Евгения Майборода, 72-летняя пенсионерка, была приговорена к 5 годам и 6 месяцам лишения свободы за распространение заведомо ложной информации о российской армии и онлайн-призывы к экстремизму. Ее публикации включали антивоенный контент и критику российских властей.

Майборода Евгения Николаевна родилась 10 июня 1951 года, жительница города Шахты Ростовской области, пенсионерка, приговорена по п. «д» ч. 2 ст. 207.3 УК РФ («Распространение заведомо ложной информации об использовании ВС РФ по мотивам политической ненависти») и ч. 2 ст. 280 УК РФ («Публичные призывы к экстремизму с использованием сети “Интернет”») к 5 годам 6 месяцам колонии общего режима. 2 мая 2024 года суд апелляционной инстанции оставил приговор без изменений. Лишена свободы с 29 января 2024 года. Полное описание Как сообщают СМИ со ссылкой на приговор суда, 72-летнюю Евгению Майбороду осудили за то, что она якобы распространяла в VK военные «фейки» по мотивам политической ненависти и призывы к экстремистской деятельности.  На странице женщины в соцсети, среди православных открыток и пожеланий мира, можно найти антивоенные ролики и тексты, а также другие публикации, критикующие современные российские власти — это и перезалитые видеоролики из социальной сети TikTok, и перепосты, а иногда и собственный контент. По данным СМИ, в приговоре упомянуты две публикации на странице Евгении Майбороды: репост информации о количестве погибших российских военнослужащих и репост некоего «эмоционального видеоролика». Издание ГоворитНеМосква утверждает, что в первом перепосте говорилось о якобы погибших в Мариуполе 87 тысячах мирных жителей, а на видео показана девочка на фоне свастики, которая говорит, что собирается «резать русню». «Этот ролик длится всего двадцать секунд. На видео девочка лет четырёх, размахивая ножом, выговаривает явно заученные слова: “Зиг Хайль! Я буду резать русню! Путин, мы идем за тобой”. За её спиной — монитор с нацистским крестом на заставке. Видео загрузили во Вконтакте семь лет назад. Как следует из названия, на видео — “обычный украинский ребенок”, и непонятно, ирония это или нет», — заключает издание. В суде пенсионерка не отрицала авторство постов, однако не признала мотив «политической ненависти». Размещение постов она объяснила тем, что незадолго до публикации её двоюродный брат в Днепре оказался под завалами здания, в которое попали снаряды. Ранее Майбороду неоднократно привлекали к ответственности за антивоенные публикации по различным статьям КоАП, в том числе дважды она была подвергнута административному аресту на несколько суток. До вынесения приговора женщина находилась под запретом определённых действий: ей запрещено было писать что-либо в Интернете. Её последний пост в VK размещён 8 марта 2023 года. В судебном заседании по уголовному делу гособвинитель требовал назначить подсудимой 6 лет лишения свободы. 29 января 2024 года судья Шахтинского городского суда Илья Александрович Полтавцев признал Евгению Майбороду виновной, приговорив её к 5 годам 6 месяцам лишения свободы в колонии общего режима. Также ей запретили публиковать что-либо в Интернете в течение 3 лет. После вынесения приговора она была взята под стражу и отправлена в СИЗО. Как следует из пресс-релиза на сайте суда, Майборода признала вину в части обвинения по ч. 2 ст. 280 УК РФ. 28 апреля 2023 года Евгения Майборода была включена в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга. 2 мая 2024 года Ростовский областной суд в апелляции утвердил приговор. Основания признания политзаключённой  Неправовой характер ст. 207.3 УК РФ Через неделю после начала полномасштабного российского вторжения в Украину, 4 марта 2022 года, Государственная Дума РФ в чрезвычайном порядке (не в виде отдельных законопроектов, а путём внесения поправок в другие, уже принятые в первом чтении) приняла законы о внесении изменений в Кодекс об административных правонарушениях и Уголовный кодекс. Эти законы запрещают призывы к санкциям, распространение фейков о российских вооружённых силах, их дискредитацию, а также призывы к «воспрепятствованию их использования». В тот же день законы одобрил Совет Федерации РФ, и уже вечером их подписал президент. Поправки вступили в силу со дня официального опубликования — 5 марта 2022 года. Состав преступления, предусмотренного новой ст. 207.3 УК РФ, был сформулирован следующим образом: «Публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности, а равно содержащей данные об исполнении государственными органами Российской Федерации своих полномочий за пределами территории Российской Федерации в указанных целях». Мы полагаем, что эта статья противоречит как российской Конституции и международным обязательствам РФ, так и базовым принципам права. Согласно ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений, <…> имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения или иными способами по своему выбору». Ограничения пользования этими правами «должны быть установлены законом и являться необходимыми: для уважения прав и репутации других лиц; для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения». Аналогичные гарантии содержатся в ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей свободу мысли и слова. Ограничения этих свобод связаны с запретом пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, а также с государственной тайной. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Ограничения свободы выражения, установленные ст. 207.3 УК РФ, со всей очевидностью не служат тем целям, для достижения которых такие ограничения могли бы быть установлены. Важно отметить, что ограничение свободы выражения не предусмотрено законом даже в условиях военного положения, при котором, согласно пп. 5 и 15 п.2 ст. 7 ФКЗ «О военном положении», допускается лишь введение «военной цензуры за почтовыми отправлениями и сообщениями, передаваемыми с помощью телекоммуникационных систем, контроля за телефонными переговорами» и «приостановление деятельности политических партий, других общественных и религиозных объединений, ведущих пропаганду и (или) агитацию, а равно иную деятельность, подрывающую в условиях военного положения оборону и безопасность Российской Федерации». Тем более нет оснований для подобных ограничений в ситуации, когда военное положение не введено. Не менее значимо то, что сами по себе формулировки статьи не позволяют заранее определить, какие высказывания являются правомерными, а какие запрещёнными. Гражданин не может заранее знать, какие его высказывания, какая информация могут быть сочтены в данном контексте ложными, подпадающими под действие этой нормы. На этот счёт Конституционный Суд РФ высказывал своё мнение в ряде правовых позиций. Согласно им неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П). Фактически нормы ст. 207.3 УК РФ позволяют преследовать за высказывание любого мнения о использовании Вооружённых Сил РФ и деятельности её государственных органов за границей. Суждения о том, имеют ли упомянутые в статье действия цели «защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности» или нет, по своей природе являются оценочными, то есть выражают мнение. Но даже и применительно к сведениям, т.е. высказываниям о фактах, в условиях ведения военных действий и конкуренции противоречивой информации из разных источников исключительно сложно судить об их правдивости или ложности. Тем более невозможно установление заведомости, т.е. умысла на распространение ложных сведений. Упомянутые органические дефекты ст. 207.3 УК РФ определяют её неправовой характер, вследствие которого даже её добросовестное применение является недопустимым. Однако и сам факт срочного внесения указанной статьи в Уголовный кодекс немедленно после начала полномасштабной вооружённой агрессии против Украины, и сопровождавшая её рассмотрение и принятие риторика официальных лиц, и, главное, контекст её применения — ведущиеся боевые действия и сопутствующая им государственная военная пропаганда — исключают подобную добросовестность. В ситуации, когда единственными правдивыми сведениями и оценками объявляются сведения и оценки официальных российских источников, не только оправдывающих агрессивную войну и отрицающих многочисленные свидетельства гибели мирных жителей в результате российских ударов и военных преступлений, совершаемых российскими силами, но и запрещающих называть события, с любой точки зрения, являющиеся войной, словом «война», применение этой неправовой по своей природе статьи УК также имеет исключительно недобросовестный и неправовой характер. Основанием для уголовного преследования становятся как правомерные мнения, оценивающие войну и связанные с ней обстоятельства, так и утверждения о задокументированных и подтверждённых фактах. Квалифицирующие признаки части 2 этой статьи, предусматривающей ужесточение наказания вплоть до 10 лет лишения свободы, зачастую носят субъективный характер, так пункт «д» предусматривает наличие «мотива политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо мотива ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы». В современных условиях доказывание присутствия такого мотива сводится к простой декларации следствием его наличия. Вместе с тем, исходя из того, что любое выступление против войны само по себе является общественно полезным и не имеет вовсе никакой общественной опасности, ни один из квалифицирующих признаков, если он не образует самостоятельного состава преступления, не может рассматриваться как усиливающий общественную опасность деяния. Исходя из изложенного, Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает, что ст. 207.3 УК РФ носит антиправовой характер, создана для осуществления политических репрессий против критиков власти и должна быть отменена. Любые преследования по этой статье являются неправомерными и должны быть прекращены. Преследование по статье о призывах к экстремизму Ч. 2 ст. 280 УК РФ, как показывает известная нам практика, зачастую используются властью не для предотвращения общественно опасных последствий, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою оппозиционную точку зрения. Преступления по этой статье считаются совершёнными с момента совершения высказывания. При этом не рассматривается, побудило ли это высказывание кого-то к реальным действиям, были ли последствия, хотя именно это должно учитываться при рассмотрении уголовных дел по таким статьям и вынесении оправдательных или обвинительных приговоров. Обращает на себя и избирательность применения указанной и близких к ней по смыслу статей УК РФ. Например, пропагандист Владимир Соловьёв широко известен своими публичными высказываниями с прямыми призывами