрова Андрея Ивановича», что делает эту ситуацию ещё более возмутительной. Данный «свидетель» не смог вспомнить, в какую одежду был одет Мифтахов в ночь нападения на офис «Единой России», не смог описать, в чём конкретно заключалась роль активиста во время этого нападения, помимо нахождения на месте преступления, что не помешало ему опознать якобы находившегося в маске Мифтахова по «выразительным бровям». «Свидетель», по всей видимости являвшийся или сотрудником силовых структур, или их агентом, на очной ставке заявил, что пришёл в полицию и дал показания на Мифтахова спустя год после описываемых событий из-за занятости и того, что в день нападения у него разрядился телефон. Примечательно, что этот свидетель или действительно умер, или был объявлен умершим (что сложно установить доподлинно в связи с его засекречиванием) ещё до начала судебного процесса по делу Мифтахова. Согласно свидетельству о смерти, «Петров» умер 15 января 2020 года от «травмы сердца». Показания тайного свидетеля зачитали в зале суда. Естественно, защита была лишена возможности задать вопросы по этим весьма неправдоподобным показаниям. Политический мотив преследования Мифтахова и других анархистов при этом очевиден. На фоне непрекращающихся репрессий против анархистов и антифашистов, резко усилившихся в 2017-2018 годах, возбуждение в отношении Азата Мифтахова сразу двух уголовных дел является очевидной попыткой ослабления анархистского движения в целом и «Народной самообороны» в частности. Органы государственной власти, в первую очередь ФСБ, культивируют образ анархистов, представляющих общественную опасность, причастных к терроризму и к попыткам дестабилизации общественно-политической сферы. Задержанных анархистов при этом рутинно и практически неприкрыто пытают. Одновременно с этим происходит подавление всякой несистемной, неформальной самоорганизации, особенно (хотя и не только) молодёжной. Об этом говорят многочисленные сфабрикованные дела в отношении неугодных силовикам лиц иных взглядов (общеоппозиционных, националистических, религиозных и т.п.). Кроме инструментальной задачи прекращения активности репрессируемых активистов, как и всегда, дополнительной целью силовых структур является воздействие на общество, которому посылается сигнал о том, что любого рода оппозиционная общественно-политическая активность является нежелательной для власти и опасной для её участников. Активисты «Народной самообороны» в связи с этим полагали, что задержание Азата Мифтахова было связано с попыткой силовиков сфабриковать дело в отношении лиц, так или иначе связанных с этой организацией, о создании экстремистского сообщества, аналогичное делам «Сети» и «Нового Величия». В постановлении суда об избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражей по делу о разбитом окне было указано, что Мифтахов «по оперативной информации является активистом незарегистрированного межрегионального леворадикального анархистского движения, ставящего своей целью осуществление неконституционной смены власти путём организации в городе Москве массовых беспорядков по сценарию “цветных революций”». Необходимо заметить, что, по одной из версий, уголовное преследование Азата Мифтахова связано не только с желанием силовиков запугать анархистов, но и с намерением пресечь их деятельность в рамках антирейдерского движения. Мифтахову ещё до задержания с июля 2018 года прямо угрожали в анонимных Telegram-каналах, связываемых с силовыми структурами. В частности, в них распространили ложную информацию о его задержании в Нижнем Новгороде 16 января 2019 года и выложили скан его паспорта. В тот же день в его комнате в аспирантском общежитии прошёл обыск. Дело 2023 года. Обвинение по ч. 1 ст. 205.2 УК РФ  Можно предполагать, что продолжение преследования Азата Мифтахова связано со всеми вышеописанными политическими мотивами в их динамическом развитии. Правозащитник Лев Пономарёв так прокомментировал задержание Азата Мифтахова сразу у ворот колонии: «Они в него вцепились, как псы в добычу. Это связано с тем, что им как-то не удавалось его осудить надолго и сразу, хотя они очень пытались. К нему применялись пытки. Его вывозили в Московскую область, чтобы там пытать и выбивать из него показания. Но как-то не получалось: он парень крепкий. Это их раздражает. Его связывали с делом “Сети”, которая была признана террористической организацией. С самого начала говорили, что ячейки “Сети” есть