Дмитрий Зимин был приговорен к 8 годам лишения свободы за приготовление к государственной измене и участию в террористической организации путем попытки вступить в легион «Свобода России» для участия в боевых действиях на стороне Украины. Он предположительно фотографировал вышки сотовой связи и отправлял их координаты представителю организации.

Зимин Дмитрий Сергеевич родился 1 сентября 2003 года, жил в посёлке Селенгинск в Республике Бурятия, студент медицинского колледжа. 1 ноября 2024 года приговорён по ч. 1 ст. 30, ст. 275 («Приготовление к государственной измене»), ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 205.5 («Приготовление к участию в деятельности террористической организации») УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием первых 2 лет в тюрьме, оставшегося срока — в колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 1 год после освобождения. Лишён свободы с июня 2023 года. Полное описание 26 июня 2023 года о задержании и аресте 21-летнего студента колледжа из Бурятии, который, по версии силовиков, собирался уехать воевать на стороне Украины, сообщил Telegram-канал Babr Mash. В сообщении опубликована и видеозапись с задержанием молодого человека в вагоне поезда, показывающая, как его с заломленными руками ведут по перрону вокзала.  Как следует из пресс-релиза суда, Дмитрий Зимин, «разделяя идеологию украинского военизированного объединения “Легион Свобода России”, признанного решением Верховного Суда Российской Федерации террористической организацией, «с целью выезда на территорию Украины и участия в боевых действиях против Вооружённых Сил Российской Федерации, вступил в переписку с представителем данной организации. Выполняя задание “куратора”, Зимин сфотографировал вышки сотовой связи в посёлке городского типа Селенгинск в Республике Бурятия и отправил данные фотографии, а также координаты их местоположения».  Помимо того, следуя указаниям «куратора», Зимин «оформил заграничный паспорт для выезда на Украину, приискал камуфлированную форму, медицинские средства, ножи и иные предметы, которые намеревался использовать при выполнении обязанностей участника террористической организации после прибытия на территорию Украины. Получив от “куратора” инструкцию о маршруте выезда, он купил билет на поезд “Чита-Москва” с отправлением от станции “Селенга” Республики Бурятия для дальнейшего убытия на территорию Брянской области и последующего пересечения Государственной границы Российской Федерации. Преступный умысел не был доведён до конца из-за задержания Зимина сотрудниками правоохранительных органов».  По сообщению Telegram-канала Babr Mash, после задержания молодой человек признал свою вину. 1 ноября 2024 года судья 2-го Восточного окружного военного суда Дуняшин Олег Олегович, рассмотрев дело единолично, признал Дмитрия Зимина виновным в приготовлении к государственной измене (ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ) и в приготовлении к участию в деятельности террористической организации (ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 205.5 УК РФ). Зимина приговорили к 8 годам лишения свободы с отбыванием первых двух лет в тюрьме, оставшегося срока — в колонии строгого режима, а также к ограничению свободы сроком на 1 год после освобождения. Зимин подал апелляционную жалобу на приговор, однако впоследствии её отозвал.  1 июля 2024 года Дмитрий Зимин внесён в Перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга. Основания признания политзаключённым Контекст уголовного преследования Контекстом вменённых Дмитрию Зимину действий является полномасштабная агрессивная война, развязанная 24 февраля 2022 года Россией против Украины, осуждённая мировым сообществом и многочисленными международными организациями.  2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. Это распространяется и на действия физических лиц из любой страны, направленные на помощь Украине в отражении вооружённого нападения. Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора». Таким образом, само по себе участие в защите Украины от агрессии является правомерным и с точки зрения российского права и не может являться основанием для уголовного преследования российских граждан. В настоящее время мы не располагаем материалами по делу Дмитрия Зимина, не знаем, какие доказательства положены в основу обвинения и не владеем информацией о его позиции в судебном заседании. Тем не менее, мы полагаем, что даже в случае, если Дмитрий Зимин действительно намеревался принять участие в военных действиях на стороне ВСУ в составе Легиона «Свобода России», он не должен привлекаться за это к уголовной ответственности по предъявленным ему обвинениям по следующим причинам. Обвинение в приготовлении к участию в деятельности террористической организации (ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 205.5 УК РФ) 16 марта 2023 года Легион «Свобода России» был признан решением судьи Верховного суда РФ Олега Нефёдова по административному исковому заявлению генпрокурора России Игоря Краснова террористической организацией. Мы считаем это решение недостаточно обоснованным и законным как по материальным (содержательным), так и процессуальным основаниям. Решение суда не было официально опубликовано, а заседание по делу проходило в закрытом режиме. При этом данное решение обладает всеми ключевыми характеристиками нормативно-правового акта и, следовательно, должно быть доступно для ознакомления, исходя из следующих обстоятельств. Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 50, нормативный правовой акт должен обладать следующими признаками: Быть изданным в установленном порядке уполномоченным органом государственной власти. Содержать правовые нормы (правила поведения), обязательные для неопределённого круга лиц. Быть рассчитанным на неоднократное применение. Быть направленным на урегулирование общественных отношений или изменение (или прекращение) существующих правоотношений. Указанное решение было вынесено судом, уполномоченным на принятие таких актов. Хотя оно принималось в отношении конкретной организации, последствия его вступления в законную силу затрагивают права, свободы и обязанности неопределённого круга лиц, поскольку на основании этого судебного решения возможно привлечение к уголовной ответственности по различным статьям Уголовного кодекса РФ, в том числе и по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ, которая вменяется Зимину. Признание Легиона террористической организацией устанавливает обязательное правило поведения в виде постоянного запрета на осуществление его деятельности на территории РФ и сотрудничество с ним для неопределённого круга лиц. Такой запрет имеет своей целью прекращение и предотвращение любых общественных отношений, связанных с деятельностью Легиона. Это судебное решение уже неоднократно применялось для уголовного преследования лиц по по различным статьям УК РФ в связи с обвинениями в сотрудничестве в той или иной форме с Легионом. Отсутствие публикации этого решения Верховного Суда и его использование для уголовного преследования по делам третьих лиц представляется нам противоречащим ч. 3 ст. 15 Конституции РФ, согласно которой «любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения». Сейчас мы можем провести анализ этого решения, опубликованного на сайте правозащитного проекта «Первый отдел». Обосновывая своё решение, судья Верховного суда ссылается на ч. 2 ст. 24 Федерального закона «О противодействии терроризму», где указано: «Организация признаётся террористической и подлежит ликвидации (её деятельность — запрещению) по решению суда на основании заявления Генерального прокурора Российской Федерации или подчинённого ему прокурора в случае, если от имени или в интересах организации осуществляются организация, подготовка и совершение преступлений, предусмотренных статьями 205-206, 208, 211, 220, 221, 277-280, 282.1-282.3, 360 и 361 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также в случае, если указанные действия осуществляет лицо, которое контролирует реализацию организацией её прав и обязанностей». В качестве доказательств подготовки и совершения таких преступлений прокуратура приводит, а суд принимает как достоверную информацию о возбуждении следственными органами не менее 20 уголовных дел в отношении лиц, которых прокуратура и суд называют «участниками и сторонниками Легиона». О некоторых из этих дел до публикации решения было неизвестно. Перечислены и статьи, по которым возбуждались уголовные дела: ст. 205.2 («Оправдание и пропаганда терроризма»), ст. 208 («Организация незаконного вооружённого формирования или участие в нём») и ст. 275 («Госизмена») УК РФ.  Среди прочих в решении Верховного Суда упоминается дело антифашиста Савелия Фролова, приговорённого к 6 годам колонии по ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ («Приготовление к государственной измене»). Наш проект признал Савелия Фролова политическим заключённым. Кроме него в тексте решения упоминаются уголовные дела по этой статье в отношении Евграфова П.