к уничтожению людей по расовому и иным признакам, которые он делает для многомиллионной аудитории. Тем не менее, это не стало поводом для уголовного дела, в отличие от публикаций пенсионерки с тремя сотнями подписчиков в соцсети. Очевидно, преследованиям подвергаются только выступающие против определённой идеологии, провозглашённой властью верной в данный момент. И особенно жёстко наказываются люди, выступающие против войны, в какой бы форме они ни высказывались. Перепост неизвестно кем и с какой целью размещённого старого видеоролика, на котором девочка машет ножом, со всей очевидностью несёт меньшую общественную опасность, чем агрессивные высказывания вышеуказанного пропагандиста. Другие обстоятельства преследования Ранее Евгения Майборода не раз привлекалась к ответственности за свою антивоенную позицию. 23 декабря 2022 года, судья Шахтинского городского суда Ростовской области Игорь Васильевич Семцив оштрафовал её по ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ («Публичные действия, направленные на дискредитацию ВС РФ») на 40 тысяч рублей в связи с её публикациями в VK. На заседании суда женщина, как и ранее на своей странице, утверждала, что не согласна с действиями российской армии и Кремля в отношении Украины, а также в целом негативно оценивает деятельность и личные качества президента России Владимира Путина. 22 марта 2023 года судья Шахтинского городского суда Наталья Васильевна Дорошенко признала Евгению Майбороду виновной и арестовала на трое суток по ч. 1 ст. 20.3 КоАП РФ («Публичная демонстрация нацистской символики») из-за изображения свастики, которое присутствовало в перепосте видеоролика. 30 марта 2023 года судья Шахтинского городского суда Лидия Николаевна Черепанова арестовала Майбороду на четверо суток по ст. 20.29 КоАП РФ («Производство и распространение экстремистских материалов») за размещение на её странице в VK фотоизображения шеврона батальона «Азов». Исходя из доступной информации об этих административных делах, а также на основе изучения страницы Евгении Майбороды в VK мы можем с большой долей уверенности говорить о том, что она стала жертвой преследования за свою последовательную антивоенную позицию. У нас не вызывает сомнений, что наказание в виде 5,5 лет лишения свободы несоразмерно содеянному — размещению постов, картинок и видеороликов в социальной сети, даже если предположить, что в них реально содержались некие опасные призывы (мы таких призывов не обнаружили). По нашему убеждению, преследование людей за их оппозиционную и антивоенную позицию недопустимо; напротив, в ситуации осуществляемой Россией агрессивной войны против соседнего государства такая позиция должна признаваться общественно полезной и приветствоваться. Эмоциональный характер публикаций Майбороды дополнительно объясняется её, по всей видимости, украинским происхождением и тем, что в ходе одной из российских бомбёжек чуть не погиб её двоюродный брат.Особое возмущение вызывает длительный срок лишения свободы, избранный судом в качестве наказания пожилой женщине, пенсионерке. Долгое нахождение в следственном изоляторе и колонии может угрожать её здоровью и жизни: незадолго до осуждения и взятия под стражу Евгения уже чувствовала себя плохо, несколько дней у неё было постоянное кровотечение из носа. Она до последнего надеялась, что судья не назначит ей реального срока лишения свободы. После оглашения приговора кровотечение началось снова.  8 марта 2023 года, в последней, недоступной в настоящее время публикации на личной странице Евгении Майбороды в VK, она написала (орфография и пунктуация авторская): «Це будет украиночка, це будет Украина, в том светлом, добром, тёплом, незабвенном, что оставили нам наши мамы, бабушки..! Пусть очень скоро родные вернуться с полей битв и вновь воскреснет из казалось бы небытия мир, счастье, труд, любовь, достаток и процветание..! Пусть вместе с жёлто-блакитной Украиной сгинет страшная чума величавой орды и наконец моя Россия очеловечится, приобретёт настоящее доброе милое светлое женское лицо..!». Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», согласно согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Евгении Майбороды является политически мотивированным, направленным на устрашение противников агрессивной войны, т.е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий, а лишение свободы было применено к ней в нарушение права на свободу выражения, на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Евгению Майбороду политической заключённой и требует её немедленного освобождения и прекращения её уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Публикации о деле: 29 января 2024 г. Медиазона. Суд в Ростовской области на 5,5 лет отправил в колонию 72-летнюю пенсионерку по делу о военных «фейках» и призывах к экстремизму 29 января 2024 г. Холод. Суд в Шахтах приговорил пенсионерку к пяти с половиной годам колонии за антивоенные репосты 29 января 2024 г. Важные истории. 72-летнюю пенсионерку приговорили к 5,5 года колонии за антивоенные посты 28 февраля 2024 г. Говорит Немосква. «Мне кажется, он хороший человек. Он меня не посадит» 7 марта 2024 г. Настоящее время. «Осудили, чтоб другим неповадно было». Пенсионерка из Ростовской области получила 5,5 лет колонии за антивоенные репосты Дата обновления справки: 02.04.2024 г.