Роман Иванишин, мобилизованный военнослужащий, был приговорен к 15 годам лишения свободы за сдачу в плен украинским силам и дезертирство. Он был возвращен в Россию в рамках обмена prisoner exchange и немедленно арестован.

Иванишин Роман Владимирович родился 2 января 1982 года, житель посёлка Шахтёрск Сахалинской области, гражданин РФ, работал шахтёром и докером на погрузке угля. 23 сентября 2022 года призван в армию по мобилизации, служил в звании младшего сержанта стрелком (по другой информации — санинструктором) 2-го отделения 2-го взвода 6-ой роты 2-го мотострелкового батальона 39-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады ВС РФ. 15 апреля 2025 года приговорён по ч. 1 ст. 30, ст. 352.1 УК РФ («Приготовление к добровольной сдаче в плен»), ст. 352.1 УК РФ («Добровольная сдача в плен»), ч. 3 ст. 338 УК РФ («Дезертирство в период мобилизации») и трём эпизодам ч. 3.1 ст. 337 УК РФ («Самовольное оставление части в период мобилизации») к 15 годам лишения свободы в колонии строгого режима и лишён воинского звания. С 10 июня 2023 года находился в украинском плену, 3 января 2024 года возвращён в Россию в ходе обмена, на свободу не выходил, в январе 2024 года судом была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Полное описание Информация о том, что военнослужащий 39-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады ВС РФ Роман Иванишин сдался в плен ВСУ, появилась в июне 2023 года. Друзья и знакомые Иванишина из города Шахтёрска рассказывают, что слухи по городу «поползли» уже 12-13 июня, то есть через два дня после произошедшего. Это связано с тем, что в 39-ю ОГМБ мобилизовали многих жителей этого посёлка, соседей, рабочих шахт и доков. Бригада летом 2023 года участвовала в боях в Донецкой области Украины в районе Волновахи. Там, в районе села Степное, и произошло пленение Иванишина. В середине июня 2023 года в сети стал распространяться видеоролик, записанный украинцами сразу после сдачи Романа Иванишина в плен. Пленный Иванишин на видео называет себя, звание и место службы. После чего обращается к гражданам России: «Не отправляйте туда своих близких, сыновей, мужей. Ведётся очень сильный миномётный, пулемётный обстрел. Люди деморализованы. Никто не хочет воевать. Многие уже покинули позиции, сбежали домой. Кто смог пересечь границу и добраться до дому. А так людей по дороге перехватывают. Многие хотят уйти сдаться, командование не даёт. Отправляет их в ямы различного типа, грязи там. Сидят люди там. На позициях царит всеобщий страх и недоумение — что делать дальше».  В плену Роман Иванишин находился до 3 января 2024 года. Он вернулся в Россию в группе из 248 российских военных. Согласно сообщению Минобороны РФ, их возвращение «стало возможным благодаря посредническому участию гуманитарного характера Объединённых Арабских Эмиратов». Информации о том, насколько добровольным было возвращение Романа Иванишина, нет. Обмененных российских военнослужащих 3 января самолётом привезли на подмосковный аэродром Чкаловский. Журналист издания «Коммерсантъ» сообщил позднее некоторые подробности о прибытии Иванишина: «Встречавшие его и других возвращенцев журналисты благодарили Романа Иванишина за службу, а он — за своё освобождение, особо отмечая, что у него 2 января день рождения». После прибытия в Россию Романа Иванишина отправили на Сахалин, где дислоцируется его 39-ая бригада. На Сахалине, по словам родных Романа, его сразу арестовал гарнизонный суд. Защита обжаловала избранную меру пресечения в Первом восточном окружном военном суде в Хабаровске, но тот апелляцию отклонил. 10 сентября 2024 года уголовное дело в отношении военнослужащего поступило для рассмотрения по существу в гарнизонный военный суд Южно-Сахалинска. Через день тот назначил первое слушание, а 16 сентября направил материалы по подсудности в Москву.  Защита обжаловала решение о переносе слушаний в Москву в апелляционной инстанции, но оно было оставлено без изменения. Правозащитники и адвокаты в комментариях связывали такое решение с тем, что Иванишин не признал вину. Однако в феврале 2025 года стало известно, что Московский гарнизонный военный суд, который должен был рассматривать дело Иванишина, отказался это делать и вернул его в Южно-Сахалинск, аргументировав это тем, что именно там «было закончено совершение преступления».