Н., Ложкина А.П., Середы К.В., Аринушкина М.Д., Глухова Н.В., Никифорова Е.А., Борисова С.Ю., Бердюгина Д.А. Мы полагаем целесообразным изучить все эти уголовные дела при наличии доступа к их материалам.При этом известная нам правоприменительная практика по делам по ст. 275 УК РФ, связанным с Легионом, сводится к обвинениям российских граждан в приготовлении к государственной измене или в покушении на неё в двух формах — перехода на сторону противника (так квалифицируются попытки присоединиться к Легиону для участия в военных действиях на стороне Украины) либо оказания помощи иностранному государству, иностранной организации в деятельности, направленной против безопасности РФ (так расцениваются любые формы оказания помощи Легиону, не связанные с непосредственным вступлением в его состав). Таким образом, российские следственные органы и суды рассматривают как госизмену попытки присоединиться к Легиону «Свобода России» или предоставить ему помощь в целях оказания содействия Украине в её противодействии российской военной агрессии. Также в решении упоминаются дела, возбуждённые в различных регионах РФ против граждан, якобы готовившихся к вступлению в незаконное вооружённое формирование, каковым суды считают Легион (дела Басырова А.А., Улукшонова С.С., Белоусова К.А., Темирханова М.В., Скакалина А.А., Сбеглова М. С., Кузнецова Г.С., Охлопкова Н.С., Евграфова П.Н., Титаренко Н.Р., Колина С.И.), которые были квалифицированы по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ («Приготовление к участию в вооружённом формировании, не предусмотренном федеральным законом, а также участие на территории иностранного государства в вооружённом формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации»). По состоянию на февраль 2025 года наш Проект из всех перечисленных изучил уголовные дела Кирилла Белоусова, Николая Титаренко и Сергея Колина. Белоусова наш проект признал политическим заключённым; мы считаем, что его преследование по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ необоснованно. Титаренко, согласно имеющимся материалам, был обвинён в участии в движении «Атеш», а не в Легионе «Свобода России», т.е. его пример был добавлен в решение судьи механистически, вероятно, для «массовости»; в любом случае, мы считаем обвинение Николая Титаренко по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ необоснованным. Сергей Колин по решению суда был отправлен на принудительное психиатрическое лечение. В его деле нами также выявлены признаки политической мотивации и нарушения закона. Обвинения в отношении других упомянутых граждан мы сможем оценить со временем, получив доступ к информации об этих делах.Таким образом, в списке лиц, на уголовных делах в отношении которых основан вывод суда о террористическом характере деятельности Легиона, присутствует сразу несколько необоснованно осуждённых. По этой причине законность и обоснованность решения Верховного Суда также вызывает большие сомнения. Кроме того, как следовало из материалов дела в Верховном суде, Легион «Свобода России» был создан в марте 2022 года «по указанию президента Украины Владимира Зеленского» для вербовки добровольцев из числа граждан России с целью их участия в боевых действиях на стороне Вооружённых Сил Украины, а в дальнейшем для «совершения террористических актов на территории России и свержения центральной власти». В то же время, о конкретных террористических актах, совершённых бойцами этого подразделения, в том числе на территории России, ничего неизвестно. Как мы видим, обоснованием для решения о признании Легиона «Свобода России» террористической организацией стали факты вероятных (по ряду известных случаев — недоказанных) попыток граждан присоединиться к Легиону, а также распространить его информационные материалы — ст. 205.2 УК РФ («Оправдание и пропаганда терроризма»). В качестве примера обвинения по этой статье судья Олег Нефёдов приводит дело осуждённого Александрова С. М., который в Telegram-канале «Тюркский мир и его соседи» «с целью пропаганды террористической деятельности не предусмотренного законодательством Российской Федерации и иного государства вооружённого формирования “Легион Свобода России” <…> разместил для ознакомления и просмотра информацию о деятельности