в Пензе, в Санкт-Петербурге и в Москве. В Москве всё не было и не было ячейки, а потом, когда Азата Мифтахова задержали за то, что он бросил в здание и разбил стекло офиса “Единой России”, вдруг стали говорить, что он был лидером ячейки этой организации. Но тогда это дело не довели до конца, видимо, не хватило каких-то фактов или ещё чего-то. И вот сейчас его снова хотят закрыть за какую-то ерунду…». Оценивая обстоятельства возбуждения против Мифтахова нового уголовного дела и суть обвинения, мы склонны согласиться с правозащитником в его оценке мотивов и качества обвинения. В данном случае предлогом для преследования активиста стало, как и в случае многих других политически мотивированных дел, «оправдание терроризма» в связи с самоподрывом анархиста Михаила Жлобицкого в архангельском УФСБ. ОВД-Инфо сообщает, что по состоянию на июнь 2024 года известно не менее чем о 55 уголовных делах об «оправдании терроризма», возбуждённых в связи с высказываниями об этом событии. Несмотря на то, что с момента самоподрыва Михаила Жлобицкого прошло уже более пяти лет, дела об оправдании его действий продолжают возбуждать, а суды выносят обвинительные приговоры. Эта репрессивная кампания используется ФСБ для подавления важной общественной дискуссии об опасной и вредной роли этой спецслужбы в современной России, и о преступных методах государства, зачастую повторяющих практики 70-90-летней давности. К тому времени, когда якобы состоялся разговор Мифтахова с Трушковым в комнате воспитательной работы колонии, силовые структуры, а в особенности ФСБ, получили практически неограниченную власть и жестоко подавляют гражданское общество. Контекстом предполагаемого высказывания Азата Мифтахова являлось последовательное ущемление гражданских свобод в России: постепенное подавление независимых СМИ, фактически состоявшийся запрет на публичные выражения мнения в виде митингов, пикетов, усиливающаяся цензура, отсутствие мер гражданского контроля за силовыми структурами, в том числе или прежде всего — в местах лишения свободы. Свидетелями по новому обвинению Азата Мифтахова являются исключительно заключённые. Их условия жизни и даже сроки выхода на свободу полностью зависят от сотрудников силовых структур, поэтому показания таких свидетелей не могут считаться объективными. То, что единственными доказательствами якобы имевшего места преступления являются именно показания заключённых, заставляет относится критически к самому утверждению о событии преступления. Обратим также внимание, что уже не первый раз в делах лиц, признанных нашим проектом политзаключёнными, новое уголовное дело формируется во время отбывания наказания по другому уголовному делу и с помощью показаний заключенных. Ровно таким же образом возникло уголовное дело по ч. 1 ст. 205.2 УК РФ («Публичное оправдание терроризма») против политзаключённого Алексея Горинова. В новом деле против Мифтахова один из свидетелей засекречен. Однако в обвинительном заключении отсутствуют какие-либо обоснования необходимости такого засекречивания. Наш Проект давно и последовательно выступает с критикой практики использования тайных свидетелей, всё шире применяющейся в уголовных делах, ведущихся ФСБ. Свидетели дают показания не присутствуя в зале суда, с изменёнными компьютером голосами, их лица не демонстрируются на экране в суде, а личность может быть известна только следователю и суду. Советом Европы на основе прецедентного права ЕСПЧ в Рекомендациях № (2005) 9 «О защите свидетелей и лиц, сотрудничающих с правосудием» пункте № 21 Приложения к ним говорится: приговор не должен основываться исключительно или в значительной степени на показаниях, данных анонимными свидетелями. Согласно п. 19 и 20 того же Приложения, «дача показаний под псевдонимом должна являться исключительной мерой безопасности и применяться в случае серьёзной угрозы жизни или свободе лица, обладающего значимой доказательственной информацией и заслуживающего доверия; стороны должны иметь право оспорить правомерность использования данной меры безопасности». Как сказано выше, следствие по делу не представило доказательств наличия реальной опасности жизни и здоровью свидетеля, которая могла бы стать причиной для его засекречивания. Тем более показательно уже второе появление такого тайного свидетеля в делах против Азата Мифтахова. О первом таком «свидетеле» сказано в описании причин признания Мифтахова политзаключённым по его делу