О обстоятельствах пленения Иванишина известно со слов его бывшего командира, майора Вадима Короткевича, опубликовавшего в Интернете видеоролик с рассказом о произошедшем.На видео обнажённый по пояс мужчина с крестом на шее, без формы и опознавательных знаков, представляется майором Короткевичем Вадимом Сергеевичем. «Я “Байкал”, командир 6-й мотострелковой роты, хочу рассказать про Иванишина, был у меня такой в роте. С посёлка Шахтёрска. Имя-отчество не скажу, потому что их много менялось… Этот человек, сам, сам, добровольно сдался в плен украинским войскам. ВСУ я имею в виду. Это было! Он сам добровольно. Мы стояли, 300 метров было до них. Он сам поднял руки и побежал к ним и орал: стойте, не стреляйте, я от “Доцента”, от “Доцента”. Он сам, добровольно. И потом этот товарищ, товарищ Иванишин выходил обратно на поле и агитировал второй взвод моей роты: пацаны сдавайтесь, вам ничего за это не будет! Это предатель, я не знаю как этого человек назвать. Это говно, это сука! Я не знаю, как его назвать. Он агитировал мой второй взвод, который у меня на тараме стоял. Ну, называется так лесополка. И он стоял там, когда потом его выпустили через 15 минут, он агитировал взвод: пацаны сдавайтесь, не ссыте. Это его крики были. Потом я дал команду его расстрелять. Со всех орудий мы стреляли. Но эту тварь не завалили. Но его завалит жизнь. А потом, когда мы со всего постреляли, прилетела ответка. И два товарища, сука, моих боевых товарищей погибло. Из-за этой твари. Завалили, сука, минами, б… И эта тварь сейчас героем… Да идите вы на х… Не дай бог, сука, я его встречу, я его сам завалю!». Далее следуют угрозы и мат.  Когда именно была записано и опубликовано это видео, неизвестно; самая ранняя публикация ролика, которую удалось обнаружить в мае 2025 года, датирована ноябрём 2024 года; имеются свидетельства о её публикации в июне 2024 года. Вместе с тем, слова «эта тварь сейчас героем» и отсутствие упоминания об уголовном деле заставляют предположить, что видео было записано до информации о его возбуждении — вероятно, сразу после обмена пленными.На момент принятия решения об аресте Роману Иванишину были предъявлены обвинения по ч. 3 ст. 338 УК РФ («Дезертирство в период мобилизации») и ст. 352.1 УК РФ («Добровольная сдача в плен»); при этом ещё один эпизод по статье о добровольной сдаче в плен был квалифицирован как приготовление к преступлению (ч. 1 ст. 30, ст. 352.1 УК РФ). Как сообщали некоторые СМИ со ссылкой на материалы следствия, это было связано с тем, что сдача в плен произошла со второй попытки. Однако в пресс-релизе, размещённом на сайте суда, указано, что суд среди прочего оценивал такие действия Иванишина: «находясь на позициях ВСУ, примерно в этот же период времени в ночь с 6 на 7 июня 2023 г. И. призывал военнослужащих своего взвода последовать его примеру, сложить оружие и сдаться в плен. Вместе с тем, склонить сослуживцев к совершению данного преступления подсудимому не удалось по не зависящим от него обстоятельствам». Хотя суд не указывает прямо, что именно эти действия военнослужащего были квалифицированы судом по ч. 1 ст. 30, ст. 352.1 УК РФ – приготовление к сдаче в плен, – из текста релиза можно прийти именно к такому заключению. По крайней мере никакие другие действия Романа Иванишина, которые могли бы быть интерпретированы подобным образом, в пресс-релизе суда не упоминаются.