вооружённого формирования “Легион Свобода России”». Легион «Свобода России» подчиняется Министерству обороны Украины и входит в состав в Интернационального легиона Главного управления разведки (ГУР). В доступных нам материалах ряда уголовных дел имеются справки Главного управления Генерального штаба ВС РФ о том, что это воинское формирование включено в структуру Интернационального легиона обороны Украины ВСУ. То есть одно из подразделений Вооружённых сил Украины признаётся в России террористическим не в связи с конкретными террористическими акциями, а в связи с самим фактом своего существования и вытекающей из него деятельностью: формированием, пополнением, участием в военных действиях и распространением информации об этом.  В соответствии с п. 1 ст. 3 Федерального закона «О противодействии терроризму» под терроризмом понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами публичной власти федеральных территорий, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных насильственных действий». Понятие «террористической деятельности» содержится в п. 2 ст. 3 указанного Федерального закона и включает в себя: организацию, планирование, подготовку, финансирование и реализацию террористического акта; подстрекательство к террористическому акту; организацию незаконного вооружённого формирования, преступного сообщества (преступной организации), организованной группы для реализации террористического акта, а равно участие в такой структуре; вербовку, вооружение, обучение и использование террористов; информационное или иное пособничество в планировании, подготовке или реализации террористического акта; пропаганду идей терроризма, распространение материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности. Уничтожение военнослужащих армии противника, его военной техники и имущества в ходе легитимного участия в военных действиях на стороне обороняющегося государства является не «террористической деятельностью», а неотъемлемой частью любого вооружённого конфликта. Более того, на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Так, они прямо утверждают: «Действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, как эти термины понимаются в международном гуманитарном праве, которые регулируются этим правом, не регулируются настоящей Конвенцией, как и не регулируются ею действия, предпринимаемые вооружёнными силами государства в целях осуществления их официальных функций, поскольку они регулируются другими нормами международного права». Подобные положения закреплены, например, в Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4).  Тем самым, эти договоры исключают квалификацию действий личного состава вооружённых сил сторон конфликта, осуществляемых в рамках этого конфликта, на основании норм по борьбе с терроризмом. Такие действия должны быть оценены в соответствии с международным гуманитарным правом, которое, в свою очередь, не подразумевает ответственность лишь за обычное участие в боевых действиях. Как было указано выше, в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы и обладают приоритетом над национальными законами. В связи со всем вышесказанным, мы полагаем решение Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2023 года № АКПИ23-101С о признании украинского военизированного объединения Легион «Свобода России» террористической организацией незаконным и необоснованным.  В любом случае, несмотря на то, что российский суд признал «Легион «Свобода России» террористической организацией, с точки зрения международного права он таковой не является, поскольку принадлежит к вооружённым силам Украины. Поэтому обвинение Зимина в приготовлении к участию в деятельности террористической организации (ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 205.5 УК РФ) является несостоятельным.  Обвинение в приготовлении к государственной измене (ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ) Нам неизвестно, какая именно форма госизмены из перечисленных в ст. 275 УК РФ вменена Дмитрию Зимину. Исходя из формулировок, содержащихся в пресс-релизе суда — «с целью выезда на территорию Украины и участия в боевых действиях против Вооружённых Сил Российской Федерации», — и сложившейся правоприменительной практики, наиболее вероятным представляется обвинение в «переходе на сторону противника».  