о нападении на офис «Единой России». В том случае также не обосновывались причины засекречивания свидетеля, сами показания и обстоятельства их появления вызывали серьёзные сомнения, в суде «свидетель» не появился, поскольку якобы умер от «травмы сердца». Мы считаем практику засекречивания свидетелей в существующем виде незаконной, упрощающей фабрикацию доказательств и ограничивающей право обвиняемых на защиту. Адвокат Азата Мифтахова Светлана Сидоркина в прениях в суде отметила по поводу показаний свидетелей, на базе которых выстроено обвинение: «Данные сведения появились с подачи сотрудника Двойнишникова, который проводил опрос Г. и Т. Два свидетеля дословно и идентично помнили слова и спустя 2 месяца сообщили одно и то же на опросе. Это удивительно — иметь такую память! Слова, якобы сказанные Мифтаховым, якобы запомнили два свидетеля, и речь отразилась дважды — идеально, след в след, в устной и письменной речи!». Таким образом, мы ставим под сомнение сам факт высказываний, которые следствие приписывает Азату Мифтахову и которые удивительным образом слово в слово повторили в своих показаниях трое заключённых. Якобы Азат Мифтахов обращался только к одному из них, второй услышал эти не обращённые к нему слова, понимая, о чём идёт речь, а третий утверждает, что в тот момент вообще ничего не понял, о Жлобицком не знал, но запомнил слова Мифтахова так хорошо, что показания всех троих не разошлись ни в одном слове. Экспертиза этих слов Азата Мифтахова, обнаружившая в них «совокупность лингвистических и психологических признаков оправдания практики совершения насильственных (в том числе террористических) действий» была проведена 2 августа 2023 года. При этом показания всех троих свидетелей об этих словах датированы 29 августа 2023 года, то есть были зафиксированы уже после проведения экспертизы. Вероятно, эксперту было предложено проводить оценку неких высказываний, описанных в «опросах» Трушкова и Гаджимурадова, не являющихся доказательствами по делу. Такой порядок проведения экспертизы и возбуждения уголовного дела является нарушением законной процедуры и дополнительно ставит под сомнение объективность расследования. Даже сомневаясь в событии преступления и точности фиксации слов Мифтахова в случае, если они были сказаны, мы проведём их самостоятельную оценку. Мы признаём, что оправдание терроризма и призывы к нему как частный случай призывов к насилию и подстрекательства к вражде могут являться уголовно наказуемым деянием. Мы считаем возможным по аналогии использовать для нашего анализа Рабатский план действий по запрету пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, выработанный экспертами Управления Верховного комиссара Организации Объединённых Наций по правам человека. Признавая потенциальную опасность призывов к насилию, Рабатский план предполагает установить высокий порог для введения ограничений на свободу выражения мнения при определении возбуждения ненависти. Он призывает рассматривать ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП) 1966 года (о необходимости запрета подстрекательства к насилию) только в пропорциональном сочетании со ст. 19 этого же пакта, которая декларирует: «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений», а также «имеет право на свободное выражение своего мнения; которое включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору». Аналогичные гарантии свободы мысли и слова содержатся в ст. 29 Конституции РФ. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Исходя из этого, исключительно важно определить упомянутую выше меру и критерии, необходимые для оценки угроз, создаваемых теми или иными высказываниями для нравственности, здоровья, прав других лиц, безопасности государства и пр. Рабатский план предлагает использовать для оценки опасности высказывания тест, состоящий из шести условий. Необходимо оценивать контекст высказываний («контекстуальный анализ должен поместить высказывание в социальный и политический контекст, преобладавший в тот момент, когда это высказывание было сделано или распространялось»), реальное влияние автора высказывания на свою аудиторию, наличие умысла, степень публичности высказывания, а также его содержание. Наконец, крайне важно оценить вероятность реализации призыва, включая неотвратимость. Как уже было сказано, Азат Мифтахов к моменту предполагаемого деяния был уже несколько лет незаконно лишён свободы по политическим