К моменту поступления уголовного дела Романа Иванишина в Южно-Сахалинский гарнизонный военный суд количество эпизодов по ч. 3 ст. 338 УК РФ («Дезертирство в период мобилизации») увеличилось до четырёх. У нас нет достоверной информации о том, какие действия Иванишина обвинение на этапе расследования сочло дезертирством в период мобилизации (ч. 3 ст. 338 УК РФ). Издание «Коммерсантъ» излагало следующую версию развития событий: «В конце декабря младшего сержанта Иванишина и его сослуживцев после подготовки перебросили на позиции у селения Степное Марьинского района ДНР. По версии обвинения, пробыв пару дней на передовой, Иванишин сбежал в Донецк, расположенный в 90 км. В столице республики, как установило военное следствие СКР, дезертир первым делом избавился от военной формы и жил в снимаемых комнатах, периодически выпивая, пока 4 июня 2023 года его не задержали и не доставили в военную комендатуру. В тот же день беглец был возвращён на передовую, однако уже через два дня, в 22:30 6 июня, оставил позицию, уйдя к окопам ВСУ, расположенным примерно в 200 м».При этом, как следует из упомянутого выше пресс-релиза суда, выпущенного после оглашения приговора, окончательно Роман Иванишин был признан виновным по ч. 1 ст. 30, ст. 352.1 УК РФ («Приготовление к добровольной сдаче в плен»), ст. 352.1 УК РФ («Добровольная сдача в плен»), ч. 3 ст. 338 УК РФ («Дезертирство в период мобилизации») и трём эпизодам ч. 3.1 ст. 337 УК РФ («Самовольное оставление части в период мобилизации»). Там же описаны отлучки Романа Иванишина из части, которые якобы имели место в периоды времени с 28 декабря 2022 по 15 января 2023 года, с 31 марта по 30 апреля 2023 года и с 20 мая по 4 июня 2023 года. Как сказано в пресс-релизе, военнослужащий, «желая праздно провести время, самовольно оставил боевую позицию подразделения воинской части». Первые два раза, как сообщается, Иванишин возвращался в подразделение самостоятельно, в третий же «был обнаружен заместителем командира взвода и сопровождён в расположение подразделения». Таким образом, вопреки сообщению «Коммерсанта», он не отсутствовал в части непрерывно почти полгода, а покидал её за этот период трижды.Рассмотрение дела по существу проходило в Южно-Сахалинском гарнизонном военном суде с 17 марта по 15 апреля 2025 года в закрытом режиме. Как сообщает «Коммерсантъ», Иванишин не признал вину, а защита утверждала, что инкриминируемые военному преступления не доказаны. Государственное обвинение запросило для Иванишина 16 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Защита настаивала на оправдательном приговоре или, в случае осуждения, на смягчении наказания с учётом боевого опыта подсудимого и его состояния здоровья.15 апреля 2025 года судья Облучков Андрей Вячеславович приговорил Иванишина к 15 годам колонии строгого режима с лишением воинского звания «младший сержант». Хотя весь процесс был закрытым, приговор был оглашён в присутствии личного состава воинской части. Как отчитался суд, «после судебного заседания с присутствующими военнослужащими была проведена беседа на тему: «Уголовная ответственность военнослужащих за уклонение от военной службы, дезертирство и добровольную сдачу в плен»».  Приговор был обжалован стороной защиты. Апелляцию рассматривает судья 1-го Восточного окружного военного суда Васильченко Алексей Викторович.Основания признания политзаключённымКонтекст уголовного делаУголовное дело против Романа Иванишина необходимо рассматривать в контексте агрессивной войны, которую Россия развязала против суверенного государства — Украины.24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах.В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права действия Украины по защите от агрессии законны и обоснованы, а военные действия РФ против Украины — незаконны и преступны.Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».Таким образом, хотя чисто юридически, с точки зрения гуманитарного права, военнослужащий РФ не является преступником в связи с самим фактом своего участия в войне и не может быть за него осуждён, в определённом моральном и политическом смысле участие в российском вторжении в Украину является соучастием в преступлении, к которому российские власти принуждают сотни тысяч военнослужащих, включая мобилизованных и, по многочисленным свидетельствам, проходящих срочную службу. Отказ от такого соучастия, вне зависимости от конкретных уголовных норм, можно считать соответствующим нормам международного права, имеющим приоритет над национальным законодательством в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ.Все три статьи, по которым обвиняют Романа Иванишина — ст. 352.1 УК РФ («Добровольная сдача в плен»), ч. 3 ст. 338 УК РФ («Дезертирство в период мобилизации») и ч. 3.1 ст. 337 УК РФ («Самовольное оставление части в период мобилизации») — были введены в Уголовный кодекс Федеральным законом от 24.09.2022 № 365-ФЗ в пакете с другими «военными» поправками в ускоренном порядке.Ч. 3 ст. 338 УК РФ ужесточает наказание за дезертирство, т.е. самовольное оставление части или места службы в целях уклонения от прохождения военной службы, в случае, если это деяние совершено в период мобилизации или военного положения, в военное время либо в условиях вооружённого конфликта или ведения боевых действий. Аналогично, новая ч. 3.1 ст. 337 УК РФ ужесточает наказание за самовольное оставление части в этих же условиях. Ст. 352.1 УК РФ в принципе вводит в Уголовный кодекс понятие «добровольная сдача в плен», которого ранее не существовало.Федеральный закон № 365-ФЗ, вводящий эти новации, был принят Госдумой РФ единогласно 20 сентября 2022 года сразу во втором и третьем чтениях. Совет Федерации рассмотрел его уже 21 сентября, а 24 сентября закон вступил в действие.Очевидно, что чрезвычайные усилия по принятию целого пакета репрессивных мер, направленных на ужесточение ответственности за любые проявления нелояльности военных и мобилизуемых граждан, были приурочены к принятию 21 сентября 2022 года Указа Президента РФ № 647 «Об объявлении частичной мобилизации в Российской Федерации».Этим Указом была не только объявлена мобилизация, но также существенно ограничены права как действующих военнослужащих, так и мобилизованных граждан в части принятия ими добровольного решения о начале и окончании военной службы. Так, уволиться с военной службы теперь можно только по возрасту, состоянию здоровья и в связи с приговором суда.Таким образом, в соответствии с этим указом мобилизованные, зачисленные в ряды военнослужащих, утратили возможность покинуть военную службу. Известный правозащитник, руководитель правозащитной организации «Гражданин и армия» Сергей Кривенко оценивает положение военнослужащих в период мобилизации как «бесправное».Вот как описывает ситуацию с мобилизацией в городе Шахтёрске друг Романа Иванишина Алексей: «Обратно [в Шахтёрск] из примерно сотни человек [мобилизованных и контрактников] за два с половиной года вернулись только два (!) человека, один в тюрьме сейчас сидит за отказ от боевых [действий]. Но он редкий тип, которому увольнительную дали. Дали бы Роману — он бы, думаю, здесь бы в отказ и пошёл. А не на поле боя. Второй возвращался в госпиталь, был ранен, его выкинули опять на фронт, сгинул в лесах, нашли сгнившего через 7 месяцев».Другой друг Иванишина, Дмитрий, рассказал, что Романа как имевшего боевой опыт в Чечне по мобилизации призвали сразу, в первый день: «Ну, и порассуждать, а что сделают, если откажешься, времени у него не было: вы помните, как гребли? Месяц-два — и всё, половины города нет, все на войне».Декларированный Указом Президента от 21.09.2022 и подтверждаемый сложившейся практикой фактический запрет на увольнение с военной службы и на отказ от участия в боевых действиях, по нашему мнению, противоречит как положениям Конституции РФ, так и международному законодательству. Совет по правам человека и ранее Комиссия по правам человека ООН однозначно признаёт право каждого человека на отказ от военной службы по соображениям совести в рамках законного осуществления права на свободу мысли, совести и религии, предусмотренного ст. 18 Всеобщей декларации прав человека и ст. 18 Международного пакта о гражданских и политических правах (см. резолюции, принятые без голосования в 1989, 1991, 1993, 1995, 1998, 2000, 2002, 2004, 2012 и 2013 годах). Аналогичные права гарантированы гражданам п. 3 ст. 59 Конституции Российской Федерации, который декларирует право на отказ от военной службы по убеждениям и замену её на альтернативную гражданскую службу.