В июле 2022 года, через несколько месяцев после начала развязанной Россией полномасштабной войны против Украины, Владимир Путин подписал закон, приравнивающий к госизмене «переход на сторону противника». Первоначально за это грозило наказание от 12 до 20 лет лишения свободы, а 28 апреля 2023 года в ст. 275 УК РФ были внесены поправки, предусматривающие пожизненное лишение свободы за государственную измену. Налицо тенденции к резкому росту количества дел о госизмене. Согласно исследованию правозащитного проекта «Первый отдел», по состоянию на 15 декабря 2024 года в России, после начала полномасштабной агрессии против Украины, по обвинениям в госизмене, шпионаже и конфиденциальном сотрудничестве с иностранным государством были привлечены к уголовной ответственности 792 человека, из которых 224 человека в 2024 году были приговорены к лишению свободы по ст. 275 УК РФ (для сравнения: в 2023 году, как сообщила ФСБ, было вынесено 33 приговора по этой статье — в 2022 году, по данным Первого отдела, это число было в три раза меньше). За время войны по этой статье, как и впрочем и на протяжении предшествующего времени, начиная с 2000 года, не было провозглашено ни одного оправдательного приговора. После начала полномасштабной войны чаще всего (59 %) в делах о госизмене привлекают за «переход на сторону противника» (обычно речь идёт о приготовлении к такому переходу или покушении на него) . Согласно Примечанию к ст. 275 УК РФ «под переходом на сторону противника <…> понимается участие лица в составе непосредственно противостоящих Российской Федерации сил (войск) иностранного государства, международной либо иностранной организации в вооружённом конфликте, военных действиях или иных действиях с применением вооружения и военной техники». Уже после вынесения приговора Зимину, Федеральным законом от 28.12.2024 г. это Примечание было дополнено — переходом на сторону противника признаётся теперь и «добровольное участие в деятельности органов власти, учреждений, предприятий, организаций противника, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации».  Мы считаем неправомерным обвинение Зимина по этой статье. Прежде всего, как мы уже указывали выше, не должно признаваться преступным участие иностранных граждан, в том числе россиян, в военных действиях на стороне Украины и защите её от агрессии, в случае, если это участие соответствует ряду условий, установленных международным правом. В соответствии с ним, единственной запрещённой формой участия иностранца в боевых действиях является наёмничество, критерии которого определяет Международная Конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наёмников от 4 декабря 1989 года и протоколы к ней. Согласно ст. 1 этой Конвенции наёмники не входят в личный состав вооружённых сил стороны, находящейся в конфликте, не являются гражданами ни одной из сторон конфликта, «принимая участие в военных действиях, руководствуются главным образом желанием получить личную выгоду и которым в действительности обещано стороной или по поручению стороны, находящейся в конфликте, материальное вознаграждение, существенно превышающее вознаграждение, обещанное или выплачиваемое комбатантам такого же ранга и функции, входящим в личный состав вооружённых сил данной стороны». Предполагаемые участники Легиона «Свобода России» под эти критерии Конвенции не подпадают, поскольку они являются гражданами одной из сторон конфликта — России, действуют в составе вооружённых сил Украины и обладают одинаковым правовым статусом с другими военнослужащими, включая и финансовые условия контракта. Кроме того, нет никаких оснований полагать, что при вступлении в Легион они руководствуются желанием получить материальную выгоду (в таком случае им, очевидно, проще бы было воевать в составе ВС РФ). Гораздо более вероятным представляется, что граждане РФ, несмотря на угрозу преследования стремящиеся вступить в Легион, мотивированы своими взглядами, действуют в соответствии со своими личными оценками политики российского правительства и убеждением в важности личного участия в защите Украины от агрессии. История знает немало примеров того, как тысячи добровольцев из разных стран принимали участие в вооружённых конфликтах на стороне, которую считали правой в случае нападения на неё превосходящих сил агрессора, и такой выбор может признаваться справедливым. В пресс-релизе суда подчёркивается, что Зимин намеревался вступить в Легион «разделяя его идеологию», из чего следует, что он руководствовался не корыстным, а идеологическим мотивом. Стоит также подчеркнуть, что обвинение Зимина по статье о приготовлении к госизмене противоречит проанализированному выше обвинению в приготовлении к участию в деятельности террористической организации.  