мотивам, подвергался пыткам и давлению. Общественный контекст этих событий его жизни и вменяемого высказывания, как уже было сказано — это усиление репрессий и бесконтрольная деятельность ФСБ. Таким образом, приписываемая Мифтахову речь не может быть интерпретирована как высказывание против уязвимой группы, сделанное в условиях, когда неосторожное высказывание или умышленный призыв могут спровоцировать реальное насилие против этой уязвимой группы. С критерием контекста тесно связан критерий реального влияния автора высказывания на свою аудиторию. Потенциально опасным может быть экстремистское высказывание, сделанное лидером общественного мнения, главой политической партии или общественного движения или религиозным лидером перед многочисленной аудиторией его приверженцев. Высказывание Азата Мифтахова, даже согласно обвинению, фактически было адресовано одному слушателю — его приятелю в заключении Евгению Трушкову. Ещё двое заключённых, возможно, услышали его случайно. Нет никаких доказательств особого авторитета Азата Мифтахова среди этой аудитории, который бы подвиг её слепо повиноваться его призывам. Напротив, тайный «свидетель» критически высказывается о Мифтахове и говорит, что сделал ему замечание, чтобы тот не шумел. Третье условие теста на общественную опасность предполагает наличие умысла. Т.е. важно понять, желал ли и предполагал ли говоривший, что кто-то из его слушателей под влиянием инкриминируемых «оправданий» решит заняться терроризмом и повторить действия Михаила Жлобицкого, которые он якобы одобрил. Мы можем констатировать, что в деле нет доказательств убеждённости Мифтахова в том, что Евгений Трушков, к которому он якобы обращался, склонится в результате этого к терроризму. Сам факт того, что речь идёт о единичном комментарии к новостной повестке, скорее опровергает наличие подобного умысла. Согласно материалам дела этот самый «умысел» возник у Азата Мифтахова одновременно с его высказыванием — за просмотром телевизионной новостной программы, когда обсуждалась тема войны в Украине. На наш взгляд, такие обстоятельства высказывания говорят как раз о том, что никакого криминального умысла у говорившего не было. Он непосредственно комментировал события, давая им собственную личную оценку. Такой вывод можно сделать и из показаний Трушкова и Гаджимурадова, которые сказали, что в тот момент в новостях рассказывали про гибель на войне в Украине «Димы Эколога», друга Мифтахова, которая Азата очень расстроила и побудила к эмоциональным высказываниям. Таким образом, если Мифтахов и делал в тот день какие-то высказывания, говорить о наличии у него сформированного умысла на совершение преступления, предусмотренного ст. 205.2 УК РФ, не представляется возможным. Из всех вышеописанных обстоятельств возможно имевшего место высказывания вытекает оценка его публичности как невысокой. В обвинительном заключении указано, что Азат Мифтахов «осознавал, что его действия могут побудить неограниченный круг лиц к совершению преступлений террористической направленности». Но нам совершенно неясно, из чего можно было бы сделать такой вывод. Даже в сомнительных свидетельских показаниях, имеющихся в деле, говорится о том, что Азат беседовал со своим близким знакомым, обращался лично к нему. Ещё два заключённых услышали необращённую к ним речь. В любом случае, круг заключённых, собравшихся у телевизора в комнате воспитательной работы ИК-17 в Омутнинске, никак нельзя назвать ни неограниченным, ни широким. С точки зрения содержания приписываемое Азату Мифтахову высказывание могло бы быть расценено как «оправдание», т.е. признание идеологии и практики терроризма правильными и заслуживающими поддержки и подражания, если бы мы рассматривали его без учёта общего контекста и конкретных обстоятельств якобы имевшего места разговора. Рассматриваемое в контексте, это высказывание скорее выглядит как эмоциональная, сиюминутная реакция, чем как продуманное и обоснованное «оправдание». Исходя из обстоятельств дела, мы полагаем, что даже скорректировав в нужную обвинению сторону и согласовав в показаниях всех свидетелей инкриминируемый текст, следствие не может изменить его контекст: мы рассматриваем разговор человека, подвергающегося политическим репрессиям, со своим товарищем в условиях заключения. Поэтому так важна оценка обвинения с точки зрения Рабатского плана. Тесно связан со всем вышесказанным шестой важный критерий оценки криминальности