Тем более уважения заслуживает позиция отказа от участия в агрессивной несправедливой войне. Нежелание любого человека участвовать в преступлении агрессивной войны является обоснованным и правомерным. Однако в соответствии с Указом «Об объявлении частичной мобилизации в Российской Федерации» сделать это легально у мобилизованных военнослужащих и служащих по контракту возможности нет.Одновременно с принятием ст. 352.1 УК РФ военнослужащие РФ лишаются и возможности добровольной, а фактически — и любой вынужденной сдачи в плен. Как указывают практикующие юристы, например, адвокат Александр Почуев, «в современных реалиях СВО и формирующейся правоприменительной практики, которую обобщил в своём постановлении в мае 2023 года Пленум Верховного Суда России, законно сдаться в плен практически невозможно».Действительно, в п. 111 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.05.2023 № 11 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о преступлениях против военной службы» указано: «военнослужащий в ходе боевых действий, даже находясь в отрыве от своей воинской части (подразделения) и в полном окружении, должен оказывать решительное сопротивление противнику, избегая захвата в плен; в бою он обязан с честью выполнить свой воинский долг». Добровольной сдачей в плен фактически считается любой отказ от сопротивления, независимо от обстоятельств, в которых находится военнослужащий. В Постановлении прямо указано, что избавить военнослужащего от наказания по этой статье могут только тяжёлое ранение, исключающее возможность оказывать сопротивление, и бессознательное состояние. При этом, как верно указывает Александр Почуев, «бремя доказывания данных обстоятельств лежит, по факту, на самих бойцах».Совокупность описанных выше обстоятельств позволяет говорить о том, что любые уголовные дела, связанные с отказом от участия в боевых действиях в рамках конкретной агрессивной войны, можно рассматривать как в значительной степени политически мотивированные.Закрытие процессаПроцесс по делу Романа Иванишина проходил в закрытом режиме. Информации о подробностях и доказательствах обвинения, позиции обвиняемого практически нет, либо её достоверность вызывает обоснованные сомнения.При этом ст. 123 Конституции РФ гласит: «Разбирательство дел во всех судах открытое. Слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом». Подобный подход полностью согласуется с положениями Европейской конвенции по правам человека. В п. 1 ст. 6 этого документа говорится о праве человека на публичное разбирательство дела независимым и беспристрастным судом. Там же указано, что судебное заседание или его часть могут быть закрыты для публики, только когда это «строго необходимо — при особых обстоятельствах, когда гласность нарушала бы интересы правосудия». В своих решениях Европейский суд полнее раскрывает этот принцип. Например, в деле «Претто и другие против Италии» указано: «Публичный характер судопроизводства, о котором говорится в п. 1. ст. 6, защищает тяжущихся от тайного отправления правосудия вне контроля со стороны общественности; он служит одним из способов обеспечения доверия к судам, как высшим, так и низшим. Сделав отправление правосудия прозрачным, он содействует достижению целей п. 1 ст. 6, а именно справедливости судебного разбирательства, гарантия которого является одним из основополагающих принципов всякого демократического общества».Ст. 241 Уголовно-процессуального кодекса РФ ограничивает причины, по которым суд может принять решение о проведении закрытого судебного разбирательства. «Закрытое судебное разбирательство допускается на основании определения или постановления суда в случаях, когда: 1) разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны; 2) рассматриваются уголовные дела о преступлениях, совершённых лицами, не достигшими возраста шестнадцати лет; 3) рассмотрение уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности <…>; 4) этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства».При этом «в определении или постановлении суда о проведении закрытого разбирательства должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых суд принял данное решение». Мы полагаем, что информация о том, когда и на какой срок мотострелок (по другой версии — санинструктор) Роман Иванишин в 2022–2023 годах покидал свою часть, каким образом он готовился к сдаче в плен и сдался в плен, не может представлять собой государственную или иную охраняемую законом тайну. Таким образом, закрытие судебного процесса представляется необоснованным и нарушающим право Романа Иванишина на открытый и справедливый суд. Другие обстоятельства обвинения На момент поступления уголовного дела Романа Иванишина в суд обвинение квалифицировало его действия, связанные с уклонением от военной службы, по ч. 3 ст. 338 УК РФ — «Дезертирство в период мобилизации». Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18.05.2023 N 11 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о преступлениях против военной службы» указывает, что «при разграничении преступлений, предусмотренных статьями 337 (“Самовольное оставление части или места службы”) и 338 (“Дезертирство”) УК РФ, судам необходимо исходить из того, что ответственность по статье 337 УК РФ за самовольное оставление части или места службы наступает только при наличии у лица намерения временно уклониться от исполнения обязанностей военной службы и по истечении определённого срока возвратиться в часть (к месту службы) для прохождения военной службы. При дезертирстве (статья 338 УК РФ) лицо имеет цель вовсе уклониться от исполнения обязанностей военной службы». Таким образом, обвинение сочло, что Роман Иванишин до своей сдачи в плен три раза дезертировал, то есть покидал военную часть с целью вовсе оставить военную службу и никогда к ней не возвращаться. В таком случае остаётся предположить только, что вместо привлечения к уголовной ответственности, как того требует закон, Иванишина три раза очевидно насильно доставляли обратно в воинскую часть, где принуждали к участию в войне.  Очевидно, суд признал абсурдность подобных обвинений. Насколько мы можем судить, в ходе процесса три эпизода были переквалифицированы с дезертирства на ч. 3.1 ст. 337 УК РФ («Самовольное оставление части в период мобилизации»). При этом из пресс-релиза суда следует, что первые два раза Иванишин самостоятельно возвращался в часть. Адвокат осуждённого Ринат Ганиев заявил изданию «Коммерсантъ», что «суд вышел за рамки предъявленного обвинения, поскольку добавил ст. 337 УК РФ. Защита настаивает, что следствием не были установлены мотив и цели преступлений». В настоящий момент у нас нет подробного описания позиции Романа Иванишина относительно предъявленных ему обвинений. Известно только, что вины он не признал.  По тому, что сообщают близкие Романа, можно сделать вывод, что Иванишин, несмотря на свой боевой опыт в Чечне, был поражён ожесточённостью боевых действий и говорил о высокой мотивации защитников Украины. По словам родных, Иванишин неоднократно сообщал им, что в Украине «адище», и жаловался: «Мало того, что воюешь и не понимаешь, за что, так тебя свои же и подставляют всё время: то без поддержки в штурм отправят, то в яму посадят, то пьяными изобьют». Также он сообщал родным и повторил в видеозаписи из украинского плена, что моральный дух в российских войсках низкий, люди не понимают, за что воюют и как можно прекратить участие в боевых действиях. Об обстоятельствах сдачи в плен младшего сержанта Романа Иванишина нам известно большей частью со слов его командира Вадима Короткевича — вероятнее всего, действительно именно он записал видео с рассказом о случившемся. По информации СМИ, именно этот человек выступал основным свидетелем по рассматриваемому уголовному делу. Если судить по его изложению, младший сержант Иванишин действовал сознательно, бросил оружие, поднял руки и направился в сторону противника. Более того, он выкрикивал слова, которые можно счесть неким паролем: «я от Доцента», — т.е. его сдача в плен была подготовлена. Далее, если верить рассказу Короткевича, Иванишин через 15 минут вышел без оружия и пытался сагитировать сдаваться в плен весь свой взвод. Он обращается к «пацанам»: сдавайтесь, вам за это ничего не будет.  Друзья Романа добавляют немного подробностей, которые, вероятно, они получили от сослуживцев Иванишина, которые также были мобилизованы из Шахтёрска: «…он вообще-то кричал ребятам (пока была передислокация сил, их рота была вдали от командования), мол, идите за мной, хоть выживете. И что выходил несколько раз без оружия, а командир ему в спину стрелять приказывал. Как-то не по-человечески, согласитесь». То, что майор Короткевич отдал приказ стрелять по Иванишину, заявляет и сам майор: «…Потом я дал команду его расстрелять. Со всех орудий мы стреляли. Но эту тварь не завалили… А потом, когда мы со всего постреляли, прилетела ответка…». Можно предполагать, что эти действия Иванишина суд необоснованно квалифицировал как по ч. 1 ст. 30, ст. 352.1 УК РФ («Приготовление к добровольной сдаче в плен»), хотя диспозиция статьи не предусматривает наказания за агитацию и в целом такая интерпретация этой нормы представляется крайне сомнительной. Таким образом, проанализировав имеющуюся открытую информацию об этом уголовном деле, мы приходим к выводу, что Роман Иванишин до своей сдачи в плен несколько раз пытался покинуть военную службу и не участвовать в боевых действиях, но его принуждали к участию в войне, что и вынудило его к совершению поступка, квалифицированного как «добровольная сдача в плен».  Как было сказано выше, мы принципиально отстаиваем право военнослужащих не участвовать в конкретной агрессивной войне, грубо нарушающей нормы международного права. Одновременно, не имея достоверной информации о попытках Романа Иванишина покинуть службу, мы не можем составить мнения о его мотивах. Как указывает издание «Коммерсантъ» со ссылкой на адвокатов осуждённого, следствием не были установлены мотив и цели вменяемых деяний, а Иванишин отрицает своё намерение сдаваться в плен и мог просто заблудиться в тумане. Защита Иванишина также указывает, что призывная комиссия Сахалинской области учла его состояние здоровья и отменила решение нижестоящей призывной комиссии о его мобилизации. Якобы военнослужащему об этом было известно, а значит, сдаваться в плен не было никакого смысла. В любом случае, мы не можем подтвердить достоверность этих сведений в связи с закрытостью процесса. С достаточной степенью уверенности, можно лишь говорить, что во-первых, Иванишин ещё до всех этих событий сообщает своим родным и друзьям, что окружающие его бойцы не понимают, за что они воюют, что они массово хотят покинуть позиции, но командование им не даёт.  Во-вторых, уже после сдачи в плен Иванишин, по сообщению командира — один раз, а по сообщениям, видимо, сослуживцев — несколько раз, выходит без оружия и пытается докричаться до бойцов, находящихся от него в 200-300 метрах, дать им понять, что они тоже могут сдаться и сохранить себе жизнь. За это по нему открывают огонь «со всех орудий». Наконец, фактом является то, что Роман Иванишин, даже после попытки его убийства, вернулся в Россию в рамках обмена военнопленными. Сложно судить, насколько добровольным было это возвращение. Адвокат Евгений Смирнов, сотрудничающий с правозащитным проектом «Первый отдел», объясняет, что отказаться от обмена пленный теоретически может, но власти страны вправе не принимать его отказ и обменять.  В свете этих фактов можно предположить, что мотивом сдачи Романа Иванишина в плен было нежелание сражаться в этой конкретной войне. Иванишин имеет боевой опыт в Чечне, и о его попытках дезертировать в то время или о его отрицательном отношении к военной службе как таковой ничего не известно, а знакомые характеризуют его как человека верного и надёжного. При этом он предпринимает настойчивые попытки избежать участия именно в войне России с Украиной, заявляя о её бессмысленности.Он, очевидно, не видит в украинцах врагов, так как сначала вступает с ними в контакт, а затем пытается сагитировать весь свой взвод прекратить вооружённое противостояние. При этом у нас нет информации о сложившейся практике, когда украинские военнослужащие принуждали бы пленных предпринимать подобные попытки агитации, поэтому весьма вероятно, что Иванишин делал это по собственной инициативе.