Ст. 275 УК РФ предусматривает ответственность за переход на противоположную сторону вооружённого конфликта, которая в соответствии с международным гуманитарным правом является легитимным участником такого конфликта и, как было обосновано выше, не может квалифицироваться как террористическая организация. В то же время, состав ч. 2 ст. 205.5 УК РФ предусматривает участие именно в деятельности террористической организации. Если обвинение считает Легион «Свобода России» террористической организацией и квалифицирует действия Зимина как приготовление к участию в ней (ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 205.5 УК РФ), то квалифицировать те же действия как приготовление к «переходу на сторону противника» (ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ) нельзя. И наоборот, если ему вменено приготовление к «переходу на сторону противника», значит, Легион рассматривается обвинением не как террористическая организация, а как часть вооружённых сил Украины. Таким образом, одновременная квалификация этого деяния в соответствии с ч. 2 ст. 205.5 УК РФ и ст. 275 УК РФ невозможна. При этом, согласно ст. 16 Женевской Конвенции III, с учётом положений Конвенции, касающихся звания и пола, «держащая в плену держава должна со всеми военнопленными обращаться одинаково, без какой-либо дискриминации по причинам расы, национальности, вероисповедания, политических убеждений и всем другим причинам, основанным на аналогичных критериях».  Этот принцип запрета дискриминации относится и к критерию гражданства. Так, ст. 4 Женевской Конвенции III закрепляет перечень категорий лиц, которые могут считаться военнопленными в случае попадания во власть неприятеля. Требований к гражданству пленённых лиц эта норма не устанавливает. Сама по себе принадлежность таких лиц к личному составу вооружённых сил стороны конфликта, включая личный состав добровольческих отрядов, даёт основания для того, чтобы рассматривать их как военнопленных. Хотя позиции судебных органов разных стран по этому вопросу не полностью однозначны, мы полагаем, что, особенно применительно к конкретной войне, агрессивной со стороны Российской Федерации и правомерной со стороны защищающейся от агрессии Украины, можно обоснованно сделать вывод о том, что военнослужащие Легиона «Свобода России» (который, как было обосновано выше, легально существует в качестве подразделения вооружённых сил Украины), независимо от гражданства, оказавшись в плену, не подлежали бы ответственности за сам факт участия в боевых действиях. Очевидно, что наказание за приготовление к деянию, которое, будучи завершённым, не должно было бы рассматриваться как преступление, не отвечает принципу справедливости и вообще здравому смыслу. Другие обстоятельства. Признаки провокации со стороны правоохранительных органов Мы не можем считать достоверным и допустимым доказательством признательные показания Дмитрия Зимина, данные после задержания, даже в том случае, если он подтвердил их в суде, поскольку нам известно, что в современных российских реалиях силовики получают такие признания угрозами, шантажом и обещаниями небольшого срока заключения. Кроме того, такое признание во многих случаях относится не к фактам, а к согласию с их произвольной квалификацией правоохранителями и своей виновностью в предполагаемом преступлении, что является рациональной и правомерной попыткой обвиняемого облегчить своё положение в условиях отсутствия справедливого суда. Не является доказательством приготовления к преступлениям и съёмка вышек сотовой связи в бурятском посёлке, фотографии которых можно обнаружить в открытом доступе. Также не могут служить однозначным доказательством намерения принять участие в боевых действиях изъятые правоохранителями у Дмитрия Зимина и приобретённые им якобы для этой цели камуфлированная форма, медицинские средства, ножи и иные предметы, не запрещённые к приобретению и хранению.В случае Зимина многое указывает на большую вероятность провокации со стороны российских спецслужб. В первую на эту мысль наводит задержание молодого человека в поезде силовиками, со всей очевидностью следившими за ним. Нельзя исключить, что именно агент российских спецслужб, выдавая себя за представителя украинского формирования, убедил его приобрести билет до Москвы. В таком случае именно по указанию этого агента были приобретены перечисленные выше предметы, что может рассматриваться как запрещённая законом оперативная провокация. Имеются данные, что российские спецслужбы используют метод провокации для выявления и преследования граждан, имеющих проукраинские взгляды и интересующихся деятельностью Легиона «Свобода России». Оказалось, что в выдаче контролируемого Кремлём поисковика «Яндекс» появились копии сайта Легиона «Свобода России». Не исключено, что они могли быть созданы российскими спецслужбами для перехвата людей, желающих присоединиться к ВСУ. Также в России создана сеть фейковых ботов, при помощи которой россиян «вербуют» в ВСУ или добровольческие формирования, воюющие на стороне Украины. Так, издание SOTA project в мае 2023 года изучило многочисленные фейковые Telegram-боты, якобы связанные с Легионом «Свобода России» и Русским Добровольческим Корпусом (РДК). Боты позиционируют себя как официальные ресурсы этих организаций и собирают персональные сведения о кандидатах: данные паспорта, номер военного билета, места проживания и работы, номера СНИЛС и ИНН. Управляли аккаунтами с российских IP-адресов. Только от имени Легиона «Свобода России» на тот момент действовало около 10 ботов, их легко обнаружить и сейчас. Они требуют от кандидатов заполнить анкету и указать всю информацию о себе перед связью с вербовщиком. Журналисты-расследователи вступили в переписку с этими аккаунтами и отправили им заполненные анкеты с IP-логгером (программой, фиксирующей IP-адрес открытия документа). Аккаунты управляются из Санкт-Петербурга либо через американский VPN. При этом Легион заявил SOTA project, что имеет только один чат-бот в Telegram, через который сбор личных данных не осуществляется.  Стоит отметить, что такие действия силовиков, если результатом контактов с фейковым ботом становится уголовное дело, противоречат ст. 5 Закона «Об оперативно-розыскной деятельности», которая содержит прямой запрет склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий. Также это противоречит позиции ЕСПЧ, который указывает, что сотрудники органов внутренних дел могут проводить операции под прикрытием, действовать тайно, но «не заниматься подстрекательством» («Худобин против Российской Федерации»). В постановлении по этому делу суд подчеркнул, что «внутригосударственное законодательство не должно позволять использование доказательств, полученных в результате подстрекательства со стороны государственных агентов. Если же оно это позволяет, то тогда внутригосударственное законодательство не отвечает в этом отношении принципу справедливого разбирательства» (п. 133). В Постановлении по делу «Банникова против России» Европейский суд в качестве одного из критериев для различения законных оперативных мероприятий от провокации установил следующий: «при определении правомерности действий полиции необходимо установить, могло ли соответствующее преступление быть совершено без вмешательства полиции. Полицейская провокация случается тогда, когда полиция не ограничивает свои действия только негласным расследованием, а воздействует на субъект с целью спровоцировать его на совершение преступления, которое в противном случае не было бы совершено» (п.п. 37, 47 Постановления). Оперативная провокация, давно уже массово и успешно применяемая для фабрикации дел по наркотическим статьям, в настоящее время взята на вооружение борцами с «терроризмом» и «экстремизмом» и представляет серьёзную угрозу для антивоенно и оппозиционно настроенных граждан. Мы предполагаем, что при помощи провокаций и фальсификаций силовики решают политические и ведомственные задачи: устрашение общества и улучшение собственных рабочих показателей.  На основании всего изложенного мы приходим к выводу, что уголовное преследование и лишение свободы были применены к Дмитрию Зимину при отсутствии состава преступления и с нарушением его прав, гарантированных нормами российского и международного права.  Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Дмитрия Зимина является политически мотивированным, направленным на устрашение противников агрессивной войны и общества в целом, т.е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Дмитрия Зимина политзаключённым и требует прекращения его уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Адвокат: Перелыгин Павел Алексеевич. Дата обновления справки: 17.02.2025 г.