высказывания — вероятность реализации призыва, включая неотвратимость. Как предполагает Рабатский план, «суды должны будут установить, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие против целевой группы, отдавая себе отчёт в том, что в данном случае должна быть указана достаточно прямая причинно-следственная связь». Следствием не приводится никаких доказательств высокой вероятности реальных негативных последствий высказываний. Никто из свидетелей не упоминает о росте популярности террористических взглядов среди заключённых ИК-17 под влиянием речей Азата Мифтахова. Напротив, свидетели указывают, что, во-первых, у Мифтахова были конфликты с другими заключёнными, во-вторых, в заключении он близко общался только с Евгением Трушковым. И именно Трушков в своих показаниях упоминает, что был не согласен с высказываниями Мифтахова, что ему было неприятно их слышать. Таким образом, мы приходим к выводу, что преследование Азата Мифтахова по ст. 205.2 УК РФ является продолжением политических репрессий в его отношении. Сам факт события преступления вызывает объективные сомнения, а инкриминируемое высказывание с точки зрения Рабатского плана не является опасным призывом к насилию. Мы полагаем, что уголовное преследование Азата Мифтахова не соответствует не только рекомендации Рабатского плана, но и Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности», указывающего, что «меры по предупреждению или пресечению таких преступлений должны приниматься при соблюдении верховенства закона и демократических ценностей, прав человека и основных свобод, а также других положений международного права». Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», считает, что уголовные дела против Азата Мифтахова направлены на недобровольное прекращение критики государственной власти и удержание власти субъектом властных полномочий, лишение свободы применено в нарушение права Мифтахова на справедливое судебное разбирательство, основано на фальсификации доказательств вменяемого правонарушения при отсутствии события или состава правонарушения, либо явно неадекватно возможной общественной опасности его действий. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Азата Мифтахова политзаключённым и требует его немедленного освобождения и прекращения уголовного преследования. Признание человека политзаключёнными не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокат: Светлана Ивановна Сидоркина. Последнее слово Азата Мифтахова: https://t.me/deptone/9327 Публикации в СМИ: 5 сентября 2023 г. Медуза. Математика Азата Мифтахова отправили под арест по новому уголовному делу — на следующий день после выхода из колонии Показания против него дали двое заключенных и засекреченный свидетель 4 сентября 2023 года. Радио Свобода. «Они его боятся». Новое уголовное дело Азата Мифтахова 5 сентября 2023 года. Радио Свобода. Азата Мифтахова арестовали до 3 ноября по делу об оправдании терроризма 18 января 2024 года. Медиазона. Военный суд рассмотрит дело об «оправдании терроризма» против анархиста Азата Мифтахова Публикации по делу 2019 года: 3 февраля 2019 года. Медиазона. «Один раз ударил меня током, а потом дал мне мандаринку». Задержанные по делу о взрывчатке в Балашихе рассказывают, как их допрашивали 3 февраля 2019 года. ОВД-Инфо. Что нужно знать о деле анархиста Азата Мифтахова: обыски, взрывчатка, пытки. Главное 5 февраля 2019 года. Инфо24. В ОНК рассказали о пытках аспиранта МГУ, задержанного по делу об изготовлении взрывчатки 8 февраля 2019 года. Новая газета. Следы пыток замазали зелёнкой 12 февраля 2019 года. Медиазона. Выразительные брови. Хроника преследования аспиранта МГУ Азата Мифтахова 14 февраля 2019 года. News.ru. Анархисты и рейдеры: был ли заказ в деле Мифтахова ОВД-Инфо. Преследование анархиста Азата Мифтахова Правозащитные, общественные заявления в поддержку Азата Мифтахова: 3 февраля 2019 года. Любая вина должна быть доказана. Заявление сопредседателей профсоюза «Университетская солидарность» о задержании аспиранта МГУ 19 января 2021 года. Human Rights Watch. Приговор Азату Мифтахову является явно неправосудным и несправедливым и должен быть незамедлительно и безусловно отменен Февраль 2021 года. Лондонское математическое общество. Заявление с призывом освободить Мифтахова Март 2021 года. Заявление Математической аспирантуры при Университете Париж-Сакле в поддержку Азата Мифтахова Дата обновления справки: 03.07.2024 г.