Кроме того, Роман Иванишин говорит о сложившихся на фронте условиях, о пренебрежении к жизни людей — в частности, он заявляет об избиениях военнослужащих и о том, что бойцов «сажают в ямы». Все эти факты подтверждаются многочисленными свидетельствами бойцов различных подразделений российских войск. За более чем три года войны накоплены доказательства создания в российских войсках системы принуждения к участию в войне через унижения, насилие и пытки. С обзором сложившейся практики обращения с военнослужащими можно ознакомиться, например, в этой статье «Радио Свобода».  Стоит отметить, что обвинение Романа Иванишина в дезертирстве, связанном с его сдачей в плен, уже входит в обвинение по ст. 352.1 УК РФ, и осуждение его за одно действие по двум статьям УК недопустимо как двойное наказание за одно и то же деяние.  Отдельно вызывает беспокойство информация, что основным свидетелем в уголовном деле выступил майор Короткевич. По его собственному признанию, он уже предпринимал попытку убийства безоружного Иванишина, а также угрожал ему убийством. Одновременно, отчасти именно майор Короткевич отвечает за создание во вверенных ему воинских подразделениях ситуации тяжёлых условий, которые Роман Иванишин описывал своими близкими. Нам неизвестно, допрашивал ли суд других военнослужащих, бывших очевидцами событий. Если таких показаний нет, суд обязан был объяснить их отсутствие. В любом случае, одних только показаний майора Короткевича, который очевидно относится к Иванишину предвзято, недостаточно для приговора. Кроме того, мы считаем, что суду следовало изучить условия прохождения службы в 6-й мотострелковой роте, которые, по-видимому, стали одной из причин сдачи Иванишина в плен. Были ли они изучены, неизвестно. В любом случае, сдача Романа Иванишина в плен и, возможно, его дезертирство с целью избежать участия в военных действиях имели место в условиях фактической криминализации сдачи в плен как таковой. В настоящий момент в Российской Федерации нет предусмотренных законом механизмов реализации права на правомерный отказ от соучастия в агрессии — одном из наиболее тяжких международных преступлений. Также стоит отметить, что процесс над Романом Иванишиным используется в пропагандистских целях для запугивания военнослужащих. Закрытый процесс проходил вне контроля общественности, однако на оглашение несоразмерно жестокого приговора — 15 лет лишения свободы — были отправлены военнослужащие воинских частей Южно-Сахалинска. Мы точно не знаем, в течение какого времени Иванишин фактически участвовал в боевых действиях, прежде чем уклонился от них, однако сведения о совершении им военных преступлений отсутствуют, что подтверждается также и отсутствием его уголовного преследования в Украине (в противном случае он вряд ли бы был обменян). В связи с этим мы не видим препятствий для признания его политзаключённым.Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Романа Иванишина является политически мотивированным, осуществляется в рамках государственной кампании по принуждению граждан РФ к участию в преступной агрессивной войне, направлено на устрашение общества в целом, т.е. на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий, а решение о лишении свободы было принято в отношении него в нарушение права на отказ от несения военной службы по убеждениям, права на справедливый суд и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Романа Иванишина политическим заключённым, требует отмены вынесенного ему приговора и пересмотра дела с применением норм международного права. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокаты Иванишина — Вершинин Сергей Юрьевич и Ганиев Ринат Исмаилович Публикации в СМИ: 12 ноября 2024 года. Коммерсантъ. С перевыполнением плена 16 ноября 2024 года. Сибирь. Реалии. «Там был ад, просто адище». Первое дело о добровольной сдаче в плен российского солдата передано в суд 15 апреля 2025 года. Коммерсантъ. Суд на Сахалине приговорил к 15 годам колонии сдавшегося в плен ВСУ 15 апреля 2025 года. Коммерсантъ. Дезертир попал из плена в тюрьму Дата обновления